20 августа президент России провел совещание о ситуации в первичном звене здравоохранения. Она оказалась, по словам Владимира Путина, «провальной». Выяснилось, что глава государства впервые узнал то, что является общим местом для всей России.
«Провал» случился не вчера, а давным-давно, после затеянной правительством с благословения президента реформы здравоохранения. В части первичного звена она сводилась в основном к ликвидации «нерентабельных» поликлиник, сельских больниц, их «укрупнению», что привело к сокращению квалифицированных специалистов, увеличению очередей — и к снижению доступности и качества медпомощи.
На языке «эффективных менеджеров» это называлось «оптимизация», на самом деле — разгром остатков лучшей в мире системы профилактики и первичной помощи. Процесс происходил на фоне строительства гигантских узкопрофильных центров — основы первого нацпроекта «Здравоохранение», предложенного Дмитрием Медведевым. Быстро выяснилось, что до этих центров люди из глубинки добираются с муками, а специалистов для них не хватает. А самая тяжелая ситуация возникла как раз в первичном звене.
Помните хрестоматийный пример «кардиолога Хренова», молодого врача из города Иванова, который еще в 2010-м отважился на «Прямой линии» доложить Путину о проблемах? После этого самого Хренова пытались уволить. В это же время до президента дошла история: люди взбунтовались против закрытия сельской больнички в одном из сел Нечерноземья, которая служила людям 100 лет, пережив войны и революции. По всей российской глубинке народ воспротивился ликвидации «малоформатных» (на языке реформаторов) родильных домов. О вопиющих перекосах говорили и отважные авторитеты медицины, такие как доктор Рошаль, академики Воробьев, Пальцев и другие. Вся эта фронда была сломана через колено, и вот реформа привела туда, где ее обнаружил президент.
Несмотря на доклады чиновников, зарплаты врачей первичного звена по-прежнему низкие при очень высокой нагрузке. Даже в Москве очереди к специалистам в поликлиниках растягиваются на недели, многие остро необходимые процедуры не входят в программу ОМС, нет лекарств для обеспечения льготных категорий. В тех же столичных поликлиниках все больше врачей-гастарбайтеров, от которых трудно ждать качественной помощи. По словам министра здравоохранения Вероники Скворцовой, дефицит врачей в первичном звене составляет 25 тысяч человек, среднего медперсонала — 130 тысяч.
Отдадим должное министру: она мужественно доложила на совещании о проблемах. Но провал в здравоохранении на совещании у президента вместе со всеми обсуждала и Татьяна Голикова, в бытность которой главой Минздрава все это и начиналось. Потом она критиковала медицину из кресла главы Счетной палаты. Теперь вот курирует ее как вице-премьер...
Мы ходим по кругу и наступаем на одни и те же грабли уже два десятка лет. Одни и те же люди затевают реформы, а потом их сворачивают. И это касается не только медицины.
