А по существу первая чеченская война...
Аркадий Бабченко, журналист
— Я воевал в обеих чеченских кампаниях. Первый раз как срочник, а во второй как доброволец. Первая война есть гражданское противостояние, отголоски сталинских переселений, последствия развала СССР. Неправедная война со стороны России. Следовало бы соблюсти Конституцию и дать возможность Чечне отделиться с миром. Попытки решить проблемы сепаратизма силой всегда приводят к развитию терроризма. Вторая кампания была борьбой с бандитизмом: простые чеченцы здесь скорее нейтрально относились к российской армии, а порой воспринимали как спасителей от царившего хаоса.
Эдуард Лимонов, политик, писатель
— Цель Дудаева — добиться независимости Чечни — спустя столько лет все же была достигнута. Нынешняя кадыровская Чечня независима, в составе России она лишь формально. С другой стороны, испокон веков правители России давали местным элитам определенные свободы в обмен на их лояльность. Так что ничего нового.
Дмитрий Орешкин, политолог
— Уходя в отставку, Ельцин назвал чеченскую войну самой большой своей ошибкой. И он прав, ибо в итоге мы получили фактически независимое от центра образование со многими проблемами. В отличие от 90-х, Чечня стала моноэтничной, и абсолютно дотационной: в год эта земля обходится бюджету в 2 млрд долларов.
Максим Шевченко, публицист
— Эта война — чудовищное преступление Ельцина. За счет нее он стремился упрочить свои позиции. Во-первых, одним из вождей сопротивления ельцинизму был чеченец Руслан Хасбулатов, и взгляд в сторону республики здесь не случаен. Во-вторых, сработала идея «маленькой победоносной войны». В-третьих, Ельцин стремился занять чем-то армию, но в итоге дискредитировал ее. Вспомним и выборы 96-го: чеченская война играла на рейтинг президента. Говорить о тотальных сепаратистских тенденциях в Чечне того времени не приходится. Реальный сепаратизм начался после первой кампании.
