Труд: КАК ПРОГОЛОСУЕТ КУДЫКИНА ГОРА?

Главная Жизнь 01:01 14 Марта 2000 129

КАК ПРОГОЛОСУЕТ КУДЫКИНА ГОРА?

ЕСЛИ ехать из Москвы в Петушки, но остановиться на 85-м километре, на платформе Кабаново, то

Напечатать

ЕСЛИ ехать из Москвы в Петушки, но остановиться на 85-м километре, на платформе Кабаново, то можно попасть на Кудыкину Гору. Трудно удержаться от вопроса: "А Веничка Ерофеев у вас бывал?". Алевтина Павловна Харитонова, зам. главы Горской сельской администрации, отвечает, будто справку выдает: "Нам такой факт неизвестен", а потом с легкой укоризной добавляет: "Повесть Венички не в географии, а в мироощущении. Это, во-первых, а во-вторых, есть у нас деревня Кудыкино, рядом Гора, а между ними еще и деревня Новая. Журналисты готовы географию взбаламутить, только бы написать: были на Кудыкиной Горе"...
"Кудыкать", по Далю, - спрашивать без надобности: куда идешь?
Кто ж спорит, что были мы в Новой, Кудыкино, Горе. Когда-то эти места Кудыкинской волостью назывались. Это география. А Кудыкина Гора, спасибо за подсказку, - это мироощущение... Жизнь то ли прошла, то ли еще не начиналась. "Выбери себе будущее" - гласит один из плакатов, призывающий кудыкинцев (живут тут преимущественно пенсионеры) отдать 26 марта голоса за лучшего кандидата в президенты России. В Кудыкино 93 хозяйства, в Горе - 26, а всего "на Кудыкиной Горе" живут 202 человека. Кто помоложе (таких тут немного), тот в Дулево и Ликино на заводы ездит работать. Но главная жизнь разворачивается здесь, на земле. Хорошие пятнадцать соток можно купить за 25 тысяч рублей.
-Люди плачутся, что денег нет, а вовсю строятся, - говорит Харитонова. - И не только с большими деньгами, как в Кудыкино, где заводские боссы Манжурскую улицу возвели, но и простые люди год за годом упрямо пристраиваются. В городах уходят на пенсию в 55- 60 лет, многие возвращаются к земле, к своим старикам, заводят хотя бы козу, теплицы, огороды, и жизнь опять обретает смысл.
НАДЕЖДА КОНСТАНТИНОВНА И ВОЛОДЯ
Поллитровка самогона на Кудыкиной Горе стоит 15 рублей, а бутылка самой дешевой казенной водки - 25. Мало кто гонит на продажу, все больше - для себя: дети из города приедут или по хозяйству расчет произвести. Раньше это была твердая деревенская валюта. Теперь такой бартер ("я тебе огород вспашу, а ты мне бутылку водки") проходит с трудом. Всем нужны живые деньги.
"Раньше сотку огорода за бутылку пахали, а теперь за двадцать рублей, - говорит Володя Куляпин. - На пять ближайших деревень только три лошади осталось". Он и его жена Надежда Константиновна слывут безотказными людьми. Кому что помочь - Куляпины. Молодые как-никак, пятидесятилетние. На две зарплаты: Володину, школьного кочегара, и ее, библиотекаря, ноги бы протянули. Выручают, как и всех, огород да хозяйство: телка, бычок и конь. На ноги уже детей поставили, сын шофером работает.
Собрались наконец со средствами Куляпины и решили свой дом кирпичом обложить. Так надо в Орехово-Зуево ездить, справки собирать, разрешение получать. Да еще за это деньги заплатить! Соседку-пенсионерку, когда стала после смерти мужа дом на себя переоформлять, где сорок лет прожила, три месяца по кабинетам гоняли, две тысячи рублей потребовали. Это что ж за власть такая? Как говорят на Руси, без бутылки не разберешься. От подобных вопросов и Володя иногда устраивает "революционную ситуацию": жить в нетрезвом обществе и быть свободным от него нельзя.
"За кого голосовать будете?" - спрашиваю Куляпиных.
Вопрос Надежде Константиновне не очень нравится. Агитации она всякой наслышалась, приезжих агитаторов в библиотеке навидалась: " Реформы говорильней сменились. Время еще есть, подумаем, тут некоторые стали про "нового кандидата" говорить - "против всех" называется"... Володя фамилию тоже не торопится называть, проголосует, мол, "за того, кто бардак в стране прикончит".
БАБА ШУРА
Школа эта когда-то была церковноприходской. Построил храм Рождества Богородицы за 150 тысяч, а рядом с ним школу за 20 тысяч рублей знаменитый ликинский фабрикант Смирнов. Сегодня в Горской основной школе 7 учителей, 14 учеников и правительница баба Шура. Это она подает всем чай с пирожком, в один рубль 60 копеек укладывается (столько власть денег выделяет на каждого школьника). Есть у нее самовар, есть большой холодильник, в чреве которого она теперь чистую посуду "от мышей" держит. Больше всего бабе Шуре в школе нравится класс биологии, там камни разные, заморский краб и цветок "хирург", "очень пригодный". Как оказалось, каланхоэ. Из самых памятных событий: недавно учительница в соседнюю деревню шла, а на нее бешеный лис напал. Еле сумкой отбилась. В эту зиму объявилось много бешеных собак и лис, даже старожилы не знают, к чему бы это.
Нели Васильевна Казакова закончила когда-то эту школу и уже почти сорок лет преподает здесь язык и литературу. " За всю жизнь я ни разу на бюллетене не была", - доложила она нам и прочитала собственные стихи "Спасите наших сыновей", посвященные Чечне.
В школе находится избирательный участок N 1983, на пять окрестных деревень зарегистрировано 449 избирателей. "Раньше за Зюганова старшие голосовали, а теперь за Путина у многих настрой", - говорит Нели Васильевна, которой часто доверяют работу в избирательной комиссии... В этой патриархально-домашней школе нет компьютера, зато посреди класса стоит настоящий теннисный стол. А любимые сочинения в стенгазете дети пишут не про политику, а про природу: как она засыпает и как просыпается. "Это вы там, несчастные, в городах горюете, а у нас тут все натуральное, все свое. Президент только кремлевский", - заключает баба Шура.
РАЗОРЕНОВ
На Кудыкиной Горе известны три сорта мужиков: крутой, размазня, пьяница. А спокойный и решительный, непьющий и деловой, не богатый и не бедный, как доложила мне знающая во всем толк женщина, только один. И зовут его Николай Алексеевич Разоренов.
Майор Разоренов работал до этого начальником медвытрезвителя в Орехово-Зуеве. Насмотрелся на разных людей, может, поэтому по выслуге лет, не было ему и сорока, ушел на пенсию. В 1994 году к нему пришла депутация: люди просили взяться за восстановление храма в Горе, стать церковным старостой.
Руины были еще те. Местная птицефабрика хранила в церкви удобрения, которые разъели фрески и стены. На провалившейся крыше росли березки. Казалось, из этого разорения никто и ничто уже не вернет Богу - Богово. Разоренов взялся, потому что знал: ничто так не унижает и не развращает людей, как безработица.
Первым делом пошел он к своему крестному, Александру Григорьевичу, и призвал его, пенсионера, мастера на все руки, на помощь. Потом отозвался Сергей Николаевич Архипушкин. Потом братья Фроловы. На субботники деревнями ходить стали. Все старушки "обреклись": с пенсии хоть копейку, хоть рубль, но отдать на восстановление церкви. Лесничество начало помогать, немножко предприятия, которые с колен стали подниматься. Сегодня в храме и службы идут, и реставрация продолжается.
Провоцирую мастеровых людей Сергея Николаевича и Александра Григорьевича: "Что же вы тут за копейку который год страдаете, пошли бы дачи строить, разбогатели бы". И получаю отпор:
-Деньги - это пагуба.
-?!
-А посмотрите на наши власти. Сколько ни хапают - все мало. Гибнут за деньги. За деньги друг друга грязью по телевизору поливают. Стыдно смотреть на такое поведение. Даст Николай Алексеевич 200 рублей - значит, нам премия, не даст - значит, нету. На энтузиазме мы. Своим хозяйством выживаем.
- А за кого голосовать пойдете?
-...При коммунистах лучше жили.
-Так они же церкви разрушали!
- Не все рушили. А сейчас кто у власти, не коммунисты? Покидали партийные билеты, перевернулись и стали демократами.
На последних выборах в Госдуму 20 процентов избирателей на Кудыкиной Горе проголосовали за КПРФ. Можно, конечно, сгоряча говорить о запрещении КПРФ. Но нельзя запретить человека, который спасает разоренный храм и верит, что "раньше было лучше". Его жизнь должна переубедить.
-Николай Алексеевич, а вы за кого? - спрашиваю Разоренова.
-Отвечу словами благочинного нашего: "Мы за всех молиться будем, а Господь выберет, кто будет". А так вообще мне нравятся люди в погонах. Надо на деревне пьянство искоренять, наркоманию не допустить, с безработицей бороться. Люди устали от беспорядка, от безвластия. Надо в кого-то на небе верить, но еще лучше, когда есть и кому на земле доверять.
НАРОД И НАСЕЛЕНИЕ
Со времен Карамзина, который батюшку-царя одним словом о состоянии дел на Руси информировал: "Воруют!", много чего было на Кудыкиной Горе украдено. Украден был кованый забор вокруг храма. Церковь всем миром поднимали из руин, а туда уже сходили первые воры. Дважды крали иконы. В прошлом году поймали несколько залетных чужаков, одного посадили, а два других приехали с новыми иконами в подарок, сказали, что старшой им из тюрьмы так приказал...
Дачники, которые после зимы едут на свои шесть соток, как правило, понесут в милицию заявления, что пропали лопаты и ведра, даже дуги от теплиц. Битва за металл идет не на жизнь, а на все остальное. Какие-то типы приехали с машиной и срезали провода уличного освещения прямо перед зданием Горской администрации.
Участкового, как поясняет глава Борис Михайлович Чанцев, нет: на копеечную зарплату никто не идет. Еще Ельцин обещал: милиционер будет самым богатым женихом. Но даже он, полковник запаса, вынужден пойти работать, потому что на пенсию не проживешь.
Без денег всем трудно, тем более самой низовой власти. Вот совет ветеранов просит погасить долг за антенну 93-летней Антонине Петровне, у нее "телевизор черно-белый, и смотрит она только одну телепрограмму "Время". "Цена вопроса - 200 рублей. Я их как-то найду, но нет у меня такой статьи расходов", - говорит Чанцев. Законы часто "голые" в Москве принимаются, на местах они рублем не обеспечены. Много законных льгот ветеранам предусмотрено, но не всегда государство честь перед стариками может держать.
Люди устали жить в эпоху перемен. Им хочется постоянства и порядка. Хочется подняться из разрухи. Лишь бы государство не мешало своими "черными вторниками", "дефолтами". А если бы еще и помогло!
...С каким-то юношеским азартом взбираемся по строительным лесам под облака на колокольню. Сверху, кажется, видна вся Россия в линеечках деревень, в лесах, пролесках и заснеженных (к урожаю!) полях. Внизу Кудыкино, Гора. Дует сильный ветер. Нечаянно схватилась за веревку от колокола. На 12 километров окрест раздался звон. Николай Алексеевич взмолился: "Не надо. А то люди подумают, что службу объявляем".
Колокол этот весом 96 килограммов, стоимостью полторы тысячи "американских рублей", отлил в Москве и недавно доставил в храм Рождества Богородицы местный предприниматель Аркадий Шумилин. Когда-то он начинал с одной мясной лавки, а теперь их у него целых восемь. Когда-то вся Кудыкина Гора ездила в Москву на электричке за колбасой, теперь колбаса сама приехала на Кудыкину Гору. У Шумилина есть мечта: отлить новый колокол, чтобы его за 20 верст слышно было. Только вот для этого надо еще пару новых лавок открыть. Ему лично президент- рыночник нужен. Тогда и за колоколом дело не станет.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 10122

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...