Приближается 9 Мая — великий для России день, праздник, доставшийся нам очень дорогой ценой. О его глубинных смыслах мы говорим с человеком, знающим о войне не понаслышке.
— Александр Андреевич, вы были маленьким мальчиком, когда началась Великая Отечественная, соприкоснулись с тем временем физически, эмоционально. Что осталось у вас в памяти о нем?
— Материнские слезы. Потому что пришла похоронка: под Сталинградом погиб мой отец. До конца я не мог осознать все горе мамы, но с тех пор боялся говорить с ней об отце. Те давние слезы возникали у меня в глазах много лет ее вдовства. Помню нашу эвакуацию в Чебоксары. В этом приволжском чувашском городке я увидел висящий на стене дома огромный матерчатый плакат с фашистами в касках. Они нацеливались на ребенка, которого прижимала к груди женщина, — и надпись: «Защити Родину-мать!» Запомнился Новый год в Чебоксарах — мама подарила мне деревянный пистолет и сшитую из клеенки кобуру.
— Как потом вы постигали то, что случилось в июне 41-го? По каким источникам?
— Когда закончилась война, мама повела меня на трофейную выставку в Москве, в Парк культуры, где на набережной были расставлены тяжелые пятнистые гаубицы, подбитый «мессер-шмитт», огромный «Тигр» с проломленной снарядом башней. Я смотрел на его оплавленную броню и думал, что у меня, мальчика, есть сила, способная отомстить за отца. О том же я думал, когда смотрел фильмы о войне. Запомнились лица крестьянских русских вдов. Чту и помню вернувшихся с войны офицеров с золотыми погонами, которые начинали ее лейтенантами или сержантами, а вернулись в родные деревни полковниками в сталинских эполетах. Помню, как пели они под гармонь. А потом я сам стал очевидцем многих войн. Наверное, так сложилось от того, что я хотел прожить жизнь за отца, довоевать ту его войну, которую он не смог завершить.
— Сейчас ее итоги переиначивают, искажают. Ложь хлынула в таком объеме, что разобраться в ней, особенно молодому человеку, крайне сложно. Как быть? Где найти правду о войне, когда свидетелей все меньше?
— Я не маг, но знаю точно одно: венцом этой войны является Победа. Да, много враждебных высказываний по поводу и Великой Отечественной, и Сталина, и Советского Союза. Но вряд ли кто даже из самых фашиствующих назовет ту Победу 45-го поражением человечества. Вряд ли найдется сумасшедший, который будет утверждать, что, если бы победил Гитлер, цивилизация от этого бы выиграла. Потому всякий, кто рассматривает Победу как торжество света над фашистской тьмой, должен черпать сведения и чувства не из хроники танковых сражений Курской дуги или Сталинградской битвы. Точкой отсчета должна быть Победа.
Чем XXI век отличается от XX, в котором она была одержана? Сменились поколения, многое забылось, вспыхнули другие вой-ны, и возникла иная культура исторических исследований. Но Победа 1945 года была не только военной, политической или стратегической, а священной. Это религиозное событие. Недаром первая песня, сложенная в те дни, называлась «Священная война». Победа в ней была достигнута священными людьми: солдатами, командирами взводов, рот, фронтов, всем священным нашим народом, который сражался и выиграл войну ценой великих жертв. Так что если человек верует в Победу как в икону — а в русском сознании есть стремление веровать во что-то дивное, светоносное, — он во всем разберется. Верь в Победу — остальные знания и чувства приложатся.
— Мы-то верим, но мир почему-то не желает признавать решающую роль советского народа в разгроме нацизма и хочет отнять у нас эту Победу.
— Отнять хотят, но не получается. Она является главным идеологическим содержанием нашей жизни и истории, несет в себе глубинные смыслы. Это явление, в котором русские проявили себя как самый отважный, жертвенный и непобедимый народ. Отними Победу — и у нас мало что осталось бы. Победа дала нам ощущение неодолимости, ощущение той силы, что позволила нам выстаивать в самые страшные времена. Не зря в перестройку начали так яростно осквернять героев войны, нападать на генералиссимуса, поливать грязью важнейшие боевые операции, очернять Победу, уничтожать советские ценности. Оглянись в 90-е — там целые кладбища великих советских технологий, достижений и идей. Но Победу — всю обстрелянную, обугленную, оскверненную — удалось спасти. Так бывает, когда полк, попав в окружение, подвергается разгрому, но один раненый солдат обматывает вокруг себя полковое знамя и сквозь линию фронта проносит его к своим. Знамя разворачивают, и вновь создается полк. Вот так и Знамя Победы было вынесено в наши дни. «Бессмертный полк» — это пасхальное явление, нам только кажется, что это просто живые несут портреты мертвых. А на самом деле это наши убитые, исчезнувшие деды и отцы наполняют нас силой, не дают нам погибнуть, впасть в уныние и горе. Поэтому сегодняшние праздники Победы напоминают церковные литургии. И министр обороны, выезжая на Красную площадь через Спасские ворота, чтобы принять парад, осеняет себя прежде крестным знамением. Так входят в монастыри. Именно Победа, как русское святое оружие, хранит наши глубинные основы. Так что не волнуйтесь, вокруг Победы сложились кольца защиты. На ее страже — новое поколение молодых людей.
— Та война была страшной, но она сплотила людей и остается скрепляющей материей до сих пор. В этом ее главный урок?
— У Великой Отечественной много уроков. После войны возник другой народ. Перед войной он был расщеплен: на кулаков и тех, кто их раскулачивал, на национальные республики, на власть и население, изнасилованное этой властью. А война породила сплоченное, победоносное общество. Возник народ с гигантским потенциалом строительства. Недаром после 1945-го мы всего за несколько лет восстановили разрушенную страну, создали ядерные технологии, улетели в космос и поразили мир абсолютно иным качеством своего существования.
— А сегодня опять разобщены. Поставляем в Дамаск зенитные установки, но людям непонятно, зачем тратятся огромные средства на боевые действия в Сирии, если столько проблем внутри России: нищие пенсионеры, постыдные свалки, дороги в колдобинах...
— Беда не в том, что мы создаем новые системы вооружения или воюем в Сирии за интересы России, а в том, что русские деньги увозит за рубеж олигархическая буржуазия, обирающая страну. Нужно вернуть капиталы, которыми мы питаем чужую цивилизацию. А то, что говорят, будто мы воюем в Сирии, обкрадывая пенсионеров и стариков, неправда. Современное русское оружие обеспечивает нашу безопасность, включая, кстати, и безопасность тех, кто сегодня хулит мою Родину. Если бы не наше оружие и наши оборонные усилия, им всем давно бы оторвали головы или сожгли в печах.
— Как вы будете встречать 9 Мая?
— Надеюсь, как всегда в эти годы, меня пригласят на парад на Красной площади, и я встану, приветствуя вынос Знамени Победы, радуясь четкому шагу по кремлевской брусчатке прекрасных молодых офицеров и солдат. С восхищением буду смотреть на новейшую технику, сталь которой — из частиц того металла, что был в щите Дмитрия Донского и в мече Александра Невского. Для меня все это большой молитвенный Праздник.
— Вы пересматриваете военные фильмы?
— Люблю фильм моего детства «Взятие Берлина» и «Они сражались за Родину». Предложил бы нынешним юношам прочитать бондаревский «Горячий снег» или «Батальоны просят огня» и фильмы, снятые по этим произведениям, посмотреть. Лучше бондаревских книг о войне я не знаю. Слава богу, что наш великий военный писатель Юрий Бондарев жив.
