03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПРОЕКТ

ЮРИЙ БЕЛИКОВ
Прямодушные люди (как, впрочем, и криводушные) притягиваются друг к другу.

ЮРИЙ БЕЛИКОВ
Прямодушные люди (как, впрочем, и криводушные) притягиваются друг к другу. Вот и в нашем "Приюте" встретились в миру едва ли не изгои и блаженные, а здесь, на дружеском толковище, - собратья по духу. Борис Лозов - бывший лесник с Брянщины, жизнь положивший на защиту природы и за нее же и пострадавший: его поджег на острове нанятый тать. Но с обгоревшей ногой Борис выжил и заново учится ходить. И - Александр Казанцев, не раз попадавший под капельницы томский правдоискатель с искрами цыганской крови, временами надевающий на себя колпак шута, дабы высказать сильным мира сего горькую истину. "Их фундамент - черепа бобров, А леса-стропила - рыбьи кости", - давно приметил Лозов. А Казанцев - как припечатал: " - Сияет даже сквозь штаны печать маэстро Сатаны - Великое Копыто!"
Против происков Сатаны противоядием может быть только прямодушие и душевная чистота. В противостоянии с мировым злом большинство поэтов превратилось в хитроумных одиссеев, утратив первородную наивность - "гордиться первым снегом". А быть может, способность наивно удивляться в отличие от предыдущего "Копыта" как раз и является метой поэта? Приглядитесь: что растет по обочинам ваших дорог - аризонский кактус или "пижма и цикорий"?
Борис Лозов Трубчевск Брянской области
* * *
Рыбаки пошли по перволедку
На мормышки дергать окуней...
Весело в студеную погодку
Услыхать на речке звон пешней.
Значит, есть, жива еще рыбешка -
Всю не погубил электролов.
Хоть ее уже совсем немножко,
Может, повезет и будет клев.
Шесть хвостов? - А много и не надо.
Зашипит наваристо уха,
В нашу жизнь внося немножко лада,
Лада песни в сердце рыбака.
НА КРУГИ СВОЯ?..
Неразлучный с глупою мечтой,
Оказался в жизни я неловок.
Блудным сыном я пришел домой,
В городок торговцев и торговок.
Знамениты здешние сады,
Даровиты яблоки и груши -
Наливные нежные плоды
Сладким хрустом усыпляют души.
Ах, дома!.. Усадебность дворов!..
Только роскошь их - как на погосте:
Их фундамент - черепа бобров,
А леса-стропила - рыбьи кости.
- Пробомбили вир до темноты...
Сом, судак.., - скрипит знакомый голос,
- Пуда два...
- Почем-как те цветы?
Ах, какой чудесный гладиолус!
ПРЕДЗИМЬЕ
Снежинки, зимы посланцы,
В чарующем медленном танце...
Боятся вас оборванцы,
Боятся вас голодранцы.
Мы все теперь оборванцы,
Мы все теперь голодранцы.
Боимся, что будет холод,
Боимся, что будет голод.
Согреют ли батареи?
(Хотелось бы в это верить).
И хватит ли нам картошки?
К весне не протянем ли ножки?
То газ отключат, то воду
(Не привыкать народу!),
Богатства наши транжиря
На "Валтасаровом пире".
Зимой и болеть опасней:
Тогда ты вдвойне несчастней.
Ведь скопишь деньжат на лекарства -
Умножишь свои мытарства.
За свет заплатить не сможешь -
И пуще еще занеможешь:
В потемках беда страшнее,
А ночи зимой длиннее.
Не все доживут до зарплаты -
Все более призрачней даты.
С покойником - тоже затраты,
Гробы-то - не самиздаты.
И только воры и поэты
(И Блок ведь подметил это!)
Любуются вами, посланцы, -
Чарующим медленным танцем.
* * *
И я мечтал промчаться на мустанге
В неведомых просторах Аризоны,
Зажечь огонь в таинственном каньоне
И трубку мира выкурить с апачем.
Но в жизни получалось все иначе:
На Запад ехать не было резона,
Где в солнечной далекой Аризоне
Давно мустангов заменили танки.
Я вырос, жил, влюблялся безответно,
Писал стихи и уходил в Природу.
Страдал... И в "погреба Ауэрбаха"
Захаживал... Случалось. Ненадолго.
И все же выручало: чувство долга -
Беречь свой край, его леса и воды;
Любовь к деревьям, бабочкам и птахам,
Кому был с детства предан беззаветно.
И вдруг... Толчок под дых: Остерегайся!
И Аризоны подчинись закону!
Ужель и вправду я маниакален?
Но разум обожгло вопросом: "Где я?"
И голосок знакомого еврея
С ехидцей сообщил по телефону:
"Пойми, приятель, мир не идеален.
Ты хочешь жить? В почете быть? -
Продайся".
И, как рефрен при всяком крупном
споре, -
Мне тонко намекают "люди дела":
Мол, надо приспосабливаться как-то,
Не то гляди - в конце концов линчуют.
И, как мустанг, недоброе почуя,
Все чаще озираюсь ошалело...
И кажется - вот-вот увижу кактус...
А вдоль дорог - все пижма и цикорий...
Александр Казанцев Томск
ГОСТЬ НЕЗВАНЫЙ
Однажды вышел из стены
Ко мне посланец Сатаны
И говорит нахально:
- Ты, братец, кажется, поэт,
А славы не было и нет,
Судьба не эпохальна...
А я, учуяв серный дух,
Невольно черта вспомнил вслух:
Мол, ни черта, явленье!..
Гость захихикал в кулачок
И завертелся, как волчок,
В полнейшем восхищенье.
- Хи-хи, от Черта я как раз,
А потому на все горазд,
Пришел тебе помочь я.
Что хочешь, требуй сей момент.
Не веришь - глянь на документ:
Имею полномочья!..
Тут он явил передо мной
Свой круп, и крупный, и срамной,
И молвил деловито:
- Сияет даже сквозь штаны
Печать маэстро Сатаны -
Великое Копыто!
Все будет - деньги и почет,
Переизданья каждый год.
И станешь знаменитым.
Но, устремясь в такую высь,
От русской думы отрекись,
Живи космополитом!..
Ну что я гостю мог сказать?
Да просто дал пинка под зад -
Исчез в стене со свистом!
Сейчас он кубарем в Аду
С моей печатью на заду
Летит в пространстве мглистом.
Такой вот финт!.. А если вдруг
Он и к тебе ворвется, друг,
Душной волной окатит,
Усвой, как надобно встречать:
Добавь еще свою "печать" -
Зад мощный, места хватит!..
СЕЛЬСКИЙ ПРАЗДНИК
Славе Хомутову
Дела, и впрямь, уже к зиме:
Земля укрыта шкурой ладной.
Мужик заколотой свинье
Ласкает бок паяльной лампой.
В другом дворе из-под ножа
Сбежал кабан разгоряченный,
По снегу белому кружа,
Визжит блажно и обреченно.
А мы в унтах с дружком идем.
Я гость в глухом его Бундюре.
Винцом согреты - все путем -
Несуетливы по натуре.
Как пахнет снегом и дымком!
Вся солнцем залита округа.
"Андреич, с праздничком!" - кругом
Так моего встречают друга.
Опальный праздник Октября,
Он на крови замешан русской,
Но все ж мы жили не зазря,
Не станет память наша узкой.
И у любых в селе ворот
Нас встретят лаской и приветом.
Окрасил праздники народ
Не цветом вовсе - просто светом.
Кромсать идеи глупо тут,
Смешно в такое утро злиться...
И души, как дымки из труб,
Стремятся с небом чистым слиться.
* * *
Поглядите, и кто ж там, идущий
В черной шляпе и в черном пальто?
Я - из худших, конечно, не лучший,
Но из лучших не худший зато.
Узнаете? Ну как же, видали!
Между делом успели читнуть.
И в какие шагаю я дали,
Седовласый, не старый ничуть?
А молва-то за мною клубится,
Славы больше покуда дурной.
Не дай, Боже, в меня Вам влюбиться, -
На три жизни хлебнете со мной!
Ну а если влюблюсь ненароком,
Уж такое сумею я сплесть:
Вы завидовать будете строкам,
В коих Вы куда лучше, чем есть.
Стих обдаст Вас озоном грядущим,
А его сочинил черт-те кто -
Человек, чуть нетрезво идущий
В черной шляпе и черном пальто.
* * *
Я - еще, он - уже
на земле,
Первый снег,
мой близнец ежегодный.
Разумеется, праздник сегодня!
И просвет в окружающей мгле.
Обещаю ему, братану,
Что до встречи другой дотяну.
Я в руке его крепко сожму:
- Не хочу, понимаешь, во тьму!
Ну, он маленький -
малость всплакнет.
Ну а мне раскисать не годится...
Вон, глядите, блаженный Казанцев идет,
Первым снегом привыкший гордиться!
После двух выпусков "Приюта" на наш сайт, электронный и почтовый адрес Юрия Беликова буквально обрушились сотни писем со стихами. В том числе из ближнего и дальнего зарубежья. Разумеется, "хозяин "Приюта" не может ответить всем и каждому. Знайте одно: все письма им прочитываются. И из них постепенно складывается впечатляющая картина духовного мира людей, пишущих по-русски. Со временем мы поговорим об этой картине. На нашем сайте www. trud. ru в разделе "Конкурсы" по-прежнему ждут вас. Шлите стихи. Читайте стихи. Присоединяйтесь к дикороссам. А мы будем рассказывать о самом интересном из этой переписки. (Рукописи можно также отправлять Ю. Беликову по адресу: 614068, Пермь, а/я 8603, "Приют неизвестных поэтов", или по электронной почте belikov@perm.raid.ru О том, как живут поэты-дикороссы, можно узнать на сайте www.dikoross.ru.)


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников