Труд: БРЕЖНЕВ И ЛУНА

Главная Жизнь 01:01 14 Августа 2007 205

БРЕЖНЕВ И ЛУНА

Лунную обитаемую базу, о создании которой в последние несколько лет много говорят в Соединенных Штатах, а теперь, похоже, такие планы начинают разрабатывать и в России, вполне мог построить Советский Союз еще 15 лет назад. Один из крупнейших космических к

Головачев Виталий

Напечатать

К тому времени наша страна, открывшая человечеству космическую эру, начала строить долговременные орбитальные станции. Но престижную лунную гонку в 1960-х - первой половине 1970-х годов Советский Союз проиграл Соединенным Штатам, которые шесть раз высаживали своих астронавтов на поверхность далекой Селены.
О пилотируемом полете к ночному светилу мечтал еще легендарный главный конструктор Сергей Павлович Королев. Под его руководством были созданы не только первый искусственный спутник Земли, космические корабли "Восток", "Восход", но и разрабатывались лунные пилотируемые программы как важнейший этап подготовки полета на Марс. Они имели шифрованные названия Л-1 и Н-1 - Л-3. Под условным обозначением Н-1 подразумевалась новая сверхтяжелая ракета, работа над которой началась в 1959-м. Именно этот носитель должен был доставить корабль с экипажем на Луну. Однако дело шло туго. После того, как не стало Королева, который умер на операционном столе в январе 1966-го, новым руководителем ОКБ-1 в подмосковных Подлипках стал академик Мишин. Но ему не везло: первые четыре запуска Н-1 оказались неудачными. Время было потеряно. В 1972-м американцы уже завершили свою пилотируемую лунную программу.
Понятно, в Советском Союзе потеряли интерес к аналогичному проекту. В мае 1974-го руководители страны приняли решение прекратить работы, в том числе и испытания ракеты Н-1, на которую, между прочим, уже израсходовали 5 миллиардов рублей (примерно 8 миллиардов долларов по тогдашнему официальному курсу). Запретили запускать даже две готовые ракеты. Многие специалисты считали это большой ошибкой, так как на доводку Н-1 требовалось уже немного времени. Этот новый тяжелый носитель мог бы открыть очень широкие возможности для нашей космонавтики. За провал проекта Н-1 и неудачи в лунной гонке Василия Мишина сняли с должности главного конструктора. Тогда многие в космической и смежных отраслях испытывали чувства досады и некоторой растерянности.
Вот в такой обстановке руководители отечественного военно-промышленного комплекса решили выдвинуть на первые роли честолюбивого академика Глушко. Королев и он были двумя главными фигурами в отечественной практической космонавтике. Оба начали заниматься ракетной техникой еще в 1930-е годы прошлого века. Но отношения у них после начала штурма космоса в 1960-х были сложные, жесткие, порой непримиримые. Глушко ревновал к славе, авторитету, успехам Королева и при его жизни, и после его смерти. Валентин Петрович хотел внести не меньший, а, может быть, более масштабный вклад в развитие космонавтики, чтобы его имя связывали с выдающимися победами на этом пути. Он знал, что нужно делать и как.
Во время встречи в ЦК КПСС Брежнев предложил Валентину Петровичу возглавить королевское предприятие в Подлипках. Это не было неожиданностью для конструктора. Ранее о такой возможности с ним уже говорил секретарь ЦК КПСС Дмитрий Устинов, с которым Глушко давно дружил и даже иногда при посторонних называл его в телефонных разговорах на ты. Академик готов был принять лестное предложение, но поставил условие: за ним должно сохраниться также и предприятие ракетного двигателестроения в Химках (КБ "Энергомаш"), которым Глушко руководил уже много лет. "Наверху" согласились. Два космических центра - в Подлипках и Химках - объединили и назвали НПО "Энергия". Глушко назначали на должность уже не главного, а генерального конструктора и генерального директора.
Беседы с Брежневым перед назначением на высокий пост обычно носили, скорее, формальный характер. Но Глушко нарушил традицию. Во время встречи с генсеком в его просторном кабинете на Старой площади конструктор затронул принципиальный вопрос - о создании постоянно действующей обитаемой базы на Луне. "Повторять то, что сделали американцы, не имеет смысла, - не раз говорил Глушко. - А вот лунная база станет выдающимся достижением, которое закрепит за страной лидерство в космонавтике на многие годы". Брежнев согласился с тем, что предложение является заманчивым, и пожелал успеха.
Валентин Петрович был уверен, что справится с труднейшей задачей. В том же 1974-м в обстановке строжайшей секретности начались проектные разработки. Пока в инициативном порядке. Нужно было определить концепцию, перспективные технические решения, ориентировочные сроки. Такие разработки всегда предшествовали принятию постановлений ЦК КПСС и Совмина, в которых определялись конкретные задачи, этапы, финансирование. Менее чем через два года в "Энергии" было готово несколько томов документации. Головной том прилагался к письмам, которые Глушко направил в ЦК КПСС, Совет министров, Военно-промышленную комиссию и ракетное Министерство общего машиностроения (МОМ). О том, как развивались события, рассказывает лауреат Государственной премии, заслуженный машиностроитель Владимир ХОДАКОВ, занимавший в то время достаточно высокую должность в министерстве.
- В начале 1976-го фельдъегерской почтой был доставлен в МОМ большой пакет с грифом "Совершенно секретно" на имя министра С.А.Афанасьева, - вспоминает Владимир Николаевич. - В головном томе и сопроводительном письме говорилось о создании на Луне постоянно действующей обитаемой научно-экспериментальной базы, предназначенной для работы ученых.
Никто тогда еще не представлял, что академик получил принципиальное одобрение своей сенсационной идеи у самого генерального секретаря ЦК КПСС (об этом и сегодня осведомлены немногие). Зато хорошо знали, что руководство страны поставило перед отраслью совсем другую цель: все силы бросить на создание отечественного многоразового пилотируемого космического корабля, позднее получившего название "Буран", и супертяжелой ракеты. Мне довелось участвовать в подготовке соответствующего постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР, которое было подписано 17 февраля 1974 года. Вот почему предложение о лунной базе казалось громом среди ясного неба. На каком уровне согласовывал этот вопрос академик Глушко? Отменяется ли программа по "Бурану"? Я немедленно пошел докладывать министру Афанасьеву...
- На сколько человек была рассчитана лунная база? Какие ракеты могли бы доставить тяжелые конструкции на Селену?
- Академик Глушко предлагал разработать новый сверхтяжелый носитель, который позволит выводить на околоземную орбиту пару сотен тонн полезного груза зараз. Это была посильная задача. Позже наши конструкторы создали ракету "Энергия", которая стартовала в 1987-м - еще при жизни Глушко. "Энергия" могла вывести на орбиту 100 тонн. Далее на базе "Энергии" можно было бы создать еще более мощную ракету "Вулкан". В ней предлагалось использовать те же маршевые двигатели и те же унифицированные ракетные блоки, что и на "Энергии". "Вулкан" мог бы поднимать на околоземную орбиту 230 тонн. Это в свою очередь давало возможность доставить на окололунную орбиту 60 тонн. А непосредственно на поверхность Селены опускались бы корабли и модули массой 20 - 30 тонн каждый.
Лунная база по проекту состояла из нескольких объектов. Это два взлетно-посадочных корабля (на них можно прилуняться и улетать обратно на Землю), два лабораторно-жилых модуля, 8-тонный луноход с экипажем из 2 человек, ядерная энергетическая установка на 300 киловатт, лабораторно-заводской модуль.
Численность экспедиции - 6 человек. Сменять их предлагалось раз в год. Общая масса технических средств на Луне (без посадочных ступеней) - 130 тонн.
Валентин Петрович назначил в НПО "Энергия" и соответствующих главных конструкторов: К.Бушуева - по лунным кораблям (экспедиционному и транспортному), И.Прудникова - по лунной базе.
- Почему потребовались два взлетно-посадочных лунных корабля?
- Потому что каждый был рассчитан на трех членов экипажа. Масса корабля в момент прилунения составляла бы 31 тонну, при старте с Луны - 22, а на Землю возвращалось всего 3,5 тонны. Высота корабля - около 10 метров, а вместе с лунным посадочным устройством - 20.
- Подробно ли описывалась конструкция лабораторно-жилого модуля?
- Достаточно подробно. Модуль рассчитан на трех человек. На чертеже были представлены восемь помещений: шлюзовая камера, санитарно-бытовой отсек, каюты экипажа, лаборатория, хранилище продуктов, кают-компания, отсек управления и связи. Площадь рабочих помещений - 25 квадратных метров, бытовых - 35. Получался вполне приличный объем герметичных отсеков - 160 кубических метров. Лунный дом соответствовал заданным параметрам: масса - 22 тонны. Высота - около 9 метров, то есть с трехэтажный дом. В таком модуле трое землян вполне могли жить и работать целый год. В двух модулях разместились бы шестеро ученых.
- Сколько запусков нужно было бы произвести для доставки всех этих конструкций на Селену?
- Потребовалось бы всего 7 ракет типа "Вулкан". Но это в случае доставки не только жилого, но и лабораторно-заводского модуля с объемом гермоотсеков 10 кубометров, а также запасов продуктов, расходуемых материалов в расчете на полтора года.
- Лунный завод - это интересно. Что на нем планировалось производить?
- Было запроектировано несколько отсеков. Во-первых, завод по производству кислорода из лунных пород. Во-вторых, биотехническая лаборатория-оранжерея. В-третьих, физико-химическая лаборатория.
Программа работ лунной базы предусматривала исследования в области планетологии, астрофизики, биологии, а также получение высокоэффективных материалов в интересах земной экономики. Базу предполагалось создать всего за год после запуска первого "Вулкана". Это был по-настоящему амбициозный проект.
- Главный вопрос: сколько денег потребовалось бы на его реализацию?
- В присланных документах финансовые расчеты не приводились. Но по прикидочным оценкам, потребовалось бы 20 - 40 миллиардов долларов. Большая сумма. Но можно было ее вдвое сократить за счет, допустим, уменьшения численности персонала базы с 6 до 3 человек и ряда других решений. Глушко считал, что при надлежащем финансировании в 1982 году можно будет новым ракетным летательным аппаратом РЛА-150 вывести на орбиту 250 тонн полезного груза, а в 1983-м отправить пилотируемую экспедицию на Марс. Если следовать этой логике, то теоретически в 1990-м мы могли создать лунную базу...
- Что же помешало этому? Отсутствие денег?
- Не только. Идея не нашла поддержки ни в Академии наук, ни в правительстве, ни в ЦК КПСС. Тогда многих специалистов напугали расчеты Института прикладной математики Академии наук. Согласно этим расчетам американский многоразовый корабль мог во время полета совершить (в некий час "Х") боковой маневр и пройти над основными административно-промышленными центрами страны, в том числе над Москвой, Ленинградом. Поэтому было принято решение форсировать работы по "Бурану". Видимо, зря Глушко надеялся на обещанную ранее поддержку Брежнева в вопросе создания лунной базы. Возможно, оказавшись перед выбором "Буран" или лунная база, генсек, конечно же, подтвердил приоритет многоразового корабля.
Что касается министра Афанасьева, то он возмутился предложением Валентина Петровича и сказал: "Прошу, не мешкая, подготовить отказ за моей подписью".
На создание системы "Энергия" - "Буран" было израсходовано 14 миллиардов долларов. Чуть добавили бы - и можно было построить лунную базу вместо оказавшегося невостребованным многоразового корабля, который опередил свое время. Кстати, у него были серьезные преимущества перед американским шаттлом.
- Глушко больше не поднимал "лунного вопроса"?
- Ну как же, он сделал еще одну попытку "пробить" лунную экспедицию в усеченном варианте. Предложил с помощью "Энергии" отправить на Селену корабельный лунный комплекс. Был разработан и соответствующий проект. Трое специалистов могли бы поработать на поверхности Луны 12 суток, ездить на луноходе, проводить исследования... Это был совершенно реальный проект, не требовавший больших средств. Но и это предложение "наверху" сочли неактуальным, ибо лунная гонка было проиграна. Впрочем, сегодня многие из тех разработок, видимо, будут востребованы...

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 9549

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...