Труд: Анна Нетребко: «Всегда готова взять в руки тряпку и помыть пол»

Главная Культура 22:01 17 Февраля 2011 19985

Анна Нетребко: «Всегда готова взять в руки тряпку и помыть пол»

Готовясь к роли Анны Болейн, прославленная оперная певица не забывает и о бытовых мелочах

Напечатать

— Анна, это «Труд» из Москвы беспокоит. Есть несколько минут, чтобы поговорить?

— Господи, а я думаю, кто это все утро трезвонит и мешает мне заниматься? Меня предупреждали, что вы будете звонить, но я забыла. Сижу и думаю: сейчас пришибу этот телефон. (Хохочет.)

— Извините ради бога.

— Что вы! Это вы меня извините.

— Вышло, что я подслушал, как вы занимаетесь, потому что вы трубку снимали, а не говорили — просто клали ее рядышком с собой. Звучала запись какой-то оперы — мне показалось, что это куски из «Анны Болейн». У вас что, есть оркестровая фонограмма, под которую вы поете?

— Нет, я просто слушаю диски. У меня есть три разные записи этой оперы — с Марией Каллас, Беверли Силлз и Лейлой Генджер. Сопоставляю интерпретации.

— Кто вам ближе?

— Пока не знаю, только изучаю музыкальный материал. Они все совершенно разные исполнительницы, у каждой что-то свое, индивидуальное, интересное.

— Видимо, готовитесь к апрельской премьере «Анны Болейн» в Венской опере?

— Да, уже через пару недель приступаем к сценическим репетициям.

— Говорят, вы всюду ходите с наушниками, даже на тренажере их не снимаете — в «Анну Болейн» погружаетесь.

— Это правда.

— Я посмотрел, что там за постановочная команда. Дирижер — Эвелино Пидо, вы с ним знакомы?

— Да, это очень хороший дирижер, итальянец, сделал много записей с известными певицами — Анджелой Георгиу, Натали Дессей… Знаток бельканто. Мы уже встречались, обсуждали что к чему и пришли к общему знаменателю.

— Какому?

- Да все просто: исполнять как можно ближе к тексту композитора, так, как написано в клавире.

— А вот о режиссере Эрике Дженовезе известно очень мало. В основном о нем пишут как об актере театра «Комеди Франсез».

— Я с ним, к сожалению, незнакома. Но мне говорили, что это будет довольно-таки классическая по стилю постановка.

— Недавно у вас вышел диск Stabat Mater Россини, а скоро выйдет и Stabat Mater Перголези.

— Да, в марте, на Deutsche Gramophone.

— Но вы сами говорили, что после рождения сына ваш голос «покрупнел». Как с таким «вердиевским» голосом петь прозрачную по звучанию музыку барокко?

— На музыке барокко я никогда не специализировалась — это правда, но и не могу назвать Перголези барочным композитором. Во всяком случае, музыка его мне очень нравится и никаких трудностей в исполнении не представляет. Просто важно найти правильного партнера, правильный оркестр и правильного дирижера, который мыслит так же, как я. На диске я это исполняю не с барочным оркестром и не с барочной певицей. Там же есть еще одна сольная вокальная партия. Один раз был у меня случай, я это исполняла с контртенором. Это было интересно, но трудно для меня, потому что контртенор — голос негромкий, и мне приходилось очень сильно убирать свой голос, чтобы сохранить баланс. Да и если эту партию поет женщина-контральто, то в большинстве случаев такой голос тоже небольшой. Так что для нашего диска пришлось очень сильно поискать хорошее контральто с крепким голосом, чтобы наши голоса звучали гармонично. Это Мариана Пеццолато, итальянка.

— Только что вы спели два спектакля «Любовного напитка» в Мариинском театре — как прошло? Как показал себя дирижер Лучано ди Мартино, о котором вы еще за неделю до представления ничего не знали?

— Прошло вроде бы ничего, но дирижер как-то не вызвал особых восторгов ни у кого.

— Как же вышло, что взяли именно его?

— Я не знаю, это, наверное, вопрос к руководителю театра Валерию Абисаловичу Гергиеву. Думаю, просто мне надо было использовать свое влияние и каким-то образом позаботиться о том, чтобы дирижер был достойным всего остального. Можно было бы пригласить Клаудио Ванделли, с которым мы только что сделали гастрольный тур по Восточной Европе и который бы, несомненно, смог зажечь всех своим огнем. Иначе как-то непонятно, зачем платить такие деньги за постановку. Мы много работали, но дирижер немножечко все притянул вниз.

— У вашего мужа Эрвина Шротта это был дебют на Мариинской сцене. Что он сказал о вашем родном театре?

— Ему там было замечательно хорошо.

Анна Нетребко и Эрвин Шротт на сцене Мариинского театра в спектакле "Любовный напиток". Январь 2011 года.

Мужу Анны Эрвину Шротту в спектакле "Любовный напиток" пришлось преображаться в пузатого старика.

— А если сравнить, скажем, с Венской оперой или нью-йоркским театром «Метрополитен»?

— Ну, акустика в Мариинском театре плохая, это все знают. Но Эрвин тем не менее говорит, что петь было удобно, и принимали его хорошо — публика, все коллеги. И Петербург как город ему безумно нравится, он говорит, что обязательно будет сюда возвращаться.

— Но у него вышел какой-то конфликт с режиссером.

— Да, действительно. Это очень известная постановка Ролана Пелли, она уже в нескольких театрах была, и представитель Пелли, который переносил ее на сцену Мариинского театра, сказал Эрвину, что тот не вписывается в спектакль: голос его якобы слишком большой, и вообще он слишком хорошо выглядит. А его герой, Дулькамара, задуман как такой неуклюжий толстяк с бородавкой на носу, торчащими ушами и без зубов. В общем, Эрвину сменили имидж, и он за одну репетицию полностью переделал свой образ.

— Вслед за «Любовным напитком» в Петербурге у вас в мае будет «Любовный напиток» в Баварской опере. Причем спектакль совершенно другой, режиссер там Давид Бёш, немец.

— Ну да, я спросила, что за постановка, мне сказали, что вроде нормальная.

— Но, судя по анонсу, сильно авангардная.

— Да? В Мариинском театре у нас было такое итальянское сельпо 1960-х годов, я въезжала на сцену на мотороллере, а влюбленный в меня Неморино — на тракторе.

— А тут какой-то батискаф… Вам вообще без разницы, идет ли опера в историческом виде, в каком ее задумал композитор, или антураж осовременен?

— Я не против современных постановок, только не должно быть такого, что постановка забивает саму музыку. А если спектакль интересен и заставляет увидеть произведение с новой стороны, тогда я это приветствую.

— Приходилось когда-нибудь отказываться от постановки, как дирижер Юрий Темирканов в свое время отказался от «Пиковой дамы» в Лионской опере, где якобы Герман хватал Лизу за мягкое место, а она укладывала его на себя?

— Нет, мне как-то везло — таких случаев не было. Я в общем стараюсь быть осторожной, заранее спрашиваю, что за постановка. Потому что бывают иногда такие спектакли, что лучше там не появляться — это потеря не только времени, но и репутации. Однажды я все же попалась — участвовала в постановке «Риголетто» в Баварской опере, где все было сделано, как будто действие происходит на планете обезьян. Герцог был черной гориллой, Риголетто — астронавтом в космическом костюме. В общем, полный абсурд, непонятно зачем и для чего. Вот с тех пор я стараюсь очень осторожно выбирать постановки. Angl? kalbos kursai ir vaik? dienos vasaros stovyklos Kaune ir Vilniuje, Klaip?doje Intellectus tinklapyje

— Читал, что у вас с мужем Эрвином летом будет концертное турне, во время которого вы впервые исполните знаменитый дуэт из «Порги и Бесс» Гершвина.

— Да, это будут большие концерты в Европе, мы с Эрвином и с замечательным тенором Йонасом Кауфманом поем на трех огромных площадках — «Лесная сцена» в Берлине, Кёнигсплац в Мюнхене и венский Штадтхалле. Но поправлю вас — дуэт из «Порги и Бесс» мы уже пели много раз. И это только один номер из большой программы, где будут отрывки из «Манон Леско», финал «Фауста»…

— В прошлом нашем разговоре, в январе, вы сказали, что в следующем сезоне в Москве устроите шикарный концерт. Можно уже раскрыть какие-то подробности?

— Концерт, конечно, будет, и мы уже работаем над воплощением этой идеи, но пусть это будет пока наш маленький секрет и сюрприз для истинных любителей вокала.

— Прошел также слух, что ваша смелая вылазка в область поп-музыки (дуэт с Филиппом Киркоровым) найдет продолжение, и в феврале вы вроде бы запишете дуэтную программу с Дмитрием Хворостовским на музыку Игоря Крутого. Это так?

— Да, у нас намечается проект с Дмитрием Хворостовским, но и об этом, как обо всех остальных моих проектах, которые еще не подошли к воплощению в реальные формы, пока говорить рано. Время покажет.

— Вы так много ездите, даже посреди нынешней серии спектаклей «Дон Паскуале» в Метрополитен-опере не поленились слетать на два дня в Вену.

— Ну конечно, когда у Эрвина премьера новой постановки «Свадьбы Фигаро», где он дебютирует в партии Графа, разве я могу такое пропустить?

— Во всех этих переездах сын Тиша с вами?

— На два дня в Вену я его, конечно, не брала, оставила в Нью-Йорке. Вот допою здесь «Дона Паскуале», и тогда уже все вместе вернемся домой в Вену. А так, конечно, он всегда со мной.

— В прошлом интервью «Труду» вы рассказывали, что Тиша к музыке не очень расположен, больше увлекается конструктором. Но на питерской премьере «Любовного напитка» он проявил горячий интерес к опере и даже прорвался на сцену. Стало быть, надежды на сценическую карьеру сына еще не оставлены?

— Надежд особых никто и не возлагал пока, но действительно, в этот раз на генеральной репетиции «Любовного напитка» в родной Мариинке Тиша впервые выехал на сцену в машине — у папы на руках (что было, конечно, отступлением от сценария и за что мы впоследствии имели выговор от режиссера-постановщика). И потом очень не хотел уходить за кулисы и весело щебетал детские песенки себе под нос.

На генеральной репетиции "Любовного напитка" на сцене вместе с Эрвином Шроттом неожиданно появился и их с Анной сын Тьяго.

— Вы уже приглашаете к нему каких-то педагогов?

— Каких педагогов — маленький еще, два года.

— О, сейчас такие тенденции пошли, продвинутые родители чуть ли не с пеленок начинают своих чад учить иностранным языкам, танцам…

— Я вообще человек старомодный, считаю, что самое лучшее воспитание — это советское, которое было у нас. Чем проще воспитываешь ребенка, тем лучше. Не надо детей перегружать. Все эти школы, где по восемь часов в день детей заставляют учиться, — совершенный абсурд. Делать из малышей гениев, когда они таковыми не являются, по-моему, глупо. Лучше пускай на улице играют с друзьями.

— Ваше советское воспитание — это что же значит, вас саму приучили у плиты стоять и пол своими руками мыть?

— А что тут такого? Если пришла домой и вижу — пол грязный, чего дожидаться какого-то специального человека? Взяла тряпку и быстро помыла. Если не убрано, взяла и убрала. Конечно, и няня приходит к Тише, и друзья всегда готовы плечо подставить. А готовить я люблю, особенно кавказские блюда — я же родом с Кубани. Ну, а кто любит готовить, тот и поесть любит — соленое, острое, жареное, вареное, всякое.

— Знаю, что вы занимаетесь благотворительностью.

— Не люблю об этом рассказывать.

— Хорошо, но хотя бы расскажите, как возникло ваше сотрудничество с международным благотворительным фондом «Рериховское наследие», вместе с которым вы помогаете больным детям из петербургского ортопедического института имени Турнера, и не только им.

— Помогать тем, кому я могу помочь, — одна из моих главных жизненных позиций, занимаюсь этим буквально с детства. Просто с годами возможностей стало больше, и я их использую гораздо шире. Ну, а кто такой Рерих, знаю тоже с детства — родной брат моего отца был прекрасным и самобытным художником, большим поклонником творчества Рериха. В нашем доме была масса всевозможных репродукций и копий картин Николая Константиновича Рериха, сделанных его рукой. Можно сказать, я выросла под их сенью. А сотрудничество с международным благотворительным фондом «Рериховское наследие» — это скорее заслуга моего друга и доверенного лица Влада, так как он глубоко проникнут этой философией и вообще всем наследием этой великой русской семьи.

— В вашей напряженной жизни остается ли время на кино, чтение?

— Вообще я переключаюсь легко. Люблю смотреть кино, но, к сожалению не всегда есть возможность посетить кинотеатр, поэтому я с помощью домашнего кинотеатра отслеживаю все новинки Голливуда и нашего родного кинематографа. Иногда кино приходит на помощь при погружении в новую роль. Стараюсь пересмотреть все относящееся к эпохе, которую мне предстоит сыграть на сцене. Из последнего, что удалось увидеть, — сериал "Тюдоры", драма "Еще одна из рода Болейн". Это, как вы понимаете, в связи с работой над ролью Анны Болейн. С той же целью я перечитала много книг об эпохе Анны, от энциклопедических изданий до художественной литературы, которую, кстати, находила с большим трудом, приходилось и друзей просить помочь.

— А если выпадает пара недель свободы, куда едете? В теплые страны или в какой-нибудь уединенный европейский замок-отель, где вас никто не найдет?

— Все дело в том, что такой роскоши, как две недели свободы, у меня давно уже не было. Вот, например, в этом году во время январского безмятежного отдыха всех людей мы с Эрвином хоть и были на прекрасных Канарских островах, но и там выступили с двумя концертами вместе с маэстро Спиваковым.

— Столько городов попадается вам на гастрольных путях…. Есть такой, куда приезжать — самая большая радость?

— Городов действительно много. И каждый радует по-своему, но самая большая радость — это приезд на родину. Здесь меня всегда ждут близкие друзья, мой папа и все родные. Конечно, я имею жилье и в Америке, и в Европе, но каждый приезд на родину — это особое состояние души, и его невозможно передать словами.

— Ваша сестра Наталья, когда-то уговорившая вас участвовать в конкурсе красоты Кубани (и вы стали вице-Мисс Кубани), теперь модельер. Не было мысли выйти на сцену в ее костюмах?

— Наташа, конечно, талантливый и многоплановый человек, но на сцену я выхожу в нарядах, которые пошили театральные портные по замыслу и эскизам режиссера-постановщика. Это же не подиум, а театр.

Анна Нетребко (справа) с сестрой Натальей. Фото из семейного архива.

Анна Нетребко с родителями, сестрой Натальей и ее семьей. Фото из семейного архива.

Напечатать

Культура 17:01 / 07 Марта 2026 36630

«Как поверить, что ты уехала?»

Очень мартовские стихи

Ирина Смирнова

Труд

Владимир Сухов — легендарный калининградский поэт. С песнями на его стихи связаны лучшие минуты жизни многих моих знакомых и незнакомых. В первые дни весны предлагаю вспомнить его строки о женщинах, о любви....