04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

РУССКАЯ ДЕВУШКА У БРАНДЕНБУРГСКИХ ВОРОТ

Весной 1945 года в завоеванном Берлине фотокор ТАСС Евгений Халдей сделал снимок: на фоне Бранденбургских ворот девушка- регулировщица. Десятки, если не сотни раз перепечатывали его газеты и журналы всего мира. Девушка-солдат c фотографии вошла в историю, став одним из символов победы над фашизмом.

Мария Лиманская, которой только что исполнилось 80 лет, живет в селе Звонаревка Саратовской области. Маленький домик у пруда и рощи с многочисленными птичьими гнездами я отыскал без труда. Только хозяйку дома не застал - ушла за покупками. Соседка показала: мол, вон она с палочкой, уже возвращается. Мария Филипповна нежданного гостя встретила радушно, хотя только что проводила родню и главу администрации, который приезжал с поздравлениями и подарками. На днях, после многолетних хлопот журналистов местной газеты, бабушке наконец-то поставили телефон...
Вместе перебираем пожелтевшие фронтовые фотографии. Мария Филипповна показывает девушек-регулировщиц, что стояли в 1945-м в центре Берлина, - Валя Беспалова, Аня Кравченко, Шура Гладкова. Переписывалась с фронтовыми подругами много лет, но последнее время на письма никто не отвечает.
- Теперь, наверное, я осталась одна, - вздыхает хозяйка.
А вот и тот самый знаменитый халдеевский снимок, подписанный автором. В 1982 году бывший военный корреспондент Халдей прислал ей эту фотографию и другие свои снимки, сделанные в Берлине и Потсдаме - со Сталиным, Трумэном и Машиным знакомым Черчиллем.
Весной 1942 года, когда 18-летнюю Машу и еще нескольких девочек пригласили в районный военкомат, и предложили идти в армию, никто из них не отказался. Сначала девушек распределили в запасной полк. К фронту шли пешком, по весенним раскисшим дорогам. Боевое крещение 18-летние девчонки приняли у города Батайска Ростовской области. Девушек поставили регулировать движение через переправу. Укрытия рядом никакого. Во время авианалета Маша хотела спрятаться под мост, но побоялась - вдруг попадет бомба, перекрытия обрушатся и ее завалит. Так, вздрагивая и пригибаясь во время взрывов, и простояла всю бомбежку. Только когда налет закончился, ее будто кто-то толкнул, перешла на другое место. В этот момент за спиной что-то свистнуло. Проходившие мимо зенитчики показали: на месте, где она до этого стояла, лежит осколок.
Там же под Батайском Машу едва не задавил грузовик. Шофер, ошалевший от близких взрывов, рванул на машине через разрушенный к тому времени мост и сбил девчонку-регулировщицу, которая пыталась его остановить. Маруся едва успела выскочить из-под машины, но ногу все равно повредила.
Еще дважды так же близко разминулась она со смертью. В Симферополе в грузовик, на котором ехали регулировщицы, попала бомба - девочки выгрузились за три минуты до этого. А в Белоруссии Маша заболела малярией. Лекарств не было, и врачи уже готовились ее хоронить. Спасла соседка по палате, медсестра, у нее в сумке оказалась ампула нужного лекарства. Когда дело пошло на поправку, Маше приснился сон, будто она падает из окна, а ее подхватывает какой-то незнакомый танкист. Подруги тут же заявили: ну все, теперь ты должна выздороветь: танкист - это хорошо. И выздоровела.
На посту у Бранденбургских ворот в самом центре Берлина они простояли несколько недель. Это были радостные дни - война заканчивалась, всем казалось, что впереди только счастливая жизнь. Когда ее сфотографировал фотокор ТАСС, Маша Лиманская не запомнила.
- Нас многие фотографировали в эти дни, - вспоминает Мария Филипповна.
Зато осталась в памяти на всю жизнь другая встреча, 2 мая к девушке на посту подъехал какой-то водитель и радостно крикнул ей: "Сестричка, победа!" Сначала Маша ему даже не поверила. А шофер сунул ей в руки сверток, возьми, мол, больше подарить нечего - и уехал. В свертке оказались туфельки-лодочки. Жаль, эти туфельки Маше так и не пришлось надеть вместо солдатских сапог. В подвале, где жили девчата-регулировщицы, случился пожар, сгорели все вещи, письма из дома, фотографии и те самые туфельки.
Потом часть перевели в Потсдам - регулировать движение во время международной конференции стран-победительниц. На постах стояли вместе с солдатами союзники, которые показались Маше недотепами: сразу вешали оружие на ветки, а сами растягивались на травке.
Однажды мимо проезжал кортеж британского премьера. Ефрейтор Лиманская, как полагалось, - руку к берету. Кортеж неожиданно остановился, и из машины вышел Черчилль. - Точно такой, каким я его представляла, и даже с этой своей сигарой, - вспоминает Мария Филипповна.
Через переводчика премьер поинтересовался у регулировщицы, не обижают ли девушек английские солдаты?
- Пусть только попробуют обидеть, наши солдаты нас защитят, - ответила Маша.
Черчилль выслушал перевод, улыбнулся и уехал.
Еще до возвращения домой в Германии Маша выдала замуж лучшую подругу. Когда девчата уже попрощались и сели в машину, чтобы ехать на вокзал, к ним подошел знакомый лейтенант:
- Валя... оставайся, выходи за меня замуж.
Нехитрую свадьбу сыграли на квартире у лейтенанта. После войны подруга с мужем жили в Волгограде. Валя родила двоих детей, потом развелась со своим лейтенантом - он стал сильно пить.
Маше в те весенние дни, когда воздух Победы кружил всем головы, тоже один победитель делал предложение.
- У него ни дома, ни родных не было... Я как представила, что приедем в нашу деревню вдвоем, соседи станут говорить, мол, на войну ходила, чтобы замуж выскочить... И отказалась. Может, и зря, - говорит Мария Филипповна.
После возвращения с фронта жизнь у Маши Лиманской сложилась нелегко. Неудачное замужество, одной пришлось поднимать двоих дочерей. Работала санитаркой, потом уборщицей. Лишь когда девочки подросли, Маша встретила, наконец, того, с кем в любви и согласии прожила 23 года. Виктор Иванович сам был фронтовик, танкист, между прочим. Допоследних, можно сказать, дней, уже оставив работу, муж помогал ей - колол дрова, приносил воду... Так, много лет спустя, можно сказать сбылся сон, приснившийся в госпитале во время войны.
После смерти супруга Мария Филипповна переехала в Саратовскую область, поближе к детям. Сейчас она уже прабабушка. Из пяти правнуков, трое, так уж получилось, живут в Германии. Несколько лет назад туда уехала внучка, вышедшая замуж за поволжского немца.
Здоровье у Марии Филипповны сейчас, конечно, уже не то, часто поднимается давление, но в доме порядок, чистенько, прибрано. На кухне лежит приготовленная для посадки картошка.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников