Во Франции, в Ницце, проходит чемпионат мира по фигурному катанию. В этом году наши парники на чемпионате Европы взяли все три призовых места, а лучшими из лучших стали Татьяна Волосожар и Максим Траньков. С ними встретился корреспондент «Труда».
Многие так и не могут найти партнера
— Перед тем как стать чемпионами, вы, Максим, и вы, Татьяна, сменили достаточное количество партнеров. Такой процесс поиска в спорте всегда необходим, чтобы понять, кто
Максим Траньков: Тут много факторов влияет, чтобы сложилась спортивная пара. Это психологические и даже чисто внешние характеристики спортсменов.
Татьяна Волосожар: Мы и биометрически, и характерами подходим друг другу. Работать гораздо легче, когда люди понимают и делают свое дело без лишних слов. И у нас —
— Но за спиной осталось столько партнеров и тренеров. С ними расставаться было всегда болезненно?
Т.В.: Бесспорно. Так же как и в жизни. Привыкаешь к
Без меня женили
— Почему раньше в парах вы показывали средние результаты, а сейчас исключительно берете первые места? Или вас так прессинговали, что проснулась спортивная злость?
Т.В.: Злость — плохой советчик. На этом чувстве далеко не уедешь. Хотя волевые моменты любому спортсмену нужны. Кто ждет, тот получает все.
М.Т.: Все мои нынешние достижения я исключительно связываю со своей музой. Вот она, сидит рядом. (Нежно обнимает Татьяну.)
— Татьяна, вы катались со своим мужем Станиславом Морозовым за Украину. Как вам удалось так быстро найти Максима и получить российское гражданство?
Т.В.: Стас не был моим мужем. Это в прессе нас расписали и поженили. Если журналисты без меня выдали замуж, что с этим сделать? Мы с бывшем партнером откатали Олимпиаду в Ванкувере за Украину. Стасу шел
Менял женщин как перчатки
— Максим, о вас можно сказать: «Менял я женщин как перчатки»? Сколько у вас было партнерш?
М.Т.: На самом деле все так и получилось. (Смеется.) Начиная с юношеского катания, я сменил шесть партнерш. Но видимо, меня Бог берег для Татьяны, она у меня — седьмая. Кстати, это мое любимое число, даже день рождения у меня приходится на 7 октября.
— Вам пришлось сильно переучиваться в технике элементов и подстраиваться друг к другу?
М.Т.: Когда мы встали в пару, практически ничего не получалось. Мне было полегче, а вот Тане пришлось переучиваться. Ее предыдущий партнер был намного сильнее меня.
Т.В.: Действительно, предыдущий партнер подкидывал меня, как перышко, и я летела. А Максим все делал аккуратно, и в этом чувствовалось определенное напряжение. К этому надо было привыкнуть.
— Можно сказать, что вы идеальный дуэт и с вами может только поспорить немецкая пара Савченко — Шолковы?
М.Т.: Сейчас можно сказать: мы хорошая пара. Мы развиваемся. Да и с тренером нам повезло. Это одна из главных наших удач, что мы пригласили незвездного специалиста. Нина Мозер — гениальный менеджер и психолог. Вот выиграем Олимпиаду, тогда и называйте нас идеальным дуэтом. (Смеется.) А пара из Германии действительно сильна.
— Почему вы летаете в
Т.В.: Один этап
М.Т.: Подчеркну, это было всего лишь один раз. Там самый удачный процент восстановления травм бедра. Но и цены там намного выше, чем у нас. В России тоже прекрасно лечат — например, в ЦИТО, у профессора Орлецкого. И всем нашим докторам мы можем сказать большое спасибо.
Дети бывают очень жестокими
— Один из лучших танцоров Большого театра рассказывал, что бывают такие случаи, что, казалось бы,
М.Т.: Уверен, что в детском и юношеском спорте такие факты и сейчас существуют. Вообще дети бывают очень жестокими. И детская «дедовщина» в спорте часто отбивает интерес заниматься молодым, талантливым ребятам. Я это испытал на своем примере: в Перми мне никакой жизни не давали на катке, и я убегал, чтобы не сталкиваться с пацанами. Хотел бросить все, но потом понял, что тот, кто пройдет через такую конкуренцию, будет закаленным спортсменом. Недавно я встречался с этими ребятами. Они мне говорят: «Макс, кто старое помянет, тому глаз вон». А я им ответил: «Я вам, наоборот, благодарен. Где я сейчас, во многом обязан вам. На каждый старт я выходил и вспоминал вас, и меня это делало сильнее и сосредоточеннее».
Т.В.: У меня таких коллизий не было. Я очень хотела кататься, но даже в платную группу меня взяли с большим трудом. Просто я была таким пухленьким ребенком.
— В прошлом году вы улетели в Японию на чемпионат мира и застали там землетрясение. Страшно было?
М.Т.: Мы ехали в поезде — вдруг он остановился. Все объявления были на японском языке. Мы ориентировались по людям. Японцы организованные, не было паники. И телефонную связь мы потеряли
Т.В.: Представляете, как тяжело было нашим родителям, потому что о нас многие агентства поторопились дать информацию, что мы пропали или даже погибли!
Финансовый жирок еще не накопили
— Фигурное катание — фактически некоммерческий вид спорта. Как вам удается сводить концы с концами?
Т.В.: Всеми денежными делами у нас занимается наш тренер. В плане бытовом нам снимают квартиры, и зарплаты у нас достаточно хорошие. И о духовном уровне Нина Михайловна заботится: вместе ходим по театрам и выставкам. Да и спортивное руководство страны нам оказывает всевозможное содействие. Руку на пульсе всегда держит министр спорта Виталий Мутко, его заместитель Юрий Нагорных и директор центра спортивной подготовки Александр Кравцов. Они интересуются всеми нашими проблемами, и фактически мы от них не слышали слова «нет».
— Илье Авербуху, когда он закончил карьеру, пришлось даже заниматься извозом. А вы
М.Т.: Не такой, чтобы ничего не делать в течение 10 лет. К тому же он сразу же уйдет, если купить жилье и машину.
— Какие траты с вашей стороны и стороны государства необходимо осуществлять, чтобы российские пары ходили в лидерах?
Т.В.: С нашей стороны нужен результат. Государство нам дает все необходимое, и немалые деньги в том числе, и это мы понимаем и ценим.
М.В.: Главный урок, который мы вынесли из путешествия в Японию: будь ты победителем или проигравшим, никогда нельзя терять присутствие духа. Этой почти самурайской мудрости мы и хоти следовать.
