Труд: ВСЕ НАЧАЛОСЬ С УБИЙСТВА РУССКОГО ПАРНЯ

Главная Жизнь 01:01 24 Августа 2000 22530

ВСЕ НАЧАЛОСЬ С УБИЙСТВА РУССКОГО ПАРНЯ

Депортация чеченцев с Северного Кавказа и потом возвращение на родину, где их дома были заняты, где невозможно было найти работу, - все это надолго породило внутреннюю повышенную конфликтность, затаенную обиду у людей. В 1958 году в городе произошли локал

Напечатать

23 августа 1958 г. Убийство рабочего Степашина
Началось все с "интернациональной" выпивки. В ней участвовали три чеченца и русский. Кто-то из чеченцев, разогретый спиртным, стал требовать (по версии расследователей) от русского, чтобы он поставил еще одну бутылку. Завязалась ссора. Один из чеченцев ранил русского ножом, другой за него заступился. После этого хулиганы отправились на танцы в Дом культуры, где встретились с двадцатитрехлетним рабочим химического завода Е.Степашиным и его товарищем А.Рябовым. Пьяные чеченцы начали ссору из-за девушки и, обладая численным превосходством, стали преследовать молодых людей. Рябову удалось скрыться, а Степашин поскользнулся и упал. Преследователи настигли его, избили и нанесли пять ножевых ранений. Молодой рабочий умер на месте. Оба преступника были арестованы. Убийство, не носившее политического характера, получило широкую огласку. Активизировались античеченские настроения...
25 августа. Вечер и ночь в доме убитого. Утро похорон
Устанавливать гроб с телом в клубе в здании горкома партии власти посчитали нецелесообразным - это, по их мнению, могло вызвать еще большую напряженность между чеченцами и русскими. И тогда обиженные друзья убитого установили гроб в саду перед домом его невесты в поселке Черноречье. Там жила основная масса рабочих химического завода. Молодые люди решили превратить прощание с другом в своего рода митинг протеста. Были написаны и расклеены объявления.
У гроба Степашина начались стихийные выступления. Инициатива исходила от заслуженных и вполне вроде бы законопослушных людей. Приехал семидесятитрехлетний старик Л.И. Мякинин, хорошо знавший убитого как товарища своего сына. Мякинин сказал у гроба: "...чеченцы убивают русских - то одних, то других, не дают нам спокойно жить. Надо написать коллективное письмо, собрать подписи, выделить человека, который отвезет письмо в Москву..." Его поддержали.
Утром 26 августа стали появляться петиции к властям. Автор одной из них, Галина Корчагина, инвалид 1-й группы, написала в ученической тетради: "Председателю Президиума Верховного Совета СССР товарищу К.Е. Ворошилову. Мы, матери, отцы своих детей, юноши и девушки, обращаемся к Вам как можно скорей принять меры к прекращению убийств и хулиганских поступков со стороны чеченцев и ингушей, так как мы, русские, живем под страхом". Автор зачитала написанное у гроба, попросила подписать.
К часу дня в поселок Черноречье явилось обкомовское партийное начальство. Секретарь обкома запретил митинг перед выносом тела. Тогда начались разговоры, что надо идти к обкому и продолжить митинг там.
26 августа. Траурная процессия. Стихийный митинг
Гроб с телом Степашина его товарищи понесли на руках. К 5 часам вечера похоронная процессия, обросшая множеством случайных людей, подошла к обкому. Площадь была запружена - собралось около 4 тысяч человек. Все же чернореченцы поддались на уговоры властей, перебрались от здания обкома на площадь Орджоникидзе и оттуда, уже на машинах химического завода, отправились на кладбище.
Когда траурная процессия удалилась на кладбище, на площади у обкома осталось большое количество обывателей, не имевших никакого отношения к похоронам. В конце концов митинг возник стихийно. На нем прозвучали уже не только античеченские, но и "антисоветские" мотивы, недовольство Хрущевым и его политикой.
Ночь с 26 на 27 августа. Штурм обкома
Собравшиеся на стихийный митинг поначалу проявляли готовность к диалогу с властью. Однако ближе к ночи агрессивная и "незаконопослушная" часть толпы откололась от митинга и начала штурм обкомовской твердыни. Ворвавшись в здание, бунтовщики "открывали служебные кабинеты, искали секретарей обкома". К полуночи милицией и подразделением войск МВД обком был очищен от "митингующих". Но толпа наиболее "отпетых" и подогретых спиртным людей не расходилась. Учащиеся ремесленного училища, поснимав с себя поясные ремни и взмахивая пряжками, бессмысленно носились по коридорам и кабинетам, вряд ли отдавая себе отчет в том, зачем они это делают. Силами милиции и КГБ здание было вновь очищено...
27 августа. Утро на площади. Листовки
С утра в городе появились листовки, обращенные к рабочим. Кажется, властям так и не удалось выяснить, кто во время короткой ночной передышки (с 3 ночи до 8 утра) успел написать и размножить их на машинке: "26 августа 1958 года наши товарищи проносили гроб с трупом убитого чеченцами рабочего мимо обкома партии. Органы милиции вместо принятия мер к наказанию убийц задержали 50 человек наших рабочих. Так давайте же в 11 часов бросим работу и пойдем к обкому партии требовать их освобождения"...
Вручая листовку рабочему, какой-то неизвестный сказал, что для поездки к обкому специально выделены автомашины - находятся около гаража химического завода. Рабочий показал листовку бригадиру, тот другим. Призыв попал на "разогретую" почву. По инициативе бригадира члены бригады вместе с другими рабочими химического завода поехали в центр города - на митинг.
Это один из самых непонятных эпизодов в истории грозненских волнений. Что это были за машины, уже стоявшие наготове? Кто и когда сумел организовать коллективную поездку рабочих на митинг? И можно ли заподозрить в авторстве грамотно написанной листовки, да еще отпечатанной на пишущей машинке, хулиганов, громивших ночью обком и бессмысленно метавшихся по зданию, размахивая ремнями? А не попытался ли кто-то из местных русских "начальников" или работников "органов" использовать беспорядки для провокационной цели - подтолкнуть ЦК КПСС к силовому решению чеченской проблемы, возрождению репрессивного духа сталинского времени?
К 10 часам утра на площади вновь собралась большая толпа. Часть ее, несмотря на уговоры, оттеснила охрану и через главный подъезд ворвалась в здание. Их снова вытолкали. Но толпа не расходилась.
27 августа. Полдень. Захват обкома. Погром
К полудню на площади у здания обкома собралось уже более 1000 человек. Здесь же оказалась грузовая автомашина, в кузове которой стоял стол и был установлен микрофон. У микрофона выступали сначала женщина, потом неизвестный мужчина старше 40 лет, призывая к "выселению" чеченцев и ингушей, требуя освободить задержанных и прекратить работу на заводах. Примерно в час дня от митингующих снова откололась большая группа хулиганов, ворвалась в обком и заполнила все помещения: ломали мебель, били стекла в окнах, выбрасывали на улицу деловые бумаги, календари, кричали, свистели, некоторые из них призывали бить чеченцев и "устранить" местных руководителей.
Часть нападающих пробралась на крышу здания и стала жечь там бумагу. Другая группа заполнила галерею балкона 3-го этажа и оттуда выкрикивала "провокационные призывы". В служебных кабинетах нападавшие разливали чернила, рвали настольные календари и бумагу, срывали с окон занавески. В столовой обкома были открыты все водопроводные краны и краны газовых горелок. К счастью, коммунальные службы довольно оперативно прекратили подачу газа в здание. Толпа набрасывалась на "начальников", избивала их, рвала одежду.
27 августа. Нападение на МВД и КГБ. "Проект резолюции"
Около пяти часов дня группа хулиганов набросилась на заместителя министра внутренних дел республики Шадрина и стала требовать списки задержанных. Затем насильно вытащила его на площадь. Туда же приволокли руководящих работников обкома. Другая часть погромщиков ворвалась в здание КГБ. Оружие сотрудники МВД не применяли, пытались уговаривать. Их не слушали, открывали двери служебных комнат, искали задержанных. В 18 часов 30 минут были вызваны две пожарные машины якобы для тушения пожара. Одну тут же опрокинули, у другой повредили электропроводку и выпустили воздух из шин.
Около 8-9 часов вечера в захваченное здание обкома пришел Георгий Шваюк и принес написанный им "проект резолюции".
- В автобусе, - рассказывал он на суде, - я услышал, что назначается митинг по поводу "зверского убийства работника химзавода", в порыве гнева дома написал проект резолюции и поехал на площадь, где отдал его двум комсомольцам.
Как и многие другие, Шваюк оказался в гуще событий случайно. Однако написанный им проект не был результатом спонтанно вспыхнувших эмоций. Автор документа на короткий срок стал идеологом беспорядков, попытавшимся, так сказать, "облагородить" действия погромщиков какими-то осмысленными политическими требованиями.
В проекте предлагалось:
1. С 27 августа переименовать ЧИ АССР в Грозненскую область или же многонациональную советскую социалистическую республику.
2. Чечено-ингушскому населению разрешить проживать в Грозненской области не более 10% от общего количества населения...
Этот шовинистический документ был немедленно размножен на пишущих машинках и оглашен участникам беспорядков. Нашли его через несколько часов в здании обкома вместе с копиями, отпечатанными на обкомовских бланках.
27 августа. 9 часов вечера. "Свяжите нас в Москвой"
Около 9 часов вечера толпа загорелась новой целью: немедленно добиться "главной правды" у "верховного арбитра" - "правительства", ЦК КПСС. Под красным знаменем, взятым в здании обкома, бунтовщики направились на городскую радиотрансляционную станцию. Толпу в здание не пустили. Тогда она отправилась на междугородную телефонную станцию. На этот раз бунтовщики действовали более решительно, но охрана применила оружие и ранила двоих. Лишь с третьей попытки, с городской почты, участники волнений дозвонились наконец в Москву. Разговор вел автор "проекта резолюции" Шваюк. Он сказал: "Знаете ли вы о том, что творится в Грозном, что народ ждет представителей из Москвы, что нужно положить конец зверским убийствам, дело дошло до того, что некоторые требовали возвращения Грозненской области и выселения чеченцев?.."
Ночь с 27 на 28 августа. На вокзале
Все под тем же красным знаменем около 300 человек прямо с почты отправились на городской вокзал. Толпа почти на два часа задержала отправление пассажирского поезда Ростов - Баку. На рельсы набросали камни, костыли, похитили ключи от двух стрелок. Раздавались античеченские выкрики.
...В полночь в Грозный были введены войска. Через 20 минут они оказались на станции. Толпа сопротивлялась - забрасывала военных и железнодорожников камнями. Солдаты, действуя прикладами и не открывая стрельбы, быстро подавили сопротивление. Беспорядки были прекращены. Четыре дня в городе действовал комендантский час. До 30 августа охрану важнейших объектов и патрулирование по городу осуществляли армейские подразделения.
Количество жертв. Поиск виновных. Аресты. Следствие
В результате беспорядков пострадали 32 человека, в том числе 4 работника МВД и милиции республики. Два человека (из числа гражданских) умерли, 10 были госпитализированы. В списке пострадавших очень мало людей с чеченскими фамилиями - лишнее доказательство того, что волнения, начавшиеся под античеченскими лозунгами, явно переросли рамки этнического погрома и превратились в бунт против власти.
После событий органы МВД тщательно "профильтровали" город. Милиция возбудила 58 уголовных дел. Выявлялись "лица, не занимающиеся общественно полезным трудом - для решения вопроса об удалении из гор. Грозного". На 15 сентября 1958 г. таких оказалось 365 человек. 15-16 сентября состоялся суд над убийцами рабочего Степашина. Один из них был приговорен к расстрелу, другой - к 10 годам лишения свободы и 5 годам "поражения в правах".
Участники волнений в Грозном добились одного. Ситуация в городе и в республике стала предметом обсуждения на Пленуме ЦК КПСС в сентябре 1958 г. В самом сообщении, сделанном секретарем ЦК КПСС Н.Г. Игнатовым, выезжавшим в Грозный для разбирательства, одной из главных причин возникновения беспорядков были названы "крупные ошибки в работе бюро обкома, горкома партии и Совета министров республики" - у них, помимо прочего, не было "должного единства". Между партийными боссами и "массой" явно не было взаимопонимания.
Московские партийные руководители так и не сумели дать серьезную политическую оценку событиям, которые явно вышли за рамки случайного эпизода, - в центре относительно небольшого города буйствовала толпа численностью до 10 тысяч человек. Дело ограничилось чисто полицейскими мерами и обычной идеологической говорильней. Неудивительно, что, несмотря на все усилия властей, этническая напряженность как в Грозном, так и в республике сохранялась...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 5659

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...