Естественно, беседа началась с наших поздравлений.
Любовь Галкина: - Спасибо, действительно Афины стали счастливыми. По сравнению с Атлантой и Сиднеем мы завоевали больше медалей. Лично для меня Афины - пока пик спортивной карьеры: ведь я выступаю за сборную Россию с 1997 года, а на чемпионатах мира не попадала даже в призеры. А Женя в свои 37 уже 20 (!) лет в сборной.
- В каком возрасте заинтересовались стрельбой? Какими еще видами спорта увлекаетесь?
Евгений Алейников: - Мое детство прошло во Владикавказе. Занимался прыжками на батуте, потом легкой атлетикой - бегал короткие дистанции. В старших классах серьезно увлекся велоспортом, потом стрельбой. И достаточно быстро пришли успехи. После школы год проучился на горно-металлургическом факультете политеха, но почувствовав, что стрельба - это и есть моя жизнь, настоящая, перешел в институт физкультуры.
Галкина: - Я в школьные годы прилежно занималась в секции цирковой акробатики. Потом волейболом и гандболом. Выступала в составе гандбольной команды УПИ, где училась, как и Женя, на металлурга. В отличие от мужа я этот институт окончила, защитила диплом по специальности "защитное покрытие металлоизделий". Я - потомственный металлург: мама трудилась в этой отрасли. Но работать по специальности не стала: уже выступала за сборную страны по стрельбе. В стрелковый спорт пришла случайно. Нас погнали сдавать нормы ГТО. Стреляла впервые в жизни, но принимавший нормативы Леонид Шевцов уговорил приходить в тир. Долгое время я это делала без каких-либо надежд на чемпионские перспективы. Меня с детства приучали серьезно относиться к выбранному делу, и я упорно тренировалась, не торопила событий и в конце концов добилась успеха.
- Говорят, стрельба - один из немногих видов спорта, где женщины показывают результаты не худшие, чем у мужчин. Это правда?
Алейников: - Более того, лучшие. У нас к коммерческим стартам допускаются и мужчины, и женщины. И соревнования эти проходят с переменным успехом, но чаще побеждают дамы.
Галкина: - Поправлю Женю. Мужчины лучше стреляют из пистолета, потому как у них тверже рука. А в винтовке силы примерно равны.
Алейников: - Я в течение последних двух лет показываю результаты худшие, чем Люба.
- Евгений, в 2002 году вы стали чемпионом мира. Почему же не попали в Афины?
Алейников: - Меня замучили травмы. В начале сезона на этапах Кубка мира еще кое-как терпел, но потом не смог даже нормально тренироваться.
- Неужели и в стрельбе случаются травмы?
Алейников: - В "стрельбе стоя" длительное напряжение испытывают шея и поясница. Травм можно избежать, постоянно тренируя все группы мышц, которые подвержены перегрузкам при стрельбе. А я этим часто пренебрегал, считая себя и без того физически сильным. Вот и поплатился. Удачный репортерский дебют - слабое утешение. Я тяжело переживал, что Олимпиада пройдет без моего участия. Тренировки продолжал, но не в необходимом для большого спорта объеме, а потому не было шансов претендовать хотя бы на попадание в призовую тройку. Олимпийская бронзовая медаль у меня есть, а ехать в Афины и показать результат хуже, чем в Сиднее, - такой вариант меня не устраивал. Но радость за успех Любы сейчас компенсировала все мои огорчения.
- Давайте вернемся к звездным мгновениям Любы. Ваши медали стали бальзамом на фоне неудачного старта россиян в Афинах. Тяжело было настраиваться на борьбу в той обстановке?
Галкина: - Во время состязаний я старалась отрешиться от всего, что могло бы расстроить. Сумела внушить себе: здесь те же условия, те же соперники, что на любых других международных турнирах. И этот "самообман" помог. Часто стрелки на соревнованиях показывают худшие результаты, чем на тренировках - из-за волнения. Вот и в Сиднее у меня так получилось. Теперь тот печальный опыт помог настроиться на борьбу.
- Объясните суть истории с "плавающими полами", мешавшими стрелкам показывать в Афинах хорошие результаты.
Галкина: - Во время пред-олимпийской недели в тире были нормальные бетонные полы. Но в канун Олимпиады настелили ламинат. Когда прицеливаешься, любое движение соперника в нескольких метрах от себя ощущается всем телом, и оно становится помехой. После протеста нескольких команд ламинат сняли, так что на результаты олимпийского турнира эта история никак не отразилась.
- Во время Олимпиады вам удалось посмотреть какие-либо греческие достопримечательности?
Алейников: - А я в Афины и не ездил: все телевизионные репортажи вел из московской студии. Все, кому говорю об этом, удивляются. Видимо, организаторы трансляции умудрились так здорово все обставить, что получился эффект рассказа прямо с "поля боя".
Галкина: - Не имела возможности ни на час отвлечься от соревнований и подготовки к ним. Но в Греции я бывала и раньше. Во время пред-олимпийской недели "обшарили" весь Акрополь. К сожалению, для подобных экскурсий на важных турнирах у нас мало времени.
- Как часто у вас бывают перерывы в тренировках? Где отдыхаете?
Алейников: - Два-три раза в год выпадает время для отдыха сроком на одну, максимум две недели. Выезжаем на юг, и там Люба не позволяет подолгу расслабляться, греться на пляже - заставляет меня и всю нашу компанию отдыхающих ездить по историческим памятникам или заниматься дайвингом. В зимнее время катаемся на горных лыжах.
- А можете позволить себе нарушить режим?
Галкина: - Если вы имеете в виду алкоголь, то злоупотребление им с напряженными тренировками несовместимо. Помню, устроители международных соревнований в Бордо выкатили для участников бочку великолепного вина, и каждый мог сколько угодно дегустировать. Но ни у кого из участников такая "халява" не вызвала энтузиазма ни во время соревнований, ни даже по их окончанию. Хорошо "расслабишься", значит, потеряешь несколько дней тренировки. Мы с Женей любим сухое красное вино, но пьем только во время отдыха и в меру.
- Как много времени у вас отнимают тренировки? И в связи с этим вопрос: сколько боеприпасов расходуете за день, за год? И во сколько это обходится?
Галкина: - В году у меня бывает до 300 тренировочных дней, не считая соревнований. Во время утренней тренировки я расходую сотню или полторы огнестрельных патронов по цене 18 евро за сотню, а вечером около 60 пневматических пулек, которые значительно дешевле - 15 евро за 500 штук. Общая сумма затрат на боеприпасы - восемь тысяч евро в год на человека. И винтовки стоят по несколько тысяч долларов - как малокалиберная, так и пневматическая. Причем отечественная промышленность не выпускает таких, с помощью которых можно показывать результаты международного класса. Стрелковые костюмы стоят до тысячи долларов.
Мы большую часть года проводим вне дома. Для поддержания высокого класса недостаточно занятий в обычном тире. Нужен квалифицированный обслуживающий персонал, соответствующее оборудование. Этого нет не только в Домодедове, но и в большинстве городов России. Тиры закрыты или заброшены, новое оружие и оборудование не закупалось много лет, тренеры уехали работать за границу либо поменяли профессию. Правда, в последние годы что-то понемногу начало налаживаться. Высокое начальство стало проявлять заботу не только о спортсменах-сборниках, но и начинающих. Хорошо бы, эта забота не гасла между Олимпиадами.
Алейников: - Стрельбой стал больше интересоваться и народ. Многие, посмотрев красочные репортажи с Олимпийских игр, загорелись желанием отдать детей в стрелковые секции. Коллеги из разных городов говорили мне, что в течение последнего месяца наблюдается невиданный наплыв новичков.
- А говорят, что между спортсменами высокого класса дружбы быть не может.
Галкина: - Не знаю, может быть, стрелки по характеру особенные? Мы с соперниками по сборной России продолжаем дружить и за пределами тира. Казалось бы, за те 11 месяцев в году, которые проводим вместе на стрельбищах, в гостиницах, в дорогах, могли бы надоесть друг другу. Но даже в недолгие периоды, свободные от тренировок, продолжаем ходить в гости друг к другу.
- Что двигает вперед стрелка, много лет входящего в элиту в своем виде спорта? Азарт? Деньги? Или, может, чувство долга?
Алейников: - Спорт для меня и для Любы давно уже не хобби, а профессия. Когда результаты идут на подъем, добиваешься успехов, спортивный азарт обуревает и самого титулованного чемпиона. А если находишься в таком "разобранном" состоянии, как я сейчас, работать заставляют обязательства перед клубом и сборной. Ведь и я, и Люба, ничего, кроме как стрелять, на профессиональном уровне делать не умеем.
- Тренерская профессия вас привлекает?
Галкина: - Тренер должен отказаться от желания выступать на высоком уровне, а мы с Женей не собираемся стрельбу бросать. Ведь при правильном подходе к тренировочному процессу можно побеждать в стрельбе на крупных соревнованиях в возрасте и 40, и даже 60 лет - есть тому примеры.
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
