Труд: ТЕНИ НАД ЯСНОЙ ПОЛЯНОЙ

Главная Жизнь 01:01 01 Июля 2004 156

ТЕНИ НАД ЯСНОЙ ПОЛЯНОЙ

В большом усадебном пруду теперь отражаются не строения эпохи Толстого, а два огромных аляповатых кирпичных коттеджа. Один принадлежит хозяину ресторана в Туле Юрию Паналиеву. Другой - столичному коммерсанту. Двухметровые металлические заборы, столбы, шир

Карпов Вадим

Напечатать

Это Кислый переулок в деревне, где уже не водят, как бывало, хороводы. С той стороны пруда на территории усадьбы виден белоснежный дворец Волконских. Возведут здесь еще пару-тройку подобных коттеджей, и его окончательно затмит эта груда крупномасштабного новодела. И дело вовсе не во вкусах строителей и их пристрастиях. Коттеджи появляются в охранной зоне музейных территорий, где закон вообще запрещает строить что-либо, за исключением "строгодозированных" объектов, связанных с нуждами заповедника.
Прямо у входа в усадьбу несколько лет назад появился домик поскромнее, но и он назойливо навис над прудом, бросая тень на знаменитую водную гладь. Заметим, что прибрежная часть пруда в былые времена вовсе не застраивалась. Теперь поселиться в Ясной Поляне, поставить особняк с видом на усадьбу стремятся многие. Цена деревенской земли, хотя официально продавать ее нельзя, уже перевалила за две тысячи долларов за сотку.
Александра Алексеевна Кусакина - коренная жительница Ясной Поляны. Дед ее, Михаил Дементьевич Зорин, служил егерем у Толстого, вместе с ним охотился.
- Лев Николаевич поколачивал моего родственника, - с некоей гордостью рассказывает пенсионерка. - Если промахнется, подзатыльник мог дать. А дед-то любил выпить... И как бы между прочим: Телевизор не включаю - дорого мне при пенсии в 1052 рубля его смотреть... Но продавать свой дом ни за что не буду. Помру в нем.
В отличие от тети Шуры другие деревенские - Свиридовы, Власовы, Кравченко - свои дома продали. Ну а у покупателей своя логика: мы, мол, платили деньги не для того, чтобы в халупах жить. И какое им дело до того, что "халупы" - частица заповедника, истории?!
- На окраине деревни, - рассказывает Антонина Пряхина (ее предки тоже жили здесь во времена Толстого), - зеленела березовая рощица, так новый хозяин ее вырубил, поставил двухэтажную баню. Помню, раньше сарай для коровы построить - особое разрешение требовалось. Перед домом ничего не сажали - лужайка и только. У всех в голове крепко сидело - ЛЕВ ТОЛСТОЙ, ЗАПОВЕДНИК.
Понять чувства Антонины Федоровны, чей здешний крестьянский род насчитывает не меньше трех веков, несложно. На одной из сохранившихся фотографий той поры Лев Толстой поднимается по широкой улице деревни. В нынешнем виде она гораздо уже и "живописнее" - металлические уродливые гаражи, погреба их хозяева выставили чуть ли не на проезжую часть. А на окраине древней деревни в нескольких десятках метрах от усадьбы и вовсе свалка...
Директор музея-усадьбы, праправнук великого писателя Владимир Ильич Толстой направил главе администрации Щекинского района В. Ермакову встревоженное письмо: "В связи с участившимися случаями нарушения Правил застройки, благоустройства и содержания охранной зоны... считаем необходимым созвать экстренное совещание..."
... В 1908 году председатель Московского общества грамотности князь Д. Долгорукий обратился к тульским властям с просьбой разрешить к 80-летию Л.Толстого открыть в деревне Ясная Поляна народную библиотеку-читальню. Это случилось 31 января 1910 года. Библиотеку открыл сам писатель в избе Василия Суворова. Сруб и землю под нее выделил Лев Толстой. И дал еще при этом 12 рублей. В тот морозный день к крыльцу, чтобы сфотографироваться на память, вышли все - дети и взрослые. В центре естественно писатель. Изба сохранилась до сих пор. Улица Л.Толстого, дом N4. Кто ее приобрел два года назад у наследников Суворовых, до сих пор не очень понятно - покупатель скрывается. И вот однажды на участке появились строители с мощной техникой и совсем рядом с уникальным домом стали рыть глубокий котлован размером 10 на 10 метров. Посыпались бревна из стен народной библиотеки - съехало ее основание. Землю из растущей воронки вываливали прямо к мемориальному пруду. Эти жуткие горы вместе со строительным мусором до сих пор лежат возле самой воды. Все происходило на глазах главы местной администрации Владимира Коношевица - его дом как раз напротив. Не заметить всего этого невозможно. Однако ни милиция, ни представители правоохранительных природоохранных структур, которые обязаны следить за порядком, в это почему-то не вмешивались.
- На наши требования немедленно остановить работы, - рассказывает архитектор музея Валентина Дмитриевна Середина, - строители отвечали, что у них договор с заказчиком, который "все уладит".
2 октября 2002 года директор заповедника Владимир Толстой направил письма в Министерство культуры, губернатору Тульской области, прокурору района, в Комитет по земле и земельным ресурсам... Просил срочно принять меры. Но стройка продолжалась - в считанные недели над этим местом выросли кирпичные стены, появились плиты бетонных перекрытий... . И только когда началось судебное разбирательство, стройка остановилась. Совсем или временно? Вопрос открытый - потому как официального решения при всей очевидности варварства, еще нет. И кто и когда уберет следы дикарского налета, восстановит памятник истории - тоже неизвестно.
- Некоторые полагают, что музей существует для того, - размышляет вслух Валентина Дмитриевна Середина, - чтобы увидеть, скажем, где и как спал, как ел Толстой. А я лично всегда робела заходить в дом Льва Николаевича. Ведь дело не только в том, какие были в имении стол, кровать, посуда, важно сберечь сам дух здешних мест. И как же можно так этим распоряжаться?
Мы побывали вместе с моей собеседницей недалеко от Свято-Никольской церкви в селе Кочаки, где находится фамильное кладбище Толстых. Там, рядом же, в широком поле, вырос и продолжает расти аляповатый дачный поселок. Железо, бетон, похожие на утюги дома, заборы из листовой стали и профиля...
И все это не где-либо, а все в охранной зоне заповедника. К тому же места эти связаны не только с именем Толстого. Здесь проходила засечная линия - южная граница московского княжества. Оказывается, на территории Ясной Поляны добывали руду и здесь же выплавляли железо, которое отправляли в Тулу для изготовления оружия.
Среди дачников, вольготно расположившихся в толстовских местах, - те, кто по роду своей деятельности должен бы их оберегать от всякого посягательства. Например, бывший и нынешний руководитель Щекинского района Михаил Агеев. Есть работники банков, других коммерческих структур, предприятий - местная элита... На брошенной возле дач бетонной плите черной краской выведено: "Продаются участки". Указан при этом телефон в Туле. Кто-то защищает Толстого, а кто-то на его имени делает свой "хватательный" бизнес.
- Не так уж много осталось в России заповедных пространств, - печалится директор музея Владимир Толстой. - Многие хотят поселиться именно здесь, готовы дать любые деньги, взятки. За каждый метр территории нам приходится воевать. Очень непросто, знаю, директору музея-заповедника Поленово Наталье Грамолиной. У нас хотя бы охрана, милиция рядом, а она практически одна.
Беда в том, что нет у нас действенных, строгих законов об охране памятников, музеях-заповедниках. Сдерживать натиск "любителей старины" очень трудно, порой сил не хватает - многое держится на самом авторитете Ясной Поляны, на имени Льва Толстого. Уже стали понимать: нас не купишь, мы несговорчивы и готовы при необходимости поднять вселенский скандал. С взятками уже не подходят. Но натиск идет волнами - желание урвать кусок заповедной земли не проходит...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 8114

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...