20 лет назад, когда Россия рухнула в самый первый дефолт, родился анекдот о совещании Ельцина со Сталиным, искавших пути преодоления кризиса. Сталин рекомендовал: рынок запретить, Госдуму этапировать на Колыму, кремлевскую стену выкрасить в зеленый цвет. Ельцин удивлялся: почему именно в зеленый? Сталин удовлетворенно констатировал: «Первые два пункта возражений не вызывают!» Сегодня история повторяется: без перекрашивания стены, но с поэтапной отменой рынка. Для начала его дедолларизацией, а потом...
Инициатором выступил глава ВТБ Андрей Костин, сочинивший программу из четырех пунктов, начиная с перевода экспорта-импорта с американской на другие валюты. Цель — упредить новые санкции США, где поговаривают о введении запрета для госбанков РФ на операции с американской валютой (а ВТБ — госбанк). Упомянул банкир, что личные долларовые вклады россиян не пострадают, но «рассматриваются в том числе возможности выплаты долларовых вкладов в рублях по текущему курсу».
Шутка? Но вот замминистра финансов Алексей Моисеев на вопрос о его отношении к плану Костина отвечает без запинки: «Конечно, поддерживаем!» Замминистра иностранных дел Сергей Рябков еще решительнее: «Настал момент, когда мы должны от слов переходить к делу, избавляться от доллара как средства взаимных расчетов, заниматься поиском других схем». Госдума хочет начать с эксперимента — но не на мышах или кроликах. Депутат от ЛДПР Василий Власов: «Мы предлагаем выделить несколько регионов, убрать в них из оборота доллар и посмотреть на результат». В Совете Федерации считают, что необходимо сохранить лишь конвертацию валют для тех, кто выезжает за рубеж. «Я стою за интересы страны, — заявил сенатор Франц Клинцевич. — Мы живем в рублевой зоне, пользуемся рублями. А сегодня пришли к тому, что американцы могут заморозить доллары на банковских счетах россиян. Это ненормально!»
И даже премьер-министр, давно ушедший в тень, вставил свое чеканное слово: «Если последует что-то типа запрета деятельности банков или использования той или иной валюты, то это можно будет назвать совершенно прямо, это объявление экономической войны». А из Кремля добавили, что все больше стран ищут замену американскому доллару. Но при более пристальном взгляде выясняется, что кампания против долларового диктата есть, а компании стран, готовых отказаться от этой диктатуры, нет.
К примеру, президент Турции Эрдоган месяц назад, после того как турецкая лира подешевела на 45%, заявлял, что его страна готовится перейти на расчеты в нацвалютах в торговле с Китаем, Россией, Ираном и Украиной. И даже с Европой, если та захочет избавиться от доллара. Но во вторник на встрече с представителями американских компаний в Турции Эрдоган и словом не обмолвился о дедолларизации, заявив прямо противоположное: «Стратегическое партнерство Турции и США должно укрепиться благодаря инвестициям и торговле».
Наш крупнейший внешнеторговый партнер Китай, сегодня усиленно бодающийся с американцами, отказался номинировать в рублях «контракт века» с «Газпромом», заключенный до 2035 года, предпочтя американские деньги. Сегодня Пекин также отказывается от предложений переходить во взаимной торговле на рубли (общий объем двусторонней торговли по итогам прошлого года составил 84 млрд долларов). А от перехода на юани отказывается Россия: невыгодно, неудобно. Та же ситуация с Индией: она готова расплачиваться рупиями за нашу военную технику, но что мы потом будем делать с полувалютой? Список других стран, готовых торговать с Россией за свои деньги, можно продолжать, а за рубли они не хотят — ненадежно! Августовский скачок рублевого курса это подтвердил еще раз.
Видимо, не напрасно мир пользуется всего двумя валютами для основного потока взаимной торговли: по данным SWIFT на декабрь 2017 года, на доллар приходилось 40% взаиморасчетов, а на евро — 36%. Отдельные международные контракты с расчетами в национальных деньгах у России получаются.
В Египте, где Россия строит АЭС «Эль-Дабаа», часть финансирования по линии бюджета республики проводится в местной валюте и тратится внутри страны на услуги местных субподрядчиков. «Антидолларовый эксперимент» недавно провела «Алроса» — впервые продала алмазы за рубли. Сделки были проведены с клиентами из Индии и Китая. Но это погоды на мировых рынках не делает. Министр промышленности и торговли Денис Мантуров недавно заявил, что Россия ведет работу по переходу на расчеты в нацвалютах со странами Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии, Латинской Америки и Африки. «В тех странах, где нам выгодно вести эту работу», — сказал Мантуров.
Это нормальная практика. Но без нашей кампанейщины, которая негативно отражается на рыночной конъюнктуре, запутывает и пугает партнеров — и не только иностранных. Нельзя, чтобы нынешняя кампания борьбы с долларом привела к борьбе с рыночной экономикой. Учтем, что для многих россиян слово «дедолларизация» все еще ассоциируется с понятием «конфискация». Причем недавний опрос «Левада-Центра» показал: 64% россиян готовы поддержать запрет хождения в стране валюты. Тревожатся по этому поводу лишь треть соотечественников. Но удивляться здесь нечему — это свидетельство потрясающей бедности основной части российского населения: по данным Банка России, почти 3/4 наших граждан не имеют сбережений на банковских счетах. Зато те, кто побогаче, все настойчивее переводят свои накопления в валюту. Аналитики ВШЭ посчитали, что в 2017-м россияне увеличили свои валютные вложения до исторического рекорда — 54,6 млрд долларов, что на 15% больше, чем полгода назад и на 37% больше, чем год назад. И это тоже можно считать резервами финансовой системы страны: если в обозримое время власти сумеют установить в России режим доверия, эти деньги могли бы стать инвестициями в развитие.
Пока доверия нет. Даже после того, как господина Костина поправила глава Центробанка Эльвира Набиуллина, заверив, что у ЦБ «мысли не было о принудительной конвертации». Ее поддержал глава Сбербанка Герман Греф, пояснив, что под дедолларизацией российской экономики надо понимать не запрет на хождение доллара в стране, а вытеснение его из обычного делового оборота. Но и после этих заявлений в Госдуме продолжается обсуждение проекта закона по «борьбе с засильем доллара». Включая возможность введения уголовной ответственности за операции с американской валютой. Как это было во времена СССР, когда в Уголовном кодексе существовала статья 88 «Нарушение правил о валютных операциях», предусматривавшая уголовное наказание за операции с иностранной валютой и валютными ценностями — с лишением свободы на срок от 3 до 15 лет, конфискацией имущества, ссылкой на срок до пяти лет и даже смертной казнью...
