«Я бы предложил обсудить возможность возвращения в законодательство Российской Федерации конфискации имущества как меры наказания. Именно такая санкция является самой действенной для предупреждения коррупции», — сказал Александр Бастрыкин на «Деловом завтраке» в «Российской газете». Он также призвал изымать у родственников преступников добытое преступным путем имущество, полученное ими в подарок.
Напомним, что именно таким путем в Сингапуре всего за 40 лет власть искоренила коррупцию. Снижается она и в Китае, который в рейтинге Transparency International уже занимает 80-е место (Россия — на 133-м). Правда, за последние 12 лет в Китае расстреляли 13 тысяч чиновников, осужденных за взяточничество, причем приведение в исполнение высшей меры наказания не раз откладывалось из-за лимита на патроны. В прошлом году по обвинению в коррупции арестовали 160 тысяч работников госаппарата. А коррупция остается очень высокой, и даже средний размер взятки за последние пять лет вырос на 20%. Но, как утверждают в Пекине, постепенно взяточников становится меньше. Ибо пойманным коррупционерам порой удается избежать пули, но не тюрьмы и не тотальной конфискации всего имущества.
Не обходится без курьезов: когда в тюрьму попал мэр Пекина Чэнь Ситун, конфискованные у него почти 8 млн долларов были присвоены сотрудниками Управления по борьбе с коррупцией. Пришлось дотошно расследовать деятельность 1377 инспекторов — с весьма суровыми последствиями для многих.
Зато в Сингапуре, где большинство населения составляют такие же этнические китайцы, удалось обойтись без массовых расстрелов чиновников и даже без суровых тюремных сроков. Здесь главным наказанием стала не тюрьма, а постыдная бедность, в которую впадал любой коррупционер, даже не пойманный за руку. В стране приняли закон, который позволял считать доказательством взятки то, что обвиняемый жил не по средствам или располагал собственностью, которую он не мог приобрести на легальные доходы. Бремя доказывания невиновности возложили на обвиняемых: не сумел оправдаться — виноват!
Не щадили никого — борьбу с нечистыми на руку чиновниками вели под лозунгом «Хочешь победить коррупцию — будь готов отправить за решетку своих друзей и родственников». Бюро по расследованию коррупции неоднократно проверяло самого автора антикоррупционной стратегии — премьера Ли Куан Ю, его семью (но безрезультатно). Реально в тюрьму отправились несколько федеральных министров, глав профсоюзов, общественных деятелей, топ-менеджеров государственных компаний. Их семьи были обездолены и опозорены, никто из родственников не мог претендовать на приличную работу. И все это получало самое широкое освещение в независимых СМИ.
Похожую стратегию — сделать очень невыгодной «жизнь на взятки» — применяют и в США. Но есть разница. В Сингапуре за преступления коррупционера в обязательном порядке материально отвечают все близкие: их имущество тоже подпадает под конфискацию. А в США взяточник и его родные могут «откупиться» — полностью или частично, — если «сдадут» полиции всех причастных к коррупционным схемам. Таким образом практичные американцы успешно борются с круговой порукой во власти.
Аналогичные методы применяются и в других цивилизованных странах. И там, где обворовывание государства и торговля властью еще недавно процветали, отмечен неплохой побочный эффект. В Италии, например, за 20 лет у мафии и сотрудничавших с ней чиновников уже изъято собственности на 15 млрд 475 млн евро. Можно представить, какие колоссальные деньги могли вернуться за этот срок в государственную казну России, если бы...
Увы, в нашей стране с коррупцией пока не борются ни по-сингапурски, ни по-итальянски, ни по-американски. Мы даже не ратифицировали статью 20 антикоррупционной Конвенции ООН, которая признает «в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, то есть значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать».
Наш парламент до сих пор не отважился принять половинчатые поправки в УК, по которому разрешается конфисковать у коррупционера лишь «незаконно нажитое» имущество — якобы для возмещения нанесенного ущерба. Что дает казнокраду возможность откупиться от правосудия и, выйдя на свободу, спокойно жировать в шикарных поместьях на Рублевке или за рубежом.
По данным Александра Бастрыкина, в прошлом году такое «возмещение» составило смешную сумму — 10 млн евро. В 70 (!) раз меньше, чем ежегодно конфискуется у итальянских мафиози. Для сравнения: по данным РСПП и аудиторской компании KPMG, сегодня коррупция является причиной краха каждого седьмого бизнеса в России. Кто ответит за этот ущерб?
Глава Следственного комитета заговорил наконец о необходимости внесения в уголовное законодательство полную конфискацию имущества коррупционера — особняков, бриллиантов, яхт, лимузинов в качестве сурового, но справедливого наказания. Хоть теперь-то дело сдвинется?
