18 августа 2018г.
МОСКВА 
24...26°C
ПРОБКИ
2
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 66.88   € 76.18
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

Макеты в космос не летают

На 4 декабря назначен первый старт новейшего межпланетного пилотируемого американского корабля «Орион». Фото: globallookpress.com
Виталий Головачев, обозреватель «Труда»
Опубликовано 00:02 24 Октября 2014г.

У американцев для полетов в космос есть кое-что помимо батута. А где же наш корабль нового поколения?


Пять лет назад на Международном авиасалоне в Жуковском посетители увидели макет российского космического корабля нового поколения. Как далеко продвинулись его создатели в реализации проекта? Ситуацию мы попросили прокомментировать одного из организаторов нашей ракетно-космической промышленности, Героя Социалистического Труда, экс-министра Бориса БАЛЬМОНТА. Это интересно еще и потому, что на 4 декабря назначен первый старт новейшего межпланетного 20-тонного американского корабля «Орион», предназначенного для полетов с экипажем не только по околоземной орбите, но и к Луне, Марсу, астероидам.

Во Флориде на стартовой позиции космодрома ВВС (мыс Канаверал) уже установлена 700-тонная ракета тяжелого класса «Дельта-4» высотой с 22-этажный дом. Она стоит внутри 100-метровой башни обслуживания. С открытой стороны башни хорошо видны три огромных ракетных ускорителя, соединенных друг с другом по пакетной схеме.

Теперь в оставшиеся полтора месяца будут проведены тестовые проверки всех систем носителя. Важная особенность: новый ракетно-космический комплекс имеет систему аварийного спасения (САС), которой не было на шаттлах. При аварии САС мгновенно отделит корабль от ракеты, стоящей на старте или взлетающей, уведет модуль с экипажем в сторону и обеспечит приземление.

Для начала «Орион» совершит два витка вокруг Земли за 4,5 часа. Для полета выбрана эллиптическая, сильно вытянутая орбита с максимальным удалением на 5,8 тысячи км (в 15 раз выше траектории МКС). Испытывается корабль для дальнего космоса, а потому «Орион» посылают в опаснейшие радиационные пояса Ван Аллена в 4 тысячах км от Земли. Важно найти решения для защиты экипажей и техники от мощных потоков радиации. Между прочим, пилотируемые «Аполлоны», летавшие свыше 40 лет назад с астронавтами на Луну, лишь пересекали пояса Ван Аллена. Теперь же новому кораблю предстоит выдержать более серьезный радиационный экзамен, проведя гораздо больше времени в экстремальных условиях.

Еще одна важная задача — проверка новой тепловой защиты корабля. «Орион» перед возвращением на Землю разгонится до 32 тысяч км в час.

Корабль войдет в плотные слои земной атмосферы, принимая на себя страшный удар раскаленной плазмы (температура ее достигнет 2,2 тысячи градусов). Примерно то же ждет корабль и после полета к Луне. Конструкторы хотят убедиться в жизнеспособности «Ориона» при таком режиме спуска в атмосфере Земли. Погасив скорость, корабль плавно снизится на парашютах и приводнится в Тихом океане.

Предстоит проверить также работоспособность нового компьютера, производящего 480 млн операций в секунду. Это в 25 раз быстрее сегодняшних компьютеров на МКС и в 4 тысячи раз — прапращуров, работавших на «Аполлонах»...

Сразу вспоминается недавняя шутка вице-президента правительства РФ Дмитрия Рогозина насчет батута, на котором американцам придется забрасывать свои экипажи на МКС в случае отказа от сотрудничества с Роскосмосом. Как видим, у США есть кое-что и помимо батута — они последовательно реализуют свою космическую программу. А где же российский космический корабль нового поколения, макет которого был представлен в Жуковском на МАКСе-2009? Может быть, без особой огласки он уже изготовлен в цехах РКК «Энергия», прошел наземные испытания и скоро будет запущен в космос, составит конкуренцию «Ориону»? Да нет, наш корабль не только не изготовлен в комплексном летном варианте — пока вообще не известно, когда удастся приступить к его сборке.

— Мне горько видеть нарастающее отставание отечественной космонавтики, — прямо говорит Борис Бальмонт. — Тем более у нас имелись возможности создать новый перспективный корабль, опередив конкурентов. Научный, технический, производственный потенциал, опыт — все это у нас по-прежнему есть несмотря ни на что. Самым слабым звеном является неэффективное управление отраслью, провал в организации работ. Бесконечные согласования, разработки программ и стратегий развития, конкурсы... Суеты много, но это видимость работы, а КПД чрезвычайно низок.

И в самом деле! В 2004-2006 годах шла работа над проектом многоразового корабля «Клипер», которым заинтересовалось вначале и Европейское космическое агентство. Интерес иссяк, решили создавать межорбитальный буксир «Паром». А в 2009-м объявили новый конкурс на создание перспективного корабля. Победителем стала корпорация «Энергия». Разработали более сотни техзаданий, подготовили договоры со смежниками. Изготовили аэродинамические модели: Но вот — новый поворот. Сегодня говорят, что надо бы сделать такой корабль, который сразу и к Марсу сможет летать. И опять согласования, бумагооборот. В результате беспилотные испытания перенесены с 2015-го на более поздние сроки. И нет уверенности, что удастся отправить корабль в первый полет хотя бы в 2018-м. Тем более в сегодняшних условиях, когда с финансами у государства совсем туго.

Не очень понятно, как работает весь этот механизм, — недоумевает Бальмонт. — Предприятие «Энергия» подчиняется сейчас Объединенной ракетно-космической корпорации. Общее направление развития определяет Роскосмос. Из Роскосмоса поступают и конкретные задания. А как распределяются деньги, за кем последнее слово — мои собеседники, отнюдь не рядовые работники в отрасли, не понимают. Теперь и на заводах два начальника — президент и генеральный конструктор, да и в отрасли два руководящих органа. Начальства много, а толку мало. Кадровая чехарда, меняются руководители предприятий. И реформы, реформы...

Опять не избежать сравнений. В США контракт с концерном «Локхид Мартин» на разработку, строительство и испытания корабля «Орион» был подписан в 2006-м. Тоже не все шло гладко. Барак Обама в 2010 году даже предлагал отказаться от программы. Тем не менее через 8 лет корабль готов к летным испытаниям.

— Почему частные зарубежные космические компании быстро добиваются результата? — спрашивает Борис Бальмонт. — Да там же куда меньше бюрократических барьеров, привлечены высококвалифицированные специалисты, умело организован процесс и деньги расходуются рационально. Инженер, предприниматель, миллиардер Илон Маск занялся космонавтикой и основал SpaceX всего 12 лет назад. А сегодня его компания предъявила миру многоразовый Dragon (летает пока в грузовом варианте к МКС), а также две хорошие ракеты, причем Falcon 9 обладает существенными конкурентными преимуществами по сравнению с другими носителями. При этом затраты у Маск-а во много раз меньше, чем на аналогичные разработки у нас, а сроки вообще лучше не сравнивать... Объективности ради надо сказать, что и в России стали появляться первые космические «частники»: «Даурия Аэроспейс», «Спутникс», «Селеноход»... Государству хорошо бы создавать режим благоприятствования для таких фирм. А чиновники Роскосмоса могли бы поучиться у НАСА организации масштабной поддержки частных компаний. А главное: реформы должны не запутывать ситуацию в отрасли, а решать накопившиеся проблемы. Пока этого не видно.

Кстати, когда в Советском Союзе в 1976 году начали создавать супертяжелую ракету «Энергия» (масса −2,4 тысячи тонн, на орбиту она выводила 100-тонный груз), к работе подключилось более 1 тысячи предприятий, свыше 1 млн человек. Все нити проекта сходились в Межведомственный координационный совет, председателем которого был назначен Борис Бальмонт.

— Каждый управленец тогда брал на себя всю ответственность на своем участке работы и принимал решения в рамках общей задачи, — вспоминает мой собеседник. — Существовала строжайшая персональная ответственность. И тысяча предприятий действовали как единый механизм. Через 11 лет «Энергия» стартовала в космос. Подчеркну: затраты на ее создание были гораздо меньшими, чем на несравнимую по мощности нынешнюю «Ангару», которую создают более 20 лет...

Голос

Иван Моисеев, научный руководитель Института космической политики

— Для нашей ракетно-космической отрасли сейчас самые актуальные проблемы — это низкая надежность техники и низкая производительность труда. К этим внутренним проблемам сейчас еще добавилась внешняя — импортозамещение технологий, ставших для нас недоступными. Говорить всерьез о задачах таких масштабов, как база на Луне, можно будет после того, как мы сегодняшние задачи успешно решим. Но на это уйдет не один год.

 




ЦИК одобрила проведение референдума по пенсионной реформе.