Мелодия, живущая в груди

Фото: globallookpress.com

Любимые стихи в книжном обзоре


Есть песни и стихи, звучащие в тебе без всяких причин, без видимого повода. Кажется, они были рядом всегда, в дни солнечные и ненастные. И когда вдруг наталкиваешься на знакомые до боли строчки в только что изданной книжке, поначалу берет оторопь: зачем переводить бумагу, снова и снова тиражируя давно знакомое и дорогое? Но скользнешь по странице взглядом, перевернешь ее, потом вторую, третью — и нет сил оторваться. Снова и снова открываешь вроде бы давно открытое. И возникает мелодия в груди... Наверное, это и есть классика?

Николай Добронравов «Как молоды мы были»

Песни на стихи Николая Добронравова — часть жизни миллионов сограждан, выросших в СССР, однако его «непесенная» поэзия незаслуженно остается на периферии читательского внимания. Эту ситуацию попыталось исправить издательство АСТ, выпустив в серии «Лучшие поэты» самый полный из всех вышедших ранее сборников стихов.

В старину фамилия Добронравов входила в число священнических. Двоюродный дед поэта архиепископ Владимирский и Суздальский Николай был расстрелян в годы массовых репрессий и уже в наше время причислен к лику святых. Будущий поэт получил в юности два высших образования: театральное и педагогическое. Соединение трех этих ипостасей и стало основой поэзии Добронравова. Его стихи публицистичны в том же высоком смысле, в каком публицистичны проповедь, актерский монолог или школьный урок.

«Нас нарочно разводят, как разводят мосты, — /с человеком, с которым был недавно на «ты», / с нежной радостью встреч и с печалью утрат, / с тем, что правдой считалось лишь месяц назад...» Эти строки Добронравова увидели свет в марте 1986-го. До Чернобыля, краха СССР, появления интернета и социальных сетей. Автор уже тогда бил тревогу — чувствуя, что главный удар обрушится именно на отношения между людьми, направлен будет против человечности. Таким даром предвидения обладают настоящие поэты — и это как раз тот случай.

Борис Рыжий «В кварталах дальних и печальных»

Борис Рыжий прожил всего 27 лет. А без него русская поэзия уже не полна. Те около тысячи стихотворений, что остались нам после его добровольного ухода из жизни — и жесткий, без юношеского верхоглядства документ эпохи, и полноценное художественное полотно, отобразившее страну и ее мятущихся жителей в тех самых 1990-х, которые сегодня и клянут, и воспевают. В этот поэтический сборник вошло практически все, что написано Рыжим, — и ничто из этого не кажется обветшалым или нарочитым, все дышит, дымится, болит. Все не бутафорское, а настоящее.

Редкий случай: в своем отечестве пророка оценили. Но, как обычно, после гибели. Теперь его стихи знают те, кому поэзия дорога, строки из них разошлись на цитаты по блогам и «ЖЖ», положены на музыку. О поэте снимают фильмы, а спектакль «Рыжий» на сцене «Мастерской Петра Фоменко» стал культовым. А эта книжка поможет снова погрузиться в тот мир, где в рабочих микрорайонах Свердловска протекает странная жизнь, давшая нам и Балабанова с его «Братом», и Кормильцева с Бутусовым, и Настю Полеву, и «Чайф». И, конечно же, Бориса Рыжего. Ну просто уральская аномалия...

Владимир Высоцкий «Охота на волков»

«Ну сколько можно!» — воскликнете вы и будете правы. Кажется, нет больше ни одной строчки, спетой Владимиром Семеновичем, сказанной им в дружеских посиделках, выдохнутой со сцены и с экрана, которая бы не была растиражирована, не разлетелась по стране, верно хранящей любовь к Высоцкому и интерес к его творчеству. Но всякий очередной сборник стихов находит своих читателей и почитателей — уже и в том, не слышавшем Высоцкого вживую, поколении. Так бывает, когда иссохшая от зноя земля принимает в себя запоздалые дожди, не оставляя луж. Вот и стихи Высоцкого, впервые изданные в сборнике «Нерв» после смерти поэта в 1980-м, все падают и падают на благодатную почву. И эта книжка — явно не лишняя. И не последняя.



ВАДА на четыре года отстранило Россию от участия в международных соревнованиях. Это хорошо или плохо?