Тем, кто посетил 3 марта Концертный зал имени Чайковского, безусловно, запомнится встреча с канадским джазом, о котором в Москве знают немного. А если знают, то воспринимают скорее в общем контексте североамериканского, а точнее — чисто американского джаза.
На этом фоне программа приглашенной Московской филармонией джазовой дивы из Торонто Даниэлы Нарди произвела впечатление оригинальностью, искренностью, теплотой.
Даниэла и ее коллеги — отменные музыканты Рон Дэйвис (фортепиано), Кевин Баррет (гитара), Майк Даунс (контрабас), Александр Бойчук (кларнет) и Роджер Травассос (ударные) — привезли в Россию уникальный проект Espresso Manifesto: The Songs of Paolo Conte, основанный на песнях итальянского автора и исполнителя Паоло Конте. Два года назад был выпущен одноименный альбом, сразу ставший популярным у поклонников джаза. А вскоре прозвучала и одноименная концертная программа.
Конте сегодня 77 лет, а знаменит он стал лет 40 назад, когда его песню «Azzurro» («Синева») спел Адриано Челентано.
Искренние, трогательные, немного наивные песни Конте — из числа свидетельств недавней эпохи: той, что выдвинула Челентано и Джанни Моранди, Ива Монтана и Джо Дассена... Однако и сегодня мелодии итальянского барда (как его назвали бы в России), облаченные в современные и в то же время органичные «одежды»-аранжировки, отнюдь не потеряли своей прелести. Прежде всего благодаря самой Даниэле Нарди — обладательнице выразительного голоса, в которой, по словам канадских критиков, «чувственность Софи Лорен сочетается с приземленностью Анны Маньяни». В ее обаятельном, чуть хрипловатом тембре слышится и кружащая голову страсть, и ностальгия, и романтическая нежность.
С завидной легкостью Даниэла и ее музыканты преодолевают жанровые и стилевые границы, соединяя стили кабаре, поп-музыки, джаза, романса, world music... В таком сочетании мелодии Паоло Конте действительно звучат с особым эффектом и в то же время абсолютно естественно и гармонично.
Песни Конте составляют основу программы. Среди них есть и безусловные шедевры, исполненные Даниэлой Нарди с обжигающим чувством. «Nina» — необыкновенно красивая мелодия, вызывающая в памяти хиты Нино Рота. Ту же «Azzurro» Даниэла спела со свободой, граничащей с необузданной импровизационностью. «Un`altra vita» («Другая жизнь») — здесь певица, наоборот, была подчеркнуто сдержанна — возможно, потому, что эта песня открывала концерт. Впрочем, вероятно, это свойство всех джазовых исполнителей: создавать эффект crescendo, начинать со спокойных эмоций, постепенно «подбрасывая угля в топку» и доводя публику до экстаза. Даниэла Нарди — не исключение. Начав вечер с достаточно спокойных ритмов, почти не отходя от микрофона, она завершила первое отделение шумной и блестящей «Come Di», при этом развлекла зрителей виртуозной игрой на губной гармошке. А после антракта буквально ошеломила публику уже ничем не сдерживаемой энергетикой.
Во втором отделении прозвучали не менее очаровательные песни Паоло Конте. Одна из них — «Sotto le stelle del jazz» («Под звездами джаза») — напомнила о том, что именно джазовые ритмы были для Паоло основополагающими. А в песне «Chiamami Adesso» («Назови меня») Даниэла снова продемонстрировала свой восхитительный лирический дар, погрузившись вместе со слушателями в мир романтических переживаний.
Оказалось, что и сама артистка — талантливый автор. Ее собственные песни, спетые на английском, несомненно, украсили программу. Жаль, что их было только две: «Thank You» и «Woman Me». Тот поток эмоций, который Даниэла выплеснула в зал за несколько минут, запомнился надолго. Пожалуй, именно в своих песнях, а также в завершившей программу песне Конте «Va con me» («Пойдем со мной») она раскрылась как настоящая харизматичная звезда классического джаза.
Под стать своему лидеру были и музыканты ансамбля. Каждый из них продемонстрировал незаурядное мастерство виртуоза и импровизатора. Пианист Рон Дэйвис (кстати, супруг Даниэлы Нарди) — обладатель ошеломительной техники, подлинный наследник традиций великих пианистов Торонто — «классика» Глена Гульда и джазмена Оскара Питерсона. То, как он одновременно играл левой рукой на черном рояле и правой на белом электропианино, — умопомрачительное зрелище! Изыскан и интеллигентен в своих импровизациях был кларнетист Александр Бойчук — воспитанник Ленинградской консерватории, когда-то игравший в оркестре Евгения Мравинского, но затем выбравший иной путь. Сложно сказать, что потеряло от этого академическое исполнительство, но джаз определенно выиграл. Восторг зала вызывали и виртуозные соло контрабасиста Майка Даунса: такое на этом, казалось бы, «неповоротливом» инструменте возможно лишь в исполнении самых больших мастеров. Майк, безусловно, из их числа.
Дважды за вечер Даниэла Нарди покидала сцену, уступая ее инструментальному ансамблю. И оба раза музыканты заставляли зал взрываться от восторга. Особенно в первый раз, когда преподнесли москвичам своеобразный «русский сувенир» — импровизацию на темы «Калинки», «Эй, ухнем!» и других народных песен.
И это был не последний за вечер «русский сюрприз»: на бис Даниэла Нарди исполнила «Очи черные». Исполнила опять-таки по-своему, придав популярной мелодии некий «западный» оттенок и джазовый лоск. Так дива из Торонто и ее друзья попрощались с московской публикой — хочется надеяться, не надолго.
