18 октября 2017г.
МОСКВА 
12...14°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 57.34   € 67.46
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ПРАЖСКАЯ СКАЗКА НОРЫ МУСАТОВОЙ

Качаева Иоланта
Опубликовано 01:01 28 Января 2003г.
В Берлине и Нью-Йорке проходят одновременно выставки Норы Мусатовой - известной художницы русского зарубежья, живущей в Чехии. Ее отец - тоже художник Григорий Мусатов приходился племянником Виктору Борисову-Мусатову - создателю русского живописного символизма, а дед - известный самарский иконописец.

Творческий путь Норы не был гладким: в ЧССР настороженно относились к дочери русского эмигранта. Но признание пришло. Особым успехом пользовалась выставка 1979 года в США, где ее картины экспонировались совместно с работами Марка Шагала. Правда, при этом Нору сразу исключили из официальных списков чехословацких живописцев.
Она пишет масляными красками по стеклу. Каждую ее картину надо рассматривать подолгу: фантастические, причудливые городские сюжеты - пражская сказка. Нора мечтает, чтобы все это увидели в России...
Мы с Норой Григорьевной пьем кофе с чешскими рождественскими сладостями в мансарде - прямо под крышей пятиэтажки с романтичным видом на Пражский Град. Здесь она живет с 1938 года. Об эмигрантских скитаниях напоминает старый родительский сундук у дивана. Оригинальную люстру Нора соорудила сама.
Моя собеседница говорит на очень правильном русском языке: училась у лучших российских профессоров, изгнанных советской властью из родной страны...
- Нора Григорьевна, почему ваша семья для жизни в эмиграции выбрала Прагу?
- Моего деда, который расписывал храмы, большевики убили в 1919 году в Самаре. Спасаясь от репрессий, родители добрались до Приморья. Но во Владивостоке тоже постоянно менялась власть, оставаться там было опасно. Друзья посоветовали уехать в Европу - туда уходил пароход. Папа оплатил поездку портретами капитана и его жены. Плыли через Индийский океан. 70 дней и ночей не прекращалась качка. Не знаю, как они пережили это путешествие, но до самой смерти мама не переносила бананов, которыми пришлось кормиться в пути... Из Триеста уже наземным транспортом добрались до Чехословакии. Выбор был не случаен. В Германии - голод, в Венгрии - разруха. А первый президент Чехословакии - Масарик по просьбе Максима Горького приглашает в знаменитый Карлов университет русских профессоров, высланных Лениным из Советской России.
- Как Прага встретила вашу семью?
- Не слишком приветливо. Извозчик, которого папа нанял на пражском вокзале, возил полдня по городу и наконец доставил в гостиницу, которая находилась... в ста метрах от перрона. Все последние деньги пришлось отдать этому "таксисту". Негде было жить, нечего было есть. Чтобы заработать хоть на пропитание, родители нанялись в состав театральной труппы, кочевавшей по стране. "Карабасом Барабасом" оказался бывший русский военнопленный Никешко. Он создал свой "Национальный русский театр" из интеллигентных соотечественников, оставшихся без средств к существованию. Расчет был верный: все его подопечные умели играть на музыкальных инструментах, петь, танцевать. Никешко имел неплохой доход. А актеры получали от него в день по пять крон и одной селедке. После спектакля зрители обычно по просьбе Никешко "разбирали" актеров на ночлег. Конечно, молодых, особенно незамужних исполнительниц устраивали быстро. А вот супругам Мусатовым было сложнее.
В городке Немецкий (ныне Гавличков) Брод они, как всегда, оказались последними и долго ждали. Но терпение вознаградилось: к себе их пригласили переночевать супруги Киниховы. Папа с мамой были счастливы: пан Кинихов говорил по-русски! А в его скромном домике отец увидел на стенах множество картин. Он поинтересовался, кто автор. Пани Кинихова ответила, что картины писал ее брат. "Яничку, иди сюда!" - крикнула она. И к ним спустился Ян Зрзавы - один из самых известных чешских художников прошлого века. Это была судьбоносная встреча. Папа с Яном подружились на всю жизнь. Думаю, что без такого друга мой отец в Чехословакии вряд ли бы и пробился. Так благодаря остановке в Немецком Броде я появилась на свет в семье уже признанного художника.
- Наверное, ваши родители дружили и с русскими эмигрантами?
- Папа преподавал рисование в русской школе. И, разумеется, поддерживал отношения не только с новыми чешскими друзьями, но и с соотечественниками. Мама защитила диплом в Праге, окончив юридический факультет. А я ходила в детский сад и школу вместе с племянником Владимира Набокова - Ростиславом. Ростик был способным мальчиком: любил музыку, играл на фортепиано. Всех детей Набоковых воспитывала няня Евгения Константиновна Гоффельд. Она знала несколько языков, была очень образованной дамой. Мы ее звали "Тетик".
В школе нас воспитывали в любви к России, объясняли, что большевики - это временно, и все мы сможем вернуться домой. И 30-е годы для меня были самыми счастливыми. Папа был в расцвете творческих сил, мы жили в демократической стране. А вера в возвращение на родину согревала наши души...
- Как вы пережили оккупацию во время второй мировой войны?
- Более прозорливые и информированные успели уехать, наша семья к ним не принадлежала. Моя мама была еврейкой. И жизнь ее была, что называется, на волоске. Тем более что среди русских эмигрантов были "доброхоты", которым немцы поручили блюсти расовую чистоту в своей среде. Но две мамины подруги - Мария Михайловна Жидлицка и Александра Дмитриевна Попова, рискуя собственной судьбой, официально засвидетельствовали, что мама - исконная русская, и спасли ее тем самым от газовой камеры.
В 1941 году от второго инфаркта умер мой папа, и мы с мамой остались одни. Денег совсем не было. Мама меняла папины картины на кур, муку, масло. Благодаря этому и выжили. Правда, лишились практически всех отцовских работ.
- А коммунисты после прихода к власти преследовали эмигрантов?
- Сначала было не до этого. В Прагу приехала группа бывших актеров МХАТа. Они мне разрешили участвовать в репетициях, смотреть за игрой, пробовать себя. Конечно, в спектаклях я не играла, но атмосфера меня поглотила, я жила театром. Мы с Ростиком как раз оканчивали школу. К нам уже тогда начали относиться плохо. Весной одновременно с выпускными я сдала экзамены в театральный институт и успела поступить. Ростику повезло меньше - ему сделали запись в аттестате, что к дальнейшей учебе он непригоден. Впрочем, и мое личное студенческое счастье длилось недолго - с четвертого курса выгнали. А Ростик умер, когда ему было всего 29 лет. Это очень грустная история, мне тяжело вспоминать...
- Что побудило вас взяться за кисть и краски?
- После исключения из института я пребывала в растерянности. Поддержали друзья отца. Как-то неназойливо подталкивали к стезе художника. Быстро свыклась с новым амплуа и попыталась даже поступить на живописный факультет художественного промышленного училища. Правда, вскоре меня снова выгнали. Хотела уехать в Америку. Но у меня на руках была разбитая параличом мама и уже две маленькие дочки.
Однажды к нам пришел коллекционер из Майами - некий господин Бетховен. Купил пару моих работ, но, главное, организовал выставку во Флориде. А спустя некоторое время решил устроить мою выставку совместно с самим Марком Шагалом. И большой художник дал свое согласие. Конечно, немалую роль сыграло то, что он знал работы моего отца. Я воспряла духом. К сожалению, тогдашние чехословацкие власти не выпустили меня в США на собственную выставку.
- Как случилось, что вы предпочли холстам стекло?
- Живописью на стекле я начала заниматься в 1968 году. Должна признаться, ради денег. Ведь стекло - основа, с которой не уживаются трехмерные предметы и реальный взгляд на мир. Отражающая поверхность предполагает более сложное видение жизни, уже потенциально стекло несет в себе дух загадки. Сначала просто экспериментировала, а потом мне захотелось найти глубину, выйти в пространство, насыщенное воздухом, и в нем поселить моих героев, движущихся и летящих...
- Наконец вернулись демократия, долгожданная свобода. Как художнику вам теперь уже ничто не мешает...
- Я восприняла падение коммунизма в Восточной Европе с нескрываемым восторгом. Вот уже более десяти лет могу свободно говорить, работать, выставлять свои картины. Это огромное счастье. А мешает только то, что я немолода. Но тут ничего не поделаешь. Здесь не поможет даже самый демократичный на свете режим.


Loading...

Почему лидер Каталонии отложил провозглашение независимости от Испании?
ЭКСТРЕННЫЙ СБОР НА ПРОТИВОРЕЦЕДИВНОЕ ЛЕЧЕНИЕ НЕЙРОБЛАСТОМЫ IV СТЕПЕНИ, ВЫСОКОЙ ГРУППЫ РИСКА!!! Мишаева Ксюша, 2.5г.