10 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

И ВНОВЬ НАУЧИТЬСЯ ЖИТЬ

Ганеева Ольга
Опубликовано 01:01 24 Августа 2000г.
После взрыва в переходе на Пушкинской площади в Москве при Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского заработала "горячая линия" - телефон доверия для пострадавших и их родственников. Оказалось, в психологической помощи и поддержке нуждаются не только непосредственные участники трагедии, но и сотни других людей: растерянных, испуганных, подавленных. Врачи были к этому готовы: у эмоционально неустойчивых людей любая трагическая ситуация, особенно массовая, может спровоцировать неврозы, депрессии - вплоть до мыслей о суициде. А значит, нужно сделать все, чтобы страшные эти мысли не реализовались.

- Трагедии последних лет, и последних дней в том числе, унесли многие жизни. Но и те люди, которые физически не пострадали, до конца своих дней остаются заложниками того, что пережили, - считает профессор Юрий АЛЕКСАНДРОВСКИЙ, руководитель Центра пограничной психиатрии при Институте им. Сербского. - В современной науке появились даже новые понятия: посттравматическое стрессовое расстройство, социально-стрессовое расстройство. Это не собственно психические болезни, но болезненные состояния психики, возникающие под воздействием тяжелых внешних обстоятельств. И таких людей становится все больше.
Увы, погибших не вернешь, былого здоровья пострадавшим людям не возвратишь...Так чем же помочь? Единых рецептов, понятно, нет и быть не может. Но общими, говорит Юрий Анатольевич, могут быть подходы. По его мнению, надо помочь человеку найти свой, личный "луч света" - каким бы мрачным ни было окружающее его "темное царство". Для кого-то это - музыка и живопись, для другого - тишина загородного леса, третий врачует душу общением, многие уход от страданий видят в интенсивной работе, кто-то лишний раз зайдет в церковь. Как говорится, каждому свое - но только то, что возрождает душу, а не травмирует ее.
Одним из первых травмирующих факторов доктор Александровский считает телевидение. "То, что мы ежедневно видим с экрана - и в фильмах, и в хронике, и в новостях, - несет на себе печать безнадежности. Насмотревшись всего этого, впечатлительный человек начинает думать, что, кроме криминала и жестокости, ничего другого в жизни просто нет. И это губительно для психики - ибо человеческая жизнь немыслима без света, без надежды".
Врачи - психиатры, психологи, психотерапевты - на "горячих" телефонных линиях и в личных беседах с подавленными горем людьми изо всех сил стараются вернуть им эту надежду. Иногда достаточно просто выслушать человека, искренне посочувствовать ему. Иногда через слезы и рыдания надо распознать признаки возникшей депрессии, неврозов - и тогда дать конкретный медицинский совет. Конечно, ни врач, ни кто другой не способны изменить уже свершившуюся трагическую ситуацию. Но врач может - а это ныне самое главное - научить попавшего в беду человека принять нелегкие эти условия, приспособиться к ним. И продолжать жить. Именно жить - а не влачить жалкое существование сломленного горем существа.
Надо пробовать - и раз, и другой, и третий - вырваться из плена страха, отчаяния. "Я боюсь спускаться в переход... Я боюсь ездить в метро... Я боюсь... Боюсь... Боюсь..." Этот липкий многоликий страх, будем честны перед собой, вполне обоснован в сегодняшней России, где цена человеческой жизни упала так низко. И все же, благодарение Богу, есть у нас то, что сильнее страха. Любовь к ребенку. Забота о старике. Помощь ближнему, которому сегодня горше, чем тебе. И еще - память. Память о тех, кто ушел - но остался с нами. Ровно до тех пор, пока мы помним...
Однажды, несколько лет назад, пришлось мне в больнице разговаривать с женщиной, искалеченной взрывом в московском троллейбусе. "Теперь вы, наверное, будете бояться ходить и ездить по родному городу?", - спросила я. И она, вся в гипсе, бинтах и повязках, прошептала: "Не дождутся!"


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников