Бывший начальник медицинской части московского СИЗО «Бутырка» Дмитрий Кратов отказался признать вину в халатности, повлекшей смерть юриста Сергея Магнитского.
Слушание дела Кратова проходит в Тверском суде столицы. После оглашения прокурором обвинительного заключения судья Татьяна Неверова спросила подсудимого, признает ли он вину в инкриминируемом преступлении.
В ответ Кратов сообщил суду, что вину по части 2 статьи 293 УК РФ (халатность) не признает.
По словам медика, медицинское оборудование и условия в «Бутырке» не позволяли оказать помощь Сергею Магнитскому должным образом. К тому же Магнитский умер не у нас в СИЗО, а в больнице «Матросской Тишины», напомнил врач.
Как сказано в обвинительном заключении, Кратов не организовал необходимые мероприятия по лечению Магнитского и не осуществил контроль за проведением его обследования и лечения.
Кроме того, говорится в заключении прокуратуры, Кратов, «будучи обязанным предвидеть последствия, должен был обеспечить реализацию прав находящихся под стражей лиц».
Кратов поручил лечение юриста врачу-лаборанту Ларисе Литвиновой, не имевшей необходимой профессиональной подготовки. Тем не менее, она самостоятельно проводила диагностическое лечение Магнитского и приняла решение о его выписке.
В начале заседания адвокат семьи Магнитского Николай Горохов заявил отвод судье, которая рассматривает уголовное дело. По мнению юриста, судья Татьяна Неверова заинтересована в исходе дела, а также нарушила порядок рассмотрения дела и создала невозможные условия для работы адвокатов пострадавших.
Дело в отношении Дмитрия Кратова и его подчиненной Ларисы Литвиновой было завершено в январе нынешнего года. Тогда пресс-секретарь Следственного комитета РФ Владимир Маркин заявил, что следствие пришло к выводу, что «врач игнорировала неоднократные жалобы Магнитского на здоровье, не проводила диагностику и не назначила необходимого лечения».
В свою очередь, заместитель начальника следственного изолятора по лечебно-профилактической работе «не проконтролировал работу медицинского персонала и также не обратил должного внимания на просьбы пациента».
