Иосиф Кобзон: «Паники у Лужкова не было»

Сергей Бирюков
20:48 30 Сентября 2010г.
Опубликовано 20:48 30 Сентября 2010г.
Известный певец рассказал корреспонденту «Труда» о подробностях последнего рабочего дня московского мэра

Будучи другом Юрия Лужкова, Иосиф Кобзон в день отставки московского градоначальника приехал в мэрию его поддержать. Любимый россиянами известный певец рассказал корреспонденту «Труда» о подробностях последнего рабочего дня московского мэра.

— Вы стали свидетелем событий, связанных с отставкой московского мэра. Как Юрий Михайлович провел этот день? Был ли он готов к указу президента об увольнении?

— Как он мог быть готовым, когда он ехал на работу в 8 часов утра и услышал по радио о своем отрешении? Хотя ваши коллеги-журналисты нагнетали ситуацию, нельзя быть к этому готовым. Реанимировали даже Доренко из «Русской службы новостей», который в 1999 году вел такую же атаку на Лужкова, но как можно было ожидать, что этот пасквиль (фильм НТВ «Дело в кепке». — Труд) послужит основанием для указа президента? И формулировка какая-то размытая — «утрата доверия». Что такое «утрата»? Что такое «доверие»? Лужков был, конечно, готов, к отставке, но паники, на мой взгляд, у него не было.

— Вы хотите сказать, что Лужков не понимал, что дело идет к отставке?

— Нет, все ясно было, но могла быть другая совершенно развязка. Могли его пригласить, поблагодарить за проделанную работу и попрощаться. А просто так ударить по голове, ничего не сказав…

— Как он вам объяснил такой поворот событий?

— Он мне ничего не объяснил. Но объяснил Владимир Путин, который сказал, что Юрий Михайлович не нашел общий язык с президентом. Но Лужков не понимал, что значит эта формула — «искать общий язык». Что за общий язык? Он просто исполнял свои должностные обязанности, а не искал общий язык.

— Получается, это расплата за самостоятельность?

— Видимо, да.

— Говорят, вы с Лужковым в этот день были рядом. Как он отреагировал?

— Да ничего он не сказал. Во вторник было заседание московского правительства, и члены правительства зашли к нему поздравить с днем рождения. Они уже все знали, хотя фельдъегерь еще не привез указ. Лужков сказал: «Благодарю вас за проведенные вместе годы, продолжайте дальше служить на благо Москвы…» А Ресину сказал: «Проводите совещание правительства». После этого стал собирать вещи.

— Какие именно вещи?

— Всякие сувениры — что-то на столе стояло, что-то на стене висело. Он потихонечку все это собрал. Конечно, не могу сказать, что он был в радостном настроении, но и паники никакой не ощущалось.

— Как люди в мэрии отреагировали? Выразили свои чувства?

— В основном по телефону чувства выражали. Говорили: «Мы с вами, мы с вами, рассчитывайте на нас». Все признаются в любви, но никто почему-то публично не хочет высказаться.

— Кто из известных людей звонил Лужкову со словами поддержки?

— Конечно, позвонил Примаков. Звонил Гавриил Попов и многие другие известные люди.

— Связывает ли Лужков свои дальнейшие планы, например, с Примаковым или с тем же Поповым?

— Этого я не знаю, это знает только Юрий Михайлович. Но я думаю, что ему нужно сейчас отдохнуть. Отдохнуть от этой напряженной ситуации, прекратить ввязываться в какие-то политические дрязги. И совершенно спокойно собраться с мыслями. Я уверен, что все равно он будет заниматься политикой, никуда не уйдет.

— Ему же наверняка будут мешать?

— Нет, ему никто не помешает. Я не знаю, в какой форме он будет заниматься политикой. Не знаю, будет ли он в какой-то партии, движении или ассоциации. Но то, что он самостоятельно будет заниматься политикой, это однозначно.

— А каким, по-вашему, будет главное направление его политики?

— Ну какое направление? Демократические реформы. И то, за что он боролся — за свободные выборы губернаторов, мэров…

— Может быть, теперь у него будет больше времени для его любимых занятий?

— Ну, его хобби — это пчеловодство, распространение зерновых культур в капсулах… Лужков ведь большой ученый, он не оставит сельское хозяйство. Он найдет чем заняться, такие люди без дела не останутся.

— Какие у Юрия Михайловича сейчас отношения с женой?

— Абсолютно нормальные, хорошие отношения. Некоторые пытаются интриговать, давить на него через супругу, но он не обращает на это внимания. У них очень тесные дружеские отношения.

— В эти дни она поддерживала его?

— Ну конечно, поддерживала. Она обеспокоена, может быть, даже больше, чем Юрий Михайлович. Но у него очень сильный характер.

— Вы встали на сторону опального мэра. Известно, что вы его близкий друг. Не опасаетесь, что это скажется на вас?

— А чего мне опасаться? Бизнесом я не занимаюсь, работаю депутатом. Претензий ко мне в депутатской палате нет. Я только что вернулся из своего Забайкальского округа. Чего мне бояться? Что не пригласят на концерт в Кремль? Ничего страшного. Я всю жизнь жил честно и высказывал принципиально свою точку зрения. Ко мне всегда приходили на помощь друзья, и я всегда готов прийти к ним на помощь. Когда мне было плохо, со мной был рядом Юрий Михайлович. Он приезжал и в клинику, и в Германию, и в онкоцентр на Каширке. Как же я могу в эти моменты, когда он чем-то опечален, держаться отстраненно?




Как предотвратить в будущем массовые расстрелы в учебных заведениях?