Труд: ЕФИМ ШИФРИН: "СЕГОДНЯ НЕ НУЖНЫ НИ РАЙКИНЫ, НИ ШОСТАКОВИЧИ"

Главная Жизнь 01:01 12 Апреля 2007 222

ЕФИМ ШИФРИН: "СЕГОДНЯ НЕ НУЖНЫ НИ РАЙКИНЫ, НИ ШОСТАКОВИЧИ"

Изюминка Ефима Шифрина в том, что даже самыесмешные миниатюры в его исполнении приобретают оттенок безысходнойпечали. Он любит "грузить" комические ситуации или забавные тексты философской глубиной. Зрители приходят на его концерты, как в театр

Напечатать

СТРЕМЯСЬ К АБСОЛЮТУ
- Не поздновато взялись учиться на циркового артиста, каким мы теперь видим вас в телепроекте "Цирк со звездами"?
- На Западе вообще не существует никаких возрастных ограничений для желающих чему-то научиться. Там невероятное количество курсов для стариков и старушек, вышедших на пенсию. Можно и в их почтенные годы освоить новую специальность. Я знаю немало людей, которые научились играть на фортепьяно в зрелом возрасте. А меня, ребенка, не лишенного музыкального слуха и выросшего в музыкальной семье, заставляли заниматься музыкой всеми правдами и неправдами, и в результате я бросил музыкальную школу. То, что делается по собственному желанию, всегда получается замечательно.
- Но ведь человек, научившийся играть на пианино в 50 лет, обречен играть только для своих близких, друзей, для очень узкой аудитории. А вы ведь стремитесь к абсолюту!
- Я же не неизвестный актер Красноярского ТЮЗа. Меня, смею надеяться, за 30 лет успели узнать в лицо. Поэтому, когда я показываю совсем не слабые трюки на трапеции или элементы дрессуры, мне за это совсем не стыдно.
- Кстати, среди большинства собратьев по юмористическому цеху вы выглядите настоящим качком.
- Я против того, чтобы мои спортивные увлечения считали чем-то вроде моей второй профессии. Когда произносят слово бодибилдер, возникает образ человека, который накачал свои мускулы до фантастических размеров. Я занимаюсь этим 15 лет, но у меня никогда не было желания сняться обнаженным на обложку мужского глянцевого журнала, это точно. Да и заниматься я начал случайно. В ГЦКЗ "Россия" работал один очень спортивного вида звукорежиссер. Он мне однажды сказал: "Приходи к нам завтра в тренажерный зал, и будешь такой, как я". Я пришел через три дня. Не думал, что втянусь. Клуб затягивает тем, что там своя особая атмосфера. Позанимался, сходил в бассейн, попарился, побегал на дорожке, и вдруг понимаешь: что-то в тебе меняется. Исчезают комплексы, страхи.
- Комплексы по поводу своей хлипкой внешности?
- Ну да. Вряд ли человек во всех смыслах гармоничный и хорошего телосложения может быть смешным. Юмористику, как правило, выбирают люди чуть-чуть "неправильные". Вспомните комиков мирового экрана, и вы не найдете среди них ни одного красавца. За исключением, может, Бастера Киттона, который, во всяком случае, не так ужасающе некрасив.
- Когда вы "работаете над своим телом", у вас нет ощущения впустую потерянного времени?
- У людей вообще-то уйма свободного времени. Сколько можно потратить на тренажерный зал? Не больше, чем на чтение глупого глянцевого журнала или на светскую вечеринку. Интеллигентные люди почему-то особенно жалеют время, потраченное на то, чем им не хочется заниматься. Но это обычная отговорка. Противопоставление спорта интеллекту возникло в среде советской творческой и технической интеллигенции. В начале 70-х в нашем мыслящем сообществе были другие знаки доблести: например, сигарета в зубах, вечные кухонные разговоры о проблемах вселенского масштаба и, конечно, водка. Я помню, что в тогдашних компаниях, которые мне казались сверхинтеллектуальными, напиться до поросячьего визга считалось высшей доблестью. В ту пору, когда еще не было наркотиков, пьянка была идеальным способом оторваться от "совка". Особенно отчаянно пили художники. Мне кажется, именно тогда произошла подмена понятий, люди впали в жуткое заблуждение - ведь на самом деле здоровое тело никогда не вредит духовности.
- Какие-нибудь препараты, помогающие "строить тело", употребляли?
- Никогда не признавал стероиды, но протеиновые коктейли и витаминные комплексы принимаю. При той нагрузке, которую я на себя взвалил, приходится поддерживать себя усиленным белковым питанием. Но я не могу давать никаких советов, потому что я не профессионал. По той же причине меня, к примеру, очень раздражают кулинарные рецепты от звезд.
НАШ ЧЕЛОВЕК В ДУРДОМЕ
- Что происходит на нашей эстраде? Отчего такое засилье плоских шуток, безликих образов?
- Обывателю не нужен Шостакович - тогда чем его занять? Почему надо отмахиваться от массового зрителя?
- Вы думаете, Аркадий Райкин сейчас был бы неинтересен?
- Насчет Райкина не знаю. Ему удалось удачно вписаться в контекст своего времени. Но я не уверен, что уже на моих племянников его юмор производит впечатление. Для них он всего лишь какой-то дедушка, говорящий с еврейским акцентом. Они не понимают, в чем фишка. Им нравится юмор, который появился 5 - 7 лет назад с приходом новой волны юмористов. Их стихия - абстрактный, парадоксальный юмор, не обличительный, не разговорный, не советский - вот что больше всего нравится молодежи. Что-то типа Гальцева. Или то лучшее, что открыл Полунин. А вот в этих длинных обличительных монологах "дайте мне справку о том, что мне нужна справка" новое поколение не находит ничего смешного. И они не думают, что Райкин - человек с тысячью лиц. Для них человек с тысячью лиц - это, скорее, Нагиев.
- Но, согласитесь, юмор "Аншлага" просто вреден для здоровья!
- Недавно один журналист решил подвергнуть себя, по его выражению, "испытанию" и пошел на концерт Петросяна и Степаненко. Он думал, что наконец разоблачит фокус телевизионщиков, которые, как он был уверен, монтируют смех и номера. Но на концерте с ужасом и удивлением убедился, что никакого монтажа нет. В зале люди рыдали от смеха, вынимали из сумочек платки, и жены били по коленям мужей. У каждого социального круга свои кумиры. И каждый человек, который попадает в чуждую ему среду, воспринимает ее как дурдом. Например, здоровый человек заходит в психбольницу или "чайник" оказывается на шахматном турнире. У любых "Аншлагов" и "Кривых зеркал" есть своя плотно забитая ниша. Причем, на мой взгляд, эти передачи никакого вреда аудитории не приносят. Мне кажется, это большое заблуждение интеллектуалов.
- Вы хотите сказать, что Евгений Ваганович даже где-то повышает наш IQ? И никакого "оглупления народных масс" не происходит?
- Говорить о каком-то оглуплении можно в том случае, когда есть выбор между развитием человека и его деградацией. А юмор - не тригонометрическая функция, которую надо осваивать ценой умственных усилий. Вообще настоящий интеллектуал обладает неким сопроматом, его "материал" способен сопротивляться нешуточным нагрузкам, еще в нем есть какая-то закваска, заставляющая его ко всему относиться философски. Я много раз оказывался во враждебных средах. И в тюрьме был...
- Это как же вас угораздило?
- Мы там снимали клип. Тюремный запах, первая крыса, увиденная в камере, еда, которой меня угостили... Я не знаю, у кого как, но у меня мгновенно сработал актерский инстинкт, включилось профессиональное любопытство: кто что сказал, как посмотрел, почему тут царит такая грубость. Воевать со средой бесполезно. Главное - выдержать ее сопротивление. Например, Солженицын в лагере или мой отец, тоже попавший туда ни за что, как они могли что-то там изменить? Да, зона развила в моем отце жуткую подозрительность, которой он страдал до конца своих дней, но никаких радикальных изменений в нем не произошло. Он только закалился и научился ко всему относиться философски. Я знаю, что мое поколение в тысячу раз трагичнее восприняло дефолт 1998 года, девальвацию, перестройку. А вот для поколения моего отца ничего "страшного" не произошло - мол, коли так, значит, надо быстро идти в магазин и купить крупу, мыло. Для нас же, детей застоя, все, что случалось после 1985 года, казалось чуть ли не землетрясением.
ГЛАМУР МЕНЯ РАЗДРАЖАЕТ
- В новом фильме Андрея Кончаловского "Глянец", который вскоре выйдет на экраны, вы уже в радикально другой среде. Мир гламура, и вы играете некоего модельера. Ваш персонаж - вылитый Пьер Лагерфельд. Почему вы списали образ именно с него?
- Потому что он больше всех похож на наших модельеров.
- Что вам вообще нравится в гламурной жизни и что вызывает неприязнь?
- Ничего не нравится, я гламур вообще не понимаю. Даже запах глянцевого журнала меня раздражает, не могу их видеть. Такое впечатление, что там на каждой странице есть водяные знаки, которые можно увидеть только на просвет, и там будет написано слово "купи" И больше там ничего нет.
- Но играли "Лагерфельда" с удовольствием или отвращением?
- Играл с радостью. Мой герой - совершенно манерное и абсолютно зависимое создание, похожий на всех стилистов и дизайнеров, его прототип - все сразу. Человек из своей среды, увешанный десятком серебряных колец, с косичкой, в тесном смокинге, придумавший свою манеру говорить, двигаться. Так обычно ведут себя люди, которые уверены, что каждую минуту на них нацелены сотни телекамер.
- Что интересного случилось на съемках?
- Андрей Кончаловский очень изобретательно придумал сцену показа мод, которая вошла в фильм. Он пошел на хитрость - пригласил всю московскую богему якобы на презентацию своего фильма, и у них уже не было шансов отвертеться. А когда они поняли, что стали заложниками съемок ключевого эпизода, то было поздно. Андрею было очень важно, чтобы в первых рядах во время показа, который устраивает мой герой, сидели самые одиозные московские фигуры.
- Кончаловский объяснил, почему выбрал на эту гротескную роль именно вас?
- Я у него не спрашивал об этом. Само предложение мне показалось удивительным. Предложение поступило в апреле 2006 года, я в него, если честно, не сразу поверил, даже подумал, что это первоапрельская шутка. И успокоился, только когда привезли сценарий. Очередной вариант "Золушки". Девушка приезжает в Москву, хочет попасть на обложку глянцевого журнала.
- Вы хорошо знаете "людей гламура". На ваш взгляд, на что они готовы, чтобы попасть на эту самую обложку или в "ящик"?
- Да на все. К сожалению, наш мир слишком далек от того, что прочитал Моисей на скрижалях. Как правило, люди, которые переступали через себя, думая, что так надо для карьеры, в результате ничего не получили. Я ни разу не был свидетелем всенародной любви к аморальным людям, которые даже и задержались на эстраде в силу какого-то печального недоразумения. У моего поколения не было такой зависимости от саморекламы, в наше время не все решалось за деньги.
- А все-таки какую роль в вашей сегодняшней творческой жизни играют деньги? Вы дорогой артист?
- Я стою ровно столько, сколько за меня платят. Поэтому, когда я слышу, что такой-то - самый дорогой артист, и называются астрономические суммы, я всегда спрашиваю: откуда такие деньги берутся? Если имеются в виду суммы, которые некоторым актерам платят за участие в корпоративных вечеринках, то они никакого отношения к обычным их гонорарам не имеют. Ведь можно легко посчитать, сколько мест в зале, сколько стоит билет, авиаперелет, проживание в гостинице, наружная реклама. Сложите все это - и вы увидите, что цифры в таблоидах - полная чушь.
ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА
Ефим Шифрин родился 25 марта 1956 года в поселке Нексикан Магаданской области, где жил его репрессированный отец. Позже семье разрешили переехать в Юрмалу.
В 1973 году Ефим поступил на филфак Рижского университета. Но через год поступил в эстрадно-цирковое училище в Москве на курс Романа Виктюка.
В 1978-1988 гг. работал в Москонцерте, выступая с миниатюрами Жванецкого, Альтова, Коклюшкина.
В 1985 году окончил ГИТИС по специальности режиссура эстрады. В 1985 году состоялась премьера первого сольного спектакля Ефима Шифрина "Я хотел бы сказать" по произведениям Виктора Коклюшкина.
В 1990 году создал "Шифрин-театр".
С 1996-го играет в спектаклях Виктюка: "Я тебя больше не знаю, милый!", "Любовь с придурком", "Путаны". Лауреат Московского конкурса артистов эстрады (1979), Всероссийского конкурса артистов эстрады (1983), премии "Золотой Остап" (1992). В кино снялся в сериале "Герой нашего племени" (2003) и в фильме Андрея Кончаловского "Глянец" (2006).

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 16944

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...