Труд: АЛЕКСЕЙ ПУШКОВ: НА ТЕЛЕВИДЕНИИ ОЧЕНЬ МНОГО ПРОФАНАЦИИ И ОБМАНА

Главная Жизнь 01:01 19 Июля 2001 213

АЛЕКСЕЙ ПУШКОВ: НА ТЕЛЕВИДЕНИИ ОЧЕНЬ МНОГО ПРОФАНАЦИИ И ОБМАНА

Алексей Пушков родился в семье дипломата. С родителями жил в Китае, затем во Франции. После окончания МГИМО защитил диссертацию по идейно-теоретическим основам внешней политики США и три года преподавал в альма-матер. Работал в журнале "Проблемы мира и со

Славуцкий Александр

Напечатать

- Алексей, вы действующий международный эксперт и в некотором смысле политик - с одной стороны и журналист - с другой. Как эти две ипостаси в вас сочетаются, не мешают ли друг другу?
- Никакого противоречия между политикой и журналистикой у меня нет. Напротив, одно хорошо дополняет другое. Работа в СМИ кажется мне достойной сферой применения знаний, поскольку в отличие от классического аналитика, работающего на очень узкий круг людей, у эксперта-журналиста есть возможность формировать общественное мнение. Меня как раз удручают случаи малокомпетентной работы в СМИ. Некоторые известные телевизионные "развлекатели" время от времени заявляют о своем желании "делать аналитическую программу". И возникает вопрос: а что такой телевизионщик может анализировать, если раньше вел, допустим, программу "В постели с..."? Ну, пусть себе анализирует, как там, в постели. Это, кстати, совсем неплохое занятие. К сожалению, на телевидении очень много профанации и обмана.
- Ваши связи в среде политиков способствуют расширению журналистских возможностей?
- Конечно, ведь вся политика и дипломатия построены на том, что люди идут на контакт прежде всего с теми, кого знают. Например, в течение довольно долгого времени я часто встречался с генеральным секретарем НАТО Хавьером Саланой. После агрессии НАТО против Югославии наше общение прекратилось. А недавно, встретившись на одном дипломатическом приеме, он подошел ко мне и сказал: "Что-то мы с вами давно не виделись". И на той же неделе я пригласил его в программу. Причем "Постскриптум" был единственной передачей, где он выступил, несмотря на то, что с просьбой об интервью к нему обращались и с других каналов.
- Правда ли, что вы были спич-райтером Михаила Горбачева?
- Да. Точнее, я входил в группу спичрайтеров. У него было несколько таких групп, отвечавших за различные направления, и я работал в команде, занимавшейся международной политикой. Мы готовили многие его речи - от выступлений на заседаниях Политического консультативного совета стран Варшавского договора до визитов на Кубу или в Великобританию.
- А лично с Горбачевым общались?
- Только по работе, хотя мы знакомы и Горбачев неоднократно появлялся в "Постскриптуме". В большей степени мне довелось общаться с его соратниками по перестройке - Александром Яковлевым и Вадимом Медведевым.
- Как складывался ваш роман с телевидением?
- Сложно, потому что я всегда считал телевидение сферой не интеллектуальной и предназначенной в основном для упрощения информации. На телевидение меня пригласил в 1995 году тогдашний гендиректор первого канала Сергей Благоволин. Три с половиной года я проработал директором по общественным и международным связям ОРТ. В то время, уже являясь членом телевизионного сообщества, я все еще смотрел на экран со стороны, и он по-прежнему меня расстраивал.
- Чем же?
- В основном своей развлекательностью. Помню, как-то по этому поводу у меня был спор с Константином Эрнстом. Я считал, что на ОРТ нужно создать программы, способные привлечь интеллектуальную аудиторию, которая тогда практически вся была на НТВ. Эрнст же говорил, что самое главное - сделать массовый, развлекательный канал. Это ему удалось, а вот с программами "для головы" на ОРТ до сих пор проблема.
- В то время на ОРТ балом правил Березовский, с ним вас что-то объединяет?
- Никогда об этом не задумывался... Если что и объединяет, то, наверное, полная противоположность наших философских подходов к жизни.
- Тогда можно предположить, что ваш уход с ОРТ, где вы играли заметную роль, каким-то образом все-таки связан с Борисом Абрамовичем?
- Дело в том, что с самого начала нашего знакомства Березовский упрекал меня в недостаточной агрессивности, впрочем, упрекал не только меня, тут я в "хорошей компании". Вот это и стало линией разлома. Я всегда предлагал решения, скорее, компромиссного плана, он же шел по пути напряжения ситуации. По тем же схемам действовали соратники Березовского, руководившие ОРТ. Поэтому, когда в 1998 году Благоволин ушел, я понял, что мне тоже на ОРТ делать больше нечего.
- И теперь на ТВЦ выходит программа, избавленная от не устраивавших вас моментов?
- Что значит "избавленная"? Ведь на ОРТ у меня не было программы, поэтому мне трудно сравнить свою работу тогда и сегодня. Кстати, я предлагал Березовскому сделать передачу, аналогичную "Постскриптуму", и он ею заинтересовался. Мы вели переговоры, несколько раз встречались, но что-то его не устроило, он хотел делать более, повторяю, агрессивное телевидение и через полгода взял Доренко.
На ТВЦ, напротив, я нашел поддержку в том, что нужны программы, в которых ведущий будет не столько навязывать зрителю собственное мнение, сколько пытаться мыслить вместе с ним. За все время работы на ТВЦ, кроме разве что избирательной кампании, когда все каналы играли по определенным правилам, со стороны руководства не было ни одной попытки подчинить меня какой-то идее. В этом заслуга Олега Попцова, который считает, что на канале должна быть определенная множественность мнений.
- Это значит, что вы политически не ангажированы и не выполняете политического заказа?
- Ангажированность означала бы, что я постоянно занимался пропагандой идей движения "Отечество - Вся Россия", политической платформы правительства Москвы. Этого в "Постскриптуме" вы не найдете. Однако это не означает, что я волен, скажем, нападать на московское правительство, которое владеет 70% акций ТВЦ. Нигде в мире нет такой телекомпании, которая осмелится атаковать собственного владельца. За все годы существования CNN Тед Тернер с ее стороны ни разу не был подвергнут критике. Поэтому, когда нас упрекают, что мы "лужковский канал и Лужкова не критикуем", то мне непонятно, почему те же требования не предъявлялись, например, к старому НТВ, которое ни разу не высказывалось отрицательно в адрес Гусинского, как и ТВ-6 никогда не выступало против своих владельцев.
- Однако значительную часть одного из выпусков программы занял сюжет, рассказывающий о том, какая "редиска" Анатолий Чубайс. Согласитесь, ничего нового в этом нет, да и вывод, к которому вы пришли, - что раз он так долго сидит в кресле начальника РАО ЕЭС, значит, мол, владеет каким-то компроматом на руководство страны, - особой глубиной не потряс. И, честно говоря, это выглядело как исполнение политического заказа...
- Нет, никакого заказа не было, хотя вы не первый, кто мне об этом говорит. Этот сюжет мне захотелось сделать, когда я увидел, как господин Чубайс приехал в Приморье и с видом человека, не совершившего в своей жизни ни одного бесчестного поступка, принялся всех поучать и говорить, что "раз не заплатил, значит, украл", что он не позволит красть из его кармана. И когда я увидел глубоко лицемерного и беспринципного человека, произносящего такие слова, то возмутился. Если б он этого не сказал, я бы и не думал вспоминать про Чубайса, но после его выступлений понял, что наконец должен кто-то сказать Анатолию Борисовичу, кем он действительно является. И вот в ответ на его политическое бесстыдство я решил поставить вопрос: почему неприкасаем Чубайс, отчего он незаменим и к чему в конце концов может привести его руководство крупнейшей энергетической компанией?
- Как это патетично! Недаром вы как-то обмолвились, что намерены выстраивать "Постскриптум" как театр человеческих страстей в сфере политики.
- С тех пор как существует политика, в ней преуспевают в основном люди, владеющие искусством театра. Политика театральна, все крупные политики - актеры. И я пытаюсь это театральное начало вычленить, считая его очень важным. Я не создаю театра, не раздаю политикам роли - они их уже играют. Моя задача только разглядеть это и понять, кто является режиссером в каждом конкретном "спектакле".
- Вы следите за рейтингом программы?
- Естественно. На канале ТВЦ моя программа является одной из самых рейтинговых. В последнее время "Постскриптум" вполне сравним по популярности с конкурентами с главных телеканалов. В течение марта - апреля программа в основном опережала "Зеркало" и несколько раз "Времена", с уходом Киселева на ТВ-6 вплотную приблизилась к "Итогам". Это говорит о том, что, несмотря на скепсис моих оппонентов, программу приняли. Я чувствую, что она нужна. У меня есть постоянные отзывы со стороны членов руководства Госдумы, "Яблока", СПС, ОВР, депутатов "Единства"...
- Они вас ругают, хвалят или угрожают?
- Бывает - ругают, бывают - хвалят. Угроз пока не было, и, честно говоря, надеюсь, что и не будет. Хотя есть такие политмазохисты, которые считают, что если им угрожают, значит, они делают хорошие программы. Но я к ним не отношусь.
- Время от времени некоторым политикам от вас достается по первое число. И что, вам все сходит с рук?
- Я не делаю заказных материалов по принципу "вот сейчас уничтожу этого человека", не копаюсь в грязном белье, не трясу в эфире документами с компроматом. Жизнь своих героев за пределами их основной функции никогда не трогаю. Например, я критиковал Гайдара как экономиста, некогда управлявшего Россией, потому что считаю, что его доктрины к нашей стране малоприемлемы, но при этом не задевал его как личность, не пытался найти его счета в зарубежных банках или какие-то дискредитирующие факты.
- Есть ли у вас какие-либо увлечения, помимо работы?
- Конечно, и очень много. Я заядлый путешественник, с большим интересом открываю для себя новые миры. Успел побывать в 53 странах. Кроме того, занимаюсь спортом, очень люблю теннис, горные лыжи. В последнее время увлекся подводным плаванием, но, к сожалению, пока не имею возможности уделять ему много времени. Этот вид спорта я хочу освоить главным образом из-за эстетической его стороны. Там, под водой, - совсем другой мир, и когда на тебя смотрит мурена, то понимаешь, что многое в жизни, а уж политика тем более - относительно.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 15895

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....