Сколько себя помню, эта маленькая книжица всегда лежала в нашем доме на видном месте. Время от времени кто-то из домашних брал ее в руки и начинал цитировать классика, а остальные подхватывали фразу, поскольку ту книжку мы знали наизусть. Эта игра обязательно заканчивалась общими улыбками и смехом: автор в пенсне умел рассмешить. «Записная книжка А.П. Чехова», настольное и застольное творение, нисколько не надоедавшее ни взрослым, ни детям. И вот новая встреча!
Чехов «Краткость — сестра таланта»
Надо ли говорить, что, встретившись на днях с темно-зеленой обложкой в книжном магазине, я тут же купила новинку петербургского издательства «Азбука». Как будто Антон Павлович мог что-то добавить к давно сказанному, написанному и растащенному на цитаты, которые мы не устаем повторять. Но открыла томик и подивилась: как много из того, о чем Чехов думал и говорил в позапрошлом и прошлом веках, актуально и в наши дни! Вот, послушайте: «Тля ест растения, ржа металлы, а лжа душу», «Льстят тем, кого боятся», «Обыкновенные лицемеры прикидываются голубями, а политические и литературные — орлами. Но не смущайтесь их орлиным видом. Это не орлы, а крысы или собаки». А вот еще: «У несвободных людей всегда путаница понятий».
Такое ощущение, что тут доктор ставит диагноз и выписывает рецепт больному. Хотя Чехов и вправду был врачом.
Ф.М. Достоевский «Письма к жене. Невидимая сторона гения»
Недавно вышел скандал: министр финансов РФ Антон Силуанов для пополнения доходов в бюджет предложил, по сути, легализовать игорный бизнес и собирать «азартные» налоги. Общественность, конечно, возмущалась, решение пока отложили, но надолго ли? А я бы участникам дискуссии предложила прочитать эту книгу, состоящую из писем Достоевского к супруге Анне Григорьевне, написанных в 1866-1880 годах. В ней он предстает не только мыслителем и мастером слова, но и человеком, одержимым страстями, в частности лудоманией.
Всем известно, что Федор Михайлович был игрок, но до какой черты доводило его болезненное увлечение, открывается в переписке. Достаточно хотя бы одного письма. «Аня, милая, друг мой, жена моя, прости меня, не называй меня подлецом! Я сделал преступление, я все проиграл, что ты мне прислала, все, все до последнего крейцера, вчера же получил и вчера проиграл. Аня, как я буду теперь глядеть на тебя, что скажешь ты про меня теперь! Одно и только одно ужасает меня: что ты скажешь, что подумаешь обо мне? Один твой суд мне и страшен!»
А вы, Антон Германович, про налоги, про пополнение бюджета: Читайте Достоевского!
Андрей Вознесенский «Ностальгия по настоящему. Хронометраж эпохи»
Талантливый человек талантлив во всем. И эта книга — еще одно тому подтверждение. Для того чтобы так вспоминать и описывать пережитое — события, людей и собственные ощущения, — мало быть поэтом, надо иметь глазомер художника или архитектора. Вот, к примеру, цитата прямо с начальной страницы, где Вознесенский представляет редактора своей первой книги. «Капа была святая. Стройная, бледная, резкая, она курила «Беломор» и высоко носила русую косу, уложенную венециановским венчиком. Засунутые наспех шпильки осыпались на рукописи, как сдвоенные сосновые иглы. Дома у нее было шаром покати». Не правда ли, человек предстает перед вами так, будто вы его видите воочию. А еще нас ждут встречи с самыми родными и близкими поэта, и с Пастернаком, и с «производителем дыр» скульптором Генри Муром, с всесильным Хрущевым и плачущей официанткой:
И все портреты такие живые — действительно, подлинники. Подлинники эпохи.
