04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

НАТО НА НАШИХ ГРАНИЦАХ

Михеев Владимир
Опубликовано 01:01 26 Ноября 2002г.
Царскосельская встреча Путина и Буша, несмотря на ее скоротечность (четыре часа официальных переговоров), безусловно, выглядит как заметная веха в рождающейся на наших глазах новой "архитектуре безопасности" в Европе.

Президенты успели сверить часы по широкому списку злободневных вопросов - от перспектив энергетического диалога (поставки российской нефти в Америку и американские инвестиции в отечественный ТЭК), сотрудничества в области высоких технологий до укрепления реального единства перед лицом общего врага - глобального терроризма. Однако мало кто сомневался, что важнейшей темой были разъяснения Джорджа Буша по следам пражского саммита НАТО.
"Час икс" пробил на курантах Старомястской площади в Праге, где ветераны-атлантисты официально пригласили встать под знамена Североатлантического альянса семь стран: Словакию, Словению, Болгарию и Румынию - все они в недалеком прошлом входили в Организацию Варшавского Договора, созданную в противовес НАТО, а также прибалтийские республики - Латвию, Литву и Эстонию, что также в недалекой исторической ретроспективе состояли в СССР.
Оказавшись наедине с Владимиром Путиным, глава Белого дома произнес заверения в новом уровне взаимопонимания и взаимодействия двух наших государств: "Я не устаю напоминать американцам, что Россия - наш друг и что мы вместе охотимся за террористами в темных закоулках мира". В принципе приезд Буша со словами "утешения" (так их расценил заместитель директора Института США и Канады Виктор Кременюк) можно отнести к разряду в целом все-таки хороших новостей, хотя эффект мог быть усилен, если бы визит состоялся не после, а до натовского саммита в Праге. Отчасти и поэтому реакция в России на "новые реалии" оказалась далеко не однозначной.
Единство мнений проявилось в одном. В политологических кругах продвижение все еще больше военного, нежели политического, блока к российским границам расценили как невеселую неизбежность. У России не осталось ни рычагов влияния, ни разменных карт для того, чтобы предотвратить кооптирование бывших соцстран.
По одну сторону, условно говоря, полемической баррикады слышны призывы "учитывать новые реалии на континенте и в мире", словом, занять позицию разумного (тем более что он вынужденный) прагматизма. Действительно, когда в числителе - дипломатия, а в знаменателе - такая же недореформированная, как и блок НАТО, российская экономика, необходимо соизмерять свои требования с возможностями.
По другую сторону этой внутренней (достаточно условной) баррикады звучат традиционные сентенции по поводу того, что пражский саммит есть продолжение вероломной политики Запада. Вспоминают, что Михаилу Горбачеву обещали и Джеймс Бейкер, госсекретарь отца нынешнего президента США, и канцлер Германии Гельмут Коль, - что НАТО не будет расширяться на восток. Ан нет. При этом не хотят видеть, что альянс, пусть и медленно, но эволюционирует в небесполезном нам направлении, что едва ли справедливо называть сегодня НАТО недружественной по отношению к России новой "Антантой".
У этой категории аналитиков преобладает ностальгическое начало. А потому они с трудом воспринимают взвешенный подход, демонстрируемый Кремлем, - Путин не случайно подчеркивает, что хотя в Москве не видят объективных причин, заставляющих НАТО приближаться к российским границам, однако готовы к диалогу.
Существует и третья категория политологов, использующих такого рода аргументы: сегодня война в традиционном понимании - захват чужой территории, порабощение населения, утверждение оккупационного режима - утратила свой смысл. Если речь идет о странах, вписавшихся в мировую систему распределения труда (и капитала), то есть странах, охваченных глобализацией, то намного эффективнее действовать с помощью оружия иного свойства. Для этого есть долговые расписки и обязательства по взятым кредитам, управляемая конъюнктура на рынках нефти и газа, антидемпинговые расследования в отношении дешевой стали, штрафные санкции по искам, предъявляемым такими компаниями, как швейцарская "Нога", долларизация экономики, коррупционный климат в управленческих структурах, и так далее.
Это означает, что собственно пушки с расчехленными жерлами не представляют собой такой опасности, как прежде. И если брать финансово-экономический аспект, то НАТО должна не столько пугать Россию, сколько новоприбывших рекрутов. Скажем, Литва будет "военнобязана" оплатить свое перевооружение - только за ракеты "Стингер" с нее попросили 34 миллиона долларов, а всего членский билет в НАТО обойдется республике в 240 миллионов в год. Уместно процитировать британскую "Гардиан": "Теперь все страны Восточной Европы вынуждены продавать национальные экономические авуары иностранцам и сворачивать собственное сельское хозяйство, соглашаясь на демпинг субсидируемых товаров из стран Евросоюза. Кроме того, они вынуждены тратить не менее 2 процентов ВВП на оборону, предпочтительно на оружие, сделанное в США".
Не исключено, что именно комплексный анализ завтрашних проблем, возникающих у все более неповоротливой НАТО, заставили Соединенные Штаты потерять к ней военно-стратегический интерес. Остался интерес сугубо коммерческий. Но когда начинают считать деньги, а не количество боеголовок, любой альянс начинает менять свою внутреннюю природу. Это начинают, как видно, понимать и в Москве.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников