09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ПОСОЛ, А НЕ ПЕСНЯ!

Необычная фамилия, внешность темпераментного джигита. Когда-то его бархатистый голос заставлял трепетать сердца едва ли не всей прекрасной половины Советского Союза. Нынче трепещут уже его многочисленные подчиненные. Сын Соловья - так с азербайджанского переводится Бюль-Бюль оглы - больше не поет. Он теперь птица высокого полета. 17 лет возглавлял министерство культуры Азербайджана. А несколько месяцев назад любимца публики, замечательного композитора и певца назначили послом Азербайджана в России.

СЕКРЕТНАЯ КНИЖИЦА
- Полад Бюль-Бюлевич, ваше новое назначение - это повышение или понижение?
- Конечно, повышение. В министерстве культуры я занимался только вопросами культуры, а здесь очень серьезная политика. Тут и неурегулированность карабахского вопроса, и все перипетии с Ираном, и огромный товарооборот, который перевалил за миллиард долларов. Ну и, конечно, огромная азербайджанская диаспора. Недавно Владимир Владимирович Путин был в Баку и впервые официально озвучил цифру: 2,7 млн. азербайджанцев находятся в России. Есть еще один момент. В советские времена у каждой республики были представительства в Москве. И вот постпред Азербайджана приравнивался к вице-премьеру.
- Так вы теперь чуть ли не второй человек в Азербайджане?
- Нет, конечно. Далеко не второй, но и не последний. Во всяком, случае не ниже, чем министр культуры. Однозначно.
- Просто в советские времена, когда министра отправляли послом в какую-нибудь страну, это считалось чем-то вроде почетной ссылки.
- Я считаю, наоборот, это очень высокое доверие нашего уважаемого президента. А учитывая значимость России - нашего самого большого северного соседа - учитывая стратегическое и политическое ее значение, учитывая, что Россия - ядерная держава, это никак нельзя назвать почетной ссылкой.
- У вас не было выбора, в какую страну поехать послом?
- Нет, совершенно конкретно был обозначен маршрут. И я думаю, президент исходил еще из того, что меня в России хорошо знают и любят.
- Ну я скромно не говорю, что любят. Уважают, так скажем...
Уже минуты три на рабочем столе г-на посла "сердится" один из его телефонов. Олимпийское спокойствие - радушный хозяин кабинета не обращает на трезвон ни малейшего внимания.
- Кстати, у вас здесь очень много телефонных аппаратов. Прямой связи с Кремлем нет случайно?
- Первая "кремлевка" есть здесь. И первая, и вторая.
- То есть можно поднять трубку и: "Алло, Владимир Владимирович!"
- Не сам он, но помощник ответит. Путину звонить пока необходимости не было, а вот номер Юрия Михайловича Лужкова в связи с последними событиями (имеется в виду трагедия на Басманном рынке. - Авт.) набирал не раз. Во всяком случае, в этой книжице (Полад Бюль-Бюлевич берет со стола небольшого формата книжку и раскрывает ее посередине) вы можете найти все известные фамилии.
- Вот сейчас как выдадите государственную тайну! Тут, наверное, масса секретных телефонов?
- Нет, тут никакой тайны нет. Это служебная связь. Ну, в общем, сами видите, вся политическая элита.
- Да, завораживает...
САПОГИ ИЗ ОЛЕНЬЕЙ ШКУРЫ
- Беспокоит другое: вы, насколько я знаю, терпеть не можете холодов.
- Не люблю. Но, видите, в кабинете тепло, в машине тепло.
- А за окном? Как пережили 30-градусные морозы?
- Ну ничего. Ботинки старые нашел, свитер.
- Где, Полад Бюль-Бюлевич?
- В коробке, у себя дома. Я когда-то по Чукотке гастролировал, так у меня даже торбаза сохранились - знаете, сапоги такие из оленьей шкуры. Ну по Москве их не очень удобно носить, но если в следующем году будет сильный мороз, обязательно надену. Я никогда не забуду: когда по Якутии гастролировали, мы попали в Алдан, и там было 42 градуса мороза. Я был уверен, что на концерт вообще никто не придет. У какого-то местного начальника спрашиваю: "Слушай, народ-то будет?" - "Конечно, будет!" - "Я бы на свой концерт в такой мороз не пошел", - говорю.
Причем жару я переношу гораздо легче. Помню, мы гастролировали в Узбекистане: стояла 40-градусная жара, все ахали-охали, а мне хоть бы что.
- Нашли чем удивить - человек-то вы южный.
- В Баку климат немножко другой, у нас влажность высокая. Город ведь расположен на полуострове, и когда поднимается сильный ветер, поверьте, это хуже любого мороза. Никакая дубленка не спасает - продувает насквозь.
- И в Москве, наверное, вы лишний раз носа на улицу не кажете.
- Стараюсь, конечно, без надобности не выходить. Чего по улице гулять? Кому надо - сам придет. А куда надо - мы на машине доедем. Единственное, что раздражает - это ваши московские пробки. Знаете, просто нервничать начинаю. Сам люблю быстро ездить, и когда стоишь в пробке - ой-ой! Правда, сейчас уже легче: берешь с собой журнальчик, в машине телевизор есть...
- Ну, не у всех, Полад Бюль-Бюлевич, поверьте.
- В нашей машине есть, и это скрашивает существование. А потом уже знаешь, что будешь в пробке стоять, какие-то бумаги деловые берешь с собой, авторучку, очки. То есть машина уже превращается в кабинет.
ГРУСТНЫЕ ДЕЛА
- В Баку, насколько знаю, у вас был не кабинет, а просто произведение искусства.
- Да, восьмигранный. С пятью огромными окнами, выходящими на море. Мебель 50-х годов - все натуральное, потом люстра - бронза-хрусталь, изготовленная в Ленинграде специально для этого кабинета. Он строился для тогдашнего руководителя Азербайджана Мирджафара Багирова. А потом получилось так, что Багиров не переехал в этот кабинет. Его спросили: что же делать? Он и говорит: "Куда больше всего гостей приезжает?" - "В министерство культуры". (Тогда же у нас МИД не было.) "Так отдайте министру культуры". То есть это не моя заслуга, что кабинет такой. Моя заслуга в том, что я сохранил его. Да еще и добавил кое-что: пару ваз и очень красивую итальянскую мраморную статую девушки.
- Но здесь обстановка куда скромнее. Непорядок, Полад Бюль-Бюлевич...
- Да, этот кабинет сделан в стиле первых секретарей райкомов 60-х годов. Единственное, что изменилось, - Никас Сафронов сразу подарил картину очень приятную, я ее напротив стола повесил. А так пока еще ничего не трогал. (Г-н посол осматривает свои владения.) Вообще, диван этот здесь не к месту. Но знаете, я же приехал и сразу попал, как говорится, из огня да в полымя. Вручил копию верительных грамот в МИД и буквально через пять дней улетел готовить визит Путина в Азербайджан. А потом случилась эта трагедия на Басманном рынке. И, к огромному сожалению, пришлось заниматься очень грустным делом - отправкой гробов. Кстати, пользуясь случаем, хочу выразить огромную благодарность московским властям и лично Юрию Михайловичу Лужкову и господину Шойгу. 46 гробов мы отсюда вывезли. И это все люди, которые работали на рынке. У многих из них не было документов, надо было определять их личности, идентифицировать. 19 человек находилось в больницах...
- К счастью, многие уже выписались...
- Кстати... (г-н посол подходит к телефону, нажимает "громкую связь" - на другом конце провода слышится азербайджанская речь). Значит, так... (говорит уже телефонному собеседнику) узнай: кому из больных легче стало, кому хуже, кому что нужно. И я тебя прошу, чтобы наши ребята каждый день туда ходили и у меня была информация, кто как себя чувствует. Хорошо? Не забудь, я тебя очень прошу.
- А вы сами были на месте трагедии?
- Ну, конечно. На второй день уже. Страшная картина. Мы даже застали еще все эти рассыпанные фрукты, зелень. Все перемешанное с бетоном. В общем, ужасно. И потом, так получилось, что сначала мы три гроба отправили: один в Тбилиси, потому что этот человек, азербайджанец, жил в Грузии, один в Нахичевань, один в Баку. А за остальными из Азербайджана пришел транспортный самолет. И вот когда 43 гроба в самолете вместе лежат - это ужасная картина, конечно. Ее я долго еще буду помнить.
ИДИ, ДОРОГОЙ, НЕ СТОЙ НА МОРОЗЕ
- Здесь, у входа в посольство, я увидел толпу азербайджанцев. Это как-то связано с трагическими событиями?
- Нет, это за разными документами. У нас, к сожалению, консульство находится в одном здании с посольством. И вот удивительная черта: в европейских консульствах принимают документы по утрам, а отдают их только на следующий день - вот хоть ты тресни. А наш человек приходит - стоит, стоит. Ему говорят: "Дорогой, иди, через два часа приходи - будут готовы документы". - "Нет, я здесь постою". На морозе, а стоят. Говоришь им: "Раньше 16 часов ничего не дадут, идите погуляйте", - стоят. Несколько дней уже пытаюсь навести порядок Ну пусть стоят, не выгонять же.
- Много проблем с соотечественниками?
- Хватает. Многие теряют документы, многие приезжают без документов. А потом кто-то устроится, начинает вызывать родственников, те приезжают - регистрации нет, того нет, этого нет. В общем, сложностей много. Но вы знаете, здесь же ситуация двоякая. Приезжие ведь заполняют определенную нишу. И в этом ничего удивительного нет. Пройдите по Лондону или по Парижу - днем кроме людей из третьих стран вы никого там не увидите. Индийцев, алжирцев, пакистанцев, африканцев очень много. То есть, видимо, есть такая проблема во всех мегаполисах. В то же время и такая тенденция - жители этих городов не хотят выполнять ту работу, которую делают приезжие. Есть такой момент, и нельзя от него отмахиваться. Сейчас в рублево-успенской зоне убирают снег или чего-то строят либо молдаване, либо таджики. Причем хорошо работают - хозяева довольны. Если своим надо платить, предположим, 200 долларов, то этим можно и 50. Это все легализовать надо. Чтобы человек нормально работал и платил какую-то небольшую пошлину. Но действительно небольшую, чтобы ему было выгодно работать. Заработал он, например, 50 долларов, а ему скажут: отдай 15. Он, конечно, будет их прятать. А если скажут: отдай 5 - государству, благодаря которому ты заработал, - он отдаст. Тогда и миграционные службы будут вести нормальный учет, и преступности меньше станет.
- Но пока к эмигрантам, как вы знаете, в России отношение определенное. Это большая проблема для Азербайджана?
- Не только для Азербайджана. Вот кто придумал это словосочетание: "лицо кавказской национальности"? А если русских станут называть: "лицо славянской национальности"? Наверное, не очень приятно будет. Славяне - это ведь и болгары, и поляки, и белорусы, и украинцы. Нельзя же всех мешать в одну кучу. А благодаря СМИ это выражение - "лицо кавказской национальности" - приобрело еще и криминальный оттенок. Да что там "лицо" - не секрет, что и похуже говорят.
СЕЙЧАС НЕ ДО РОМАНСОВ
- К вам наверняка ведь ходит масса знакомых и знакомых знакомых - чего-то просят.
- Это самая большая проблема. Вот позавчера пришел человек, говорит: сын больной, вылечат только в Израиле, надо 120 тысяч долларов. Ну где я ему возьму 120 тысяч долларов? Девушка одна написала. Здесь она учится в каком-то хорошем университете. Курс закончила, теперь ей нужно 12 тысяч долларов, чтобы закончить следующий. Ну единственное, что я могу сделать - написать в министерство образования. Как они там отреагируют - это уже второй вопрос. И вот здесь моя известность, конечно, в минус. Видят по телевизору улыбающегося человека: ой, сейчас придем к нему - он найдет 120 тысяч долларов. И когда вдруг им говорят "нет", очень обижаются.
- Вы умеете отказывать?
- Научился за эти годы, что же делать. Конечно, и наказывать умею, и с работы снимать умею, и очень жестко разговаривать умею. Так что, с одной стороны, я человек творческий, но как бюрократ - достаточно жесткий.
- А как отец? С сыном-то сейчас часто видитесь?
- Почти каждый день. Восполняем, так сказать, то время, когда он был в Москве, а я в Баку. Теймур - музыкант, работает в оркестре Федосеева и довольно часто ездит на гастроли. У них режим работы очень плотный: каждое утро репетиция, вечером записи, концерты. Так что времени у него очень мало. Тем более он женился недавно...
- Внуками вас еще не порадовал?
- Чего-то пока нет - все на фаготе играет.
- А у вас здесь в посольстве рояль есть?
- В резиденции, где я живу, есть. Правда, расстроенный весь.
- И вы играете на нем?
- Пока не до этого было. Все-таки для того, чтобы петь и играть, нужно состояние души определенное.
- А когда оно придет, будете выступать с концертами?
- Это как: днем посол, а вечером певец, что ли? Нет, не получится. Я - Водолей, чем-то одним должен заниматься. Кстати, только позавчера звонили, говорят: в "России" будет вечер романсов, споете? Я им: ребята, вы что, какие романсы?
- Хорошо, но хоть в ванной-то вы поете?
- Нет, вот в ванной никогда не пел. В ванной поют только непрофессионалы.
ПЕТЬ НЕ БУДУ. НО ПОСМЕШИТЬ - ПОСМЕШУ
ДА ВЫ ЧЕГО, РЕБЯТА?
- Однажды, когда я был в Москве с официальным визитом, нашу делегацию - а мы шли из ИТАР-ТАСС как раз в посольство - остановил патруль. Я был в таком, знаете, официальном костюме и, оказывается, не взял с собой паспорт. Милиционер мне: "Предъявите документы", - я в карман - документов нет. Кто-то из наших говорит: "Это же Бюль-Бюль оглы!" А тот талдычит: "Документы предъявите". Хорошо, это произошло возле ТАССа: мы подошли к милиционеру из тассовской охраны, тот вышел, говорит: "Да вы чего, ребята?"
КАК МЫ В КРЕМЛЬ ХОДИЛИ
- У меня однажды был такой случай. Когда еще Михаил Швыдкой был министром культуры, мы с ним шли в Кремль на прием к Волошину. Причем он долго с кем-то перезванивался, чтобы нас пропустили: что машина министра, что еще будет коллега из Азербайджана, - там же все очень долго проверяют. Выходим к турникету - там стоит молодой парень. По тому, как он мне улыбнулся, я понял, что меня он узнал. И точно - протягивает мне открытку, говорит: "Вы знаете, моя мама - большая ваша поклонница. Я когда увидел в заявке вашу фамилию, сразу подумал: надо взять для нее автограф". "Пожалуйста, - говорю, - как маму зовут?" Подписал ему открытку, и он, даже не спросив документы, пропустил меня. Я уже прошел, слышу, он Швыдкому строго так: "Ваши документы?" Швыдкой говорит: "Да я министр культуры России". - "Документ предъявите, у вас на лбу не написано, что вы министр культуры". Потом я над Швыдким долго еще подшучивал.
КАК ВАМ НЕ СТЫДНО, ТОВАРИЩ НИЗАМИ!
- У нас, вы знаете, был великий поэт Низами. И был такой дирижер Ниязи. Как-то в Москве справляли 800-летие великого Низами, везде были вывешены его портреты. И вот маэстро Ниязи, немножко навеселе, переходит улицу от бывшего Госплана к гостинице "Москва". Прямо через улицу. Представляете: поток транспорта, а человек приехал в Москву, немного расслабился и идет себе через дорогу. Около гостиницы его ловит милиционер и говорит: пошли в отделение. На что тот отвечает: "Я - Ниязи". Милиционер прямо остолбенел: "Товарищ Низами, как вам не стыдно: ваш юбилей так торжественно отмечают, а вы нетрезвый по городу ходите".


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников