— Михаил, вы общались с шаманами в Эквадоре, выделывали и красили кожу в Марокко, ловили кобр в Малайзии — в общем, занимались в своих программах не только интересными, но зачастую и опасными делами. Готовить программы о Москве было безопасно для жизни и здоровья?
— Намного безопаснее. Но дело же не в риске, не опасность является для меня основным магнитом, хотя и придает некий драйв моим телепохождениям.
— Удалось ли узнать о Москве
— Массу вещей, о которых я даже и не подозревал.
— Удалось ли вам острее прочувствовать особый характер москвичей? Есть ли он вообще?
— Вся наша страна, как известно, убеждена, что есть. Если вы поездите по просторам нашей несчастной Родины, то обнаружите, что для большинства людей «москвич» — слово ругательное. Нас считают снобами, людьми негостеприимными, зазнавшимися. Дыма без огня не бывает. Во многом это результат чудовищного ритма, в котором мы живем. Мегаполис нам дает многое, но убивает в нас человечность, теплоту, участливость, даже готовность просто улыбнуться и объяснить дорогу приезжему.
— Что вас как жителя Москвы больше всего привлекает и раздражает в городе?
— Раздражает очень многое, и главным образом то, что Москва плохо приспособлена для жизни маленького человека. Человек на машине чувствует себя лучше, чем пешеход, сильный — лучше, чем слабый, здоровый — лучше, чем инвалид. Москва — очень жесткий город. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Есть города гораздо более расположенные к человеку.
— А чем привлекает?
— Не знаю, иногда ничем она меня не привлекает.
— Над чем ещё вы сейчас работаете?
— Делаю несколько документальных фильмов для телеканалов «Россия» и
