06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВОРОТА В АРКТИКУ

Байгаров Сергей
Опубликовано 01:01 18 Октября 2002г.
Михаил Васильевич Ломоносов предрекал, что "могущество России будет прирастать Сибирью и Севером". Сибирь кормит страну достаточно давно, теперь мы все дальше и дальше продвигаемся на Север. Суровый край занимает две трети территории страны, но сосредоточено здесь меньше девяти процентов трудовых ресурсов, где-то пятнадцать процентов основных производственных фондов. Однако отдача уже сейчас колоссальна - Север дает шестьдесят процентов всех валютных поступлений России. Кладовые его природных ископаемых пока полны. В ближайшие тридцать, сорок, а может быть, и все пятьдесят лет, если геологи не подкачают, поводов для беспокойства не появится. А что дальше? А дальше Россия должна добывать энергоносители со дна студеных морей.

КЛАДОВАЯ XXI ВЕКА
Это для человека полвека кажутся большим отрезком жизни, а для страны пятьдесят лет - "миг между прошлым и будущем". Вот чтобы будущее состоялось, необходимо уже сейчас приложить максимальные усилия на арктическом шельфе. Даже далеко еще не полные данные говорят о сосредоточенных здесь поистине несметных богатствах, опираясь на которые Россия может устойчиво развиваться века! Российский арктический шельф занимает площадь размером в 6,3 миллиона квадратных километров. По выявленным и прогнозируемым запасам многих видов полезных ископаемых континентальный шельф является уникальным национальным резервом России: извлекаемые ресурсы углеводородов превышают, по оценкам специалистов, отметку сто миллиардов тонн (!) в пересчете на нефть.
В западном секторе российской Арктики открыта гигантская газонефтяная шельфовая провинция, в которой находятся около семидесяти процентов всех извлекаемых ресурсов нашего шельфа. Новые центры нефтегазодобычи могут быть созданы на базе трех крупных районов - Центрально-Баренцевского, Южно-Карского газоконденсатных и Печорского нефтегазоконденсатного. Но это еще не все, ведь на более шестидесяти процентах площадей Баренцева, Печорского и Карского морей не пробурено ни одной скважины. Но даже при столь низкой геологической изученности уже открыто шестнадцать месторождений, в том числе такие уникальные, как Штокмановское газоконденсатное, Ленинградское и Русановское газовые, общие запасы газа которых достигают двенадцати триллионов кубических метров. Средний прирост потенциально извлекаемых ресурсов на одну скважину составляет 600-800 миллионов тонн углеводородов в пересчете на нефть, а в Западной Арктике и того больше - до полутора миллиардов тонн. Это самые высокие показатели в мире. Никаких сравнений с широко рекламируемым Каспием здесь просто не может быть.
Щедр арктический шельф и на другие месторождения полезных ископаемых - угля, золота, меди, никеля, олова, платины, марганца и многого другого. Из них сегодня разрабатываются только уголь на архипелаге Шпицберген и золото на острове Большевик (Северная Земля). В ближайшие годы спрос на сырье континентального шельфа на мировом рынке будет только расти. В общем, как ни считай, громадные запасы ископаемых на арктическом шельфе имеют весьма радужные перспективы. Судя по всему, в XXI веке России предназначена роль одного из главных поставщиков и хранителей стратегических запасов планеты.
Но вот взять их будет тяжело. Частые штормы, дрейфующий лед, сильные приливы, быстрое оледенение серьезно осложнят добычу. Разработка месторождений будет вестись на значительных глубинах с отрицательными придонными температурами, при сложном рельефе пород. Но это - лишь часть проблемы. Есть еще осложнения, которые не имеют никакого отношения к природе и технологиям. Бессчетные богатства, которые хранит российский арктический шельф, привлекают пристальное внимание многих государств. Оказывается, что за наше богатство нужно бороться, иначе его можно запросто потерять.
Странные маневры (в том числе и военные) вокруг русского Севера идут с начала прошлого века, но особенно они обострились в последнее десятилетие. На официальном уровне ставится вопрос о правомочности владения Россией огромными арктическими территориями.
Почему это происходит - понятно, ведь даже по самым пессимистическим прогнозам мирового развития, потребление газа и нефти будет постоянно расти. А мировые запасы "голубого топлива" и "черного золота" на сегодняшний день в отличие от России далеко не бездонны. Особенно тревожна ситуация у наших ближайших соседей - в европейских государствах. Из-за истощения в Северном море газовых месторождений, которыми владеют Норвегия, Великобритания и Нидерланды, очень скоро зависимость Европы от импорта газа возрастет вдвое и составит почти семьдесят процентов. По оценкам аналитиков, в период 2005-2030 гг. произойдет сокращение объемов газодобычи в среднем на 3,2 процента в год. Не радует и ситуация с нефтью. Эксперты единодушно говорят, что пик ее добычи в Северном море также уже позади.
Крупнейшим потребителем нефти в обозримом будущем останутся США. Уже к 2010 году они выйдут почти на миллиард тонн потребления в год. Соединенные Штаты получают нефть из Канады, Мексики и, главным образом, из стран Ближнего Востока. Но после событий 11 сентября 2001 года необходимость уменьшения американской зависимости от импорта углеводородов из нестабильных регионов стала весьма острой. Поэтому понятен интерес Америки к арктической нефти. К тому же она гораздо ближе к США, чем месторождения Ближнего Востока. Путь из Мурманска до восточного побережья США намного дешевле, чем стоимость фрахта из Персидского залива. Это как раз тот редкий случай, когда "политическая целесообразность" подкрепляется экономикой.
НАША ЗЕМЛЯ ДО ПОЛЮСА?
Все перечисленные страны, а также полностью зависящая от импорта углеводородов Япония проявляют болезненный интерес к российскому сектору Арктики. Но особенно активны норвежцы. К экспансии в северном направлении их подталкивает суровая необходимость. С 70-х годов прошлого века в норвежской экономике начал формироваться дисбаланс, который привел к тому, что нефть и газ стали обеспечивать более половины экспортных поступлений. Постепенное истощение запасов и удорожание добычи в Северном море объективно вынуждают Норвегию перестраивать экономику. А это дорого и может вызвать нежелательные социальные проблемы. Другой выход из ситуации - найти новые источники нефти и газа. Они есть на российском шельфе. Объемы только Штокмановского месторождения превышают все разведанные запасы Норвегии.
Геополитическую активность Норвегии подогревает и территориальный спор между этой страной и Россией. Яблоком раздора стал участок континентального шельфа в Баренцевом море площадью в 180 тысяч квадратных километров. Как утверждают эксперты Минэнерго, в этом "сером секторе", который по размерам превышает площадь всей Прибалтики, есть "интересные нефтегазовые месторождения". Судя по всему, норвежцы уже разрешили спор в свою пользу. Нефть и газ они пока там не добывают, но ищут их упорно. Только в последнее время норвежские нефтяные компании пробурили более полусотни скважин, затратив на это миллиард триста миллионов долларов. Российские рыболовные суда норвежцы выпроваживают из "серой зоны" без излишних церемоний.
Евросоюз в целом также внимательно присматривается к российской Арктике. Там даже ввели понятие "северное измерение ЕС", которое подразумевает экономическую экспансию в направлении полюса.
Остается спорным и вопрос о разграничении сфер влияния в Арктике России и США. 1 июня 1990 года в Вашингтоне между двумя странами заключено соглашение о линии разграничения морских пространств. В документе записано: "Линия разграничения морских пространств идет на север по меридиану 168о58'37" западной долготы через Берингов пролив и Чукотское море по Северному Ледовитому океану насколько допускается по международному праву". Вот эта странноватая для документа концовка ("насколько допускается по международному праву") как раз и не нашла отражения в Конвенции ООН по морскому праву, согласно которой внешняя граница государства определяется по 12-мильной зоне, а экономическая зона - по 200-мильной. Эта зона может быть расширена до 350 морских миль. Но увеличение подводной территории допускается лишь в случае, если границы континентального шельфа простираются за пределы 200-мильной экономической зоны. Чтобы претендовать на 350-мильную зону, Россия должна доказать, что шельф Северного Ледовитого океана является продолжением Сибирской континентальной платформы.
Министерство природных ресурсов России через МИД России уже представило в Комиссию ООН по разграничению континентального шельфа пакет материалов, полученных в ходе выполнения региональных геолого-физических исследований на шельфе РФ в Северном Ледовитом океане. При положительном рассмотрении заявки площадь российского шельфа может быть расширена на 1,2 миллиона квадратных километров, где, по прогнозам, содержатся многие миллионы тонн условного топлива.
ЕСЛИ НЕ МЫ, ПРИДУТ ДРУГИЕ
Одним словом, желающих добывать нефть и газ в российском секторе или в спорных областях Арктики довольно много. Ежегодно США, Норвегия, Германия и другие страны направляют сюда десятки морских научных экспедиций. Несколько лет назад США выделили крупные средства на программу по изучению Арктики при помощи атомных подводных лодок. Весьма активно ведет себя в Заполярье и НАТО. На территории Норвегии прошли учения стран этого блока, на которых отрабатывалась методика применения боевой авиации в условиях Крайнего Севера, а также действия вооруженных сил в конфликте, возникшем из-за спорного участка на континентальном шельфе. Нетрудно догадаться, с кем может возникнуть такой конфликт, если полигон для учебного бомбометания был развернут в нескольких километрах от российской границы. Россия же за последнее время в одностороннем порядке сократила свою военную группировку на северо-западе почти наполовину. Даже для простой демонстрации военно-морского флага у страны с такими запасами нефти не хватает топлива для флота.
И все-таки военный конфликт из-за спорных территорий вряд ли реален, тем более что Россия остается ядерной державой. Но, пользуясь очередным "смутным временем", наши близкие и не очень близкие соседи испытывают соблазн решить территориальные проблемы мирным, "законным" путем. Это особенно просто сделать сейчас, когда федеральные программы освоения Севера до недавнего времени существовали только на бумаге. Северный морской путь живет лишь в воспоминаниях ветеранов, произошло катастрофическое снижение объемов перевозок, что резко ухудшило снабжение и обеспечение населения арктической зоны, привело к ситуации, близкой к критической. Не видя перспектив, при первом же удобном случае люди покидают эти земли, арктическое побережье России становится все более пустынным.
А по неписаным законам мир не терпит пустоты в экономически привлекательных регионах. Если ты не можешь их разрабатывать, то обязательно найдется новый, более энергичный хозяин. Причем не важно, как он придет, по договору мирным путем или нагло, используя военную силу. Это, кстати, относится не только к нашим северным территориям, но и к огромным едва заселенным пространствам в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Исторических прецедентов не счесть. Так, в 1920 году, пользуясь разрухой, вызванной революцией и гражданской войной, мировое сообщество присвоило себе ряд "ничейных территорий", освоенных русскими. Именно так Норвегия получила острова Надежды и Медвежий, архипелаг Шпицберген. Правда, в соответствии с Парижским договором от 1920 года на этом архипелаге России предоставлено право осуществлять экономическую деятельность. Но сегодня Норвегия сочла возможным настаивать на пересмотре документа и стремится ограничить деятельность российских организаций на Шпицбергене и вокруг него, включая рыбопромысловые и нефтегазоразведочные работы.
Отсутствие после распада СССР четкой позиции Российского государства по северным границам в Арктике ведет к интернационализации Севморпути, овладеть которым уже пытаются некоторые страны, в том числе Норвегия, Финляндия и Япония. Вместе с совершенствованием технологий добычи нефти и газа на шельфах растут и геополитические аппетиты. Германия и Япония заявили о необходимости применения к Северному Ледовитому океану принципов Конвенции по морскому праву, в том числе на разработку природных ресурсов Арктики. Все та же Норвегия пытается распространить свое экономическое и политическое влияние на принадлежащий России архипелаг Земля Франца-Иосифа.
Ну а что же мы? В конце 70-х годов, если я не ошибаюсь, ЦК КПСС приняло закрытое постановление об освоении арктического континентального шельфа. Были выделены огромные средства. Во всяком случае именно тогда, в июле 1979 года, приказом Мингазпрома СССР в Мурманской области создали уникальный трест "Арктикморнефтегазразведка" (АМНГР). Он до сих пор специализируется на проведении водолазных работ по обслуживанию судов в морских портах, техобслуживанию судовых спасательных и защитных средств, судоремонтных работах, буксировке судов, перевозке пассажиров и грузов морским транспортом. Но главной задачей является поиск, разведка и разработка нефтегазовых месторождений на континентальном шельфе и островах арктических морей России.
В 1981 году трест получил от государства суда "Виктор Муравленко" и "Валентин Шашин". Они оснащены специальным оборудованием для подводно-технических работ на больших глубинах. Кроме них, АМНГР получил уникальный комплекс - спасательный водолазный снаряд "Спрут", его обслуживал отряд высококвалифицированных водолазов-глубоководников. Были также самоподъемные буровые установки, вспомогательный флот. На все это тогда затратили свыше миллиарда долларов бюджетных средств. Трест с блеском оправдал возложенные на него надежды. Было открыто около двух десятков новых месторождений, в том числе такие уникальные, как Штокмановское (запасы газа более трех триллионов кубометров) и Приразломное (запасы нефти около ста миллионов тонн).
ЗАКАТ "АРКТИЧЕСКОЙ ЗВЕЗДЫ"
А потом начались "ускорения", "перестройка" и другие "демократические преобразования". Ничего хорошего в это время на российском арктическом шельфе не произошло. Стало только хуже. Где-то в середине 90-х годов фактически прекратилось финансирование государственных предприятий. Недавно мне довелось побывать в Институте океанографии имени Ширшова. Впечатление от некогда элитной академической структуры осталось просто удручающее. Практически прекратил свое существование научный флот (совсем недавно он был самым мощным в мире), выращенная здесь талантливая молодежь успешно работает везде, кроме России. В фойе института попалось на глаза объявление о тотальной экономии электричества, иначе местные энергетические начальники грозятся вырубить свет. Тут не до экспедиций!
Правда, предпринимались какие-то невнятные попытки сдвинуть дело с мертвой точки, но все они кончались крахом. Например, российское правительство для освоения Штокмановского месторождения создало было международный консорциум "Арктическая звезда". Добычу газа планировали начать в 1995 году. Распорядителем работ назначили "Арктикморнефтегазразведку". Предполагаемая добыча в объеме пятидесяти миллиардов кубометров в год могла превратить регион в арктический Кувейт, загрузить местные предприятия заказами, а бюджеты деньгами. Опыт освоения месторождений Северного моря показывает, что привлечение одного рабочего в нефтегазовую отрасль обеспечивает работой 10-12 человек в металлургии, машиностроении, транспорте, пищевой промышленности. Но в 1991 году случилась очередная "загогулина" - президент России неожиданно отстранил от проекта и первооткрывателя, и консорциум, успевший вложить в дело 15 миллионов долларов.
Трагедия с атомной подводной лодкой "Курск", помимо всего прочего, высветила плачевное состояние нашего арктического хозяйства. Еще в 1985 году мурманские водолазы-глубоководники первыми в мире среди гражданских специалистов погружались на глубину триста метров. Их имена даже занесли в Книгу рекордов Гиннесса. А сегодня некогда самая мощная водолазная база "Арктикморнефтегазразведки" разбазарена. Кого-либо обвинять в этом язык не поворачивается. Без государственного финансирования содержать специальный флот невозможно. Вот и сдали буровые суда в аренду зарубежным фирмам, а "Спрут" на момент аварии нашей подлодки, по словам гендиректора АМНГР Олега Мнацаканяна, "мыл алмазы в Намибии". "Если бы эти средства для ведения работ на глубинах были сохранены, - с горечью заметил первый заместитель губернатора Мурманской области А. Селин, - тогда то, что сделали норвежцы и англичане, могло быть выполнено намного раньше нашими специалистами".
Тем не менее руководству АМНГР удалось сохранить уникальный коллектив. Теперь это - унитарное государственное предприятие, оно входит в так называемый список N 1, то есть может быть приватизировано только указом президента России. АМНГР имеет участок добычи нефти на Песчаноозерском месторождении (остров Колгуев). Эксплуатация месторождения позволила накопить опыт по нефтедобыче, подготовке товарной нефти и беспричальному наливу танкеров в условиях самого северного нефтепромысла в мире. Здесь впервые в стране освоены технологические приемы и методы бурения скважин с буровых судов и самоподъемных буровых установок в Заполярье. Не так давно предприятие первым в регионе получило сертификат соответствия качества международному стандарту ИСО. Сертифицировано 13 видов деятельности, в том числе строительство нефтяных и газовых скважин.
МАЛ ЗОЛОТНИК, ДА ДОРОГ
Морские геологоразведчики сумели выстоять в нелегких экономических условиях во многом благодаря поддержке мурманского губернатора Юрия Евдокимова. В феврале прошлого года областная администрация и АМНГР даже подписали соглашение. В нем зафиксировано, что стороны будут "ориентироваться на освоение углеводородных ресурсов шельфа Баренцева и Карского морей в рамках действующего договора о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральным центром и регионом... в пределах 200-мильной экономической зоны Баренцева моря, в том числе в дальнейшем и в зоне спорной юрисдикции с Норвегией". Для этого, говорится далее в документе, Мурманская область располагает достаточной индустриальной базой, материально-техническими и трудовыми ресурсами, научно-техническим потенциалом. Администрация обязалась оказывать содействие АМНГР в защите интересов компании в федеральных органах исполнительной власти, структурах администрации президента России, у потенциальных инвесторов.
Как минимум один раз подобная защита уже потребовалась. В 2000 году АМНГР довольно неожиданно получила лицензии на разведку и добычу полезных ископаемых на Поморском, Медынско-Варандейском и Колоколморском участках дна Баренцева моря. Участки, которые находятся на территориях Мурманской и Архангельской областей и Ненецкого автономного округа, содержат 140 миллионов тонн нефти и 70 миллиардов кубометров газа. Предприятие разом превратилось в золотой ключ от ворот в российский сектор Арктики. Это хорошо понимает и Олег Мнацаканян. В интервью "Вечернему Мурманску" он заявил: "У крупных нефтяных компаний появились деньги, там понимают, что нефть на суше кончается. Настает пора активизации геологоразведочных работ на шельфе и морской добычи нефти. Мы как бы становимся монополистами. И предложений у нас больше, чем возможностей".
Вот кто-то и попытался спрятать желанный ключ от Арктики в кармане широких штанин. Весной прошлого года губернатору Юрию Евдокимову пришлось даже направить в адрес Минимущества и Минэнерго России телеграмму. В ней он рассказал, что на руководство АМНГР оказывается жесткое давление со стороны различных компаний. Несомненно, желающих приватизировать предприятие, открывшее практически все углеводородные месторождения на шельфе морей Арктики и сумевшее сохранить уникальные плавучие буровые установки, мощный вспомогательный флот и обширную береговую инфраструктуру, в последнее десятилетие было немало. Но, по словам губернатора, давление стало особенно жестким после того, как северные геологоразведчики получили лицензии на право пользования тремя участками недр в Баренцевом море. Теперь требования о присоединении стали сопровождаться угрозами в адрес генерального директора Олега Мнацаканяна "организовать его освобождение от должности в случае отказа".
Тогда атака была отбита. Но вот случилась новая напасть, о ней, правда, пока все молчат. Похоже, что на этот раз прикарманить "Арктикморнефтегазразведку" решили не компании, а "государевы люди", то есть чиновники. А они, как известно, могут нанести гораздо больший ущерб, чем все военные флоты мира.
Напомню, что предприятие находится в запретном списке N 1, поэтому решили действовать следующим образом. "Арктикморнефтегазразведка" нашла партнера для работы - некое частное АО "Промышленные инвестиции". Вместе с этой компанией АМНГР в равных долях учредило ЗАО "Арктикшельфнефтегаз". Дело осталось за малым - передать в новую структуру огромный имущественный комплекс предприятия, а также лицензии на разведку и добычу полезных ископаемых. Прославленному предприятию уготована роль мыльного пузыря без имущества и лицензий. Кто разрешил? Минэнерго России своим письмом N ЛТ-3762 от 3 июня 2002 года. Наверное, юридически такие действия нельзя расценить как приватизацию, но, по сути, это она родная и есть, причем в самом худшем, извращенном варианте.
Ситуация тревожная. В последние годы на русский Север наконец-то пошли крупные отечественные компании. "ЛУКОЙЛ" планирует в течение десяти лет инвестировать в Северо-Западный федеральный округ не менее 130 миллиардов рублей. Он рассматривает регион как самый перспективный в России, "имеющий важнейшее стратегическое значение". Компания уже строит собственный танкерный флот ледового класса.
Недвусмысленно заявила о своих намерениях и "Роснефть", которая планирует привлечь ряд предприятий Мурманской области для участия в Штокмановском проекте. Она уже проводит ледовые, волновые, аэродинамические испытания трех платформ моделей TELPI, SPARR и севастопольского бюро морской техники "Коралл", которые предназначены для условий работы в арктических морях. Нет сомнений, что в стороне не окажутся и другие крупные нефтяные компании, и, естественно, Газпром. Придут сюда и иностранные фирмы, куда им деваться. И в этих условиях государство собирается расстаться с ключом от ворот Арктики? Что-то не верится.
Нелогично это еще и потому, что президент страны прекрасно понимает роль и значение развития нефтегазодобывающего комплекса на Севере России. Разговор с Юрием Евдокимовым на эту тему у него состоялся еще в апреле 2000 года. Тогда он свою первую поездку по регионам в ранге президента совершил в Мурманск. В ходе совещания на борту атомного ледокола "Россия" он обратил особое внимание на разработку месторождений углеводородного сырья шельфа и прибрежной зоны арктических морей. Лед тронулся, как раз после этих слов и активизировались наши компании. Кроме того, в рамках нового энергетического сотрудничества с США только Север может справиться с задачей увеличения поставок нефти за океан.
Тогда тем более молчание ответственных государственных чиновников выглядит весьма странно. Есть вопросы и к мало кому известному АО "Промышленные инвестиции". Или, может быть, мы прозевали рождение в России предприятия, которое запросто может инвестировать десятки миллиардов долларов в проекты разработки нефтегазовых месторождений шельфа Баренцева моря. И в это верится с трудом.
Думаю, что в этой непонятной истории будет уместно разобраться, причем гласно, в Мурманске 13-15 ноября на международной конференции "Нефть и газ арктического шельфа", где соберутся все заинтересованные организации как частные, так и государственные. Или даже раньше, в конце октября, на II Московском международном нефтяном форуме. Там тоже наверняка пойдет речь об освоении месторождений нефти и газа арктического побережья и его шельфа. Если вдруг государство заявит, что его больше не интересует роль координатора освоения шельфа, то тогда "извиняйте". Если же таких слов не прозвучит, то надо расставить точки над "i".
Проблема освоения континентального шельфа тесно связана с национальными интересами России. Нужно понимать, что все, что мы вложим сегодня в Арктику, завтра вернется сторицей. Мы не можем сделать еще одну ошибку, последствия которой будут испытывать наши дети и внуки. Кроме того, четкая, прогнозируемая позиция России по этому вопросу может превратить Арктику из зоны острых столкновений экономических интересов ведущих государств мира в арену взаимовыгодного сотрудничества. Нефти и газа здесь хватит всем.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников