Труд: 501-Я СТРОЙКА ГУЛАГА

Главная Жизнь 01:01 30 Октября 2003 178

501-Я СТРОЙКА ГУЛАГА

Сегодня, в День памяти жертв политических репрессий в России, к этому мемориалу в Салехарде придут люди. Его открыли чуть больше месяца назад, и основной экспонат - паровоз. Он настоящий, уцелел с тех пор, когда здесь шла одна из "великих" и чудовищных ст

Иванов Леонид

Напечатать

Исаак Степанович Лущай - один из тех, кому пришлось пройти через нее - не дождался этого дня. 84-летний ветеран ГУЛАГа, так и оставшийся на Севере, умер совсем недавно. Но перед этим он успел закончить книгу воспоминаний. Корреспондент "Труда" встречался с ним - чтобы побеседовать и о ней, и том, что туда не вошло. Здоровье Исаака Степановича было неважным, но разум остался ясным, память - цепкой.
- Моя жизнь катится к закату. Я один из оставшихся в живых узников архипелага ГУЛАГ набора 1937 года, - так начал свой рассказ этот человек, юность которого прервали десять лет лагерей и пять - поражения в правах. - Был, как водится, обвинен в шпионаже, подготовке контрреволюционного восстания и еще в нескольких абсурдно выдуманных преступлениях. Строил БАМ, который (не все знают) был начат еще до Великой Отечественной, прокладывал "железку" из Улан-Удэ на Улан-Батор, отбывал срок на Колыме, а потом оказался на печально знаменитой 501-й стройке...
Основными строителями на 501-й были политические заключенные. Иногда их численность доходила до 100 тысяч человек, около половины - "враги народа" со сроками от 10 до 25 лет. На общих работах заключенный выдерживал в среднем не более трех месяцев. Более сильные попадали затем в лазарет, чтобы спустя некоторое время вернуться в бригаду. Второе попадание в лазарет обычно заканчивалось похоронами, если можно так назвать процедуру, когда умершего без гроба бросали в яму, прицепив к ноге бирку с номером по формуляру.
Из 700 человек, с которыми прибыл Лущай в декабре на лагерные работы, к маю в живых осталось лишь 120. Сам он стал инвалидом уже в 19 лет, а выжить помогли добрые люди. Первым таким наставником был священник отец Никодим, научивший, помимо прочего, делить трехсотграммовую пайку на три части, не падать духом и сохранять достоинство. А вторым своим учителем в лагере называет Исаак Степанович штабс-капитана царской армии Мицкевича. Тот тоже помогал улыбаться даже когда совсем не смешно.
- Вот, говорят, люди от голода пухнут. Знаете, а ведь пухнут не везде. Вообще это страшное зрелище довелось мне видеть в Монголии, в Тайшете. Человек становится как бы накачанным воздухом. Это уже все, конец. В то же время в Омске люди от голода превращались в ходячие скелеты. В одежде это еще не так заметно, а как приведут в баню - страх Божий! В кино, когда гитлеровские концлагеря показывают, - точно такие.
Между прочим, те, кто эти концлагеря прошел, после нередко в наших оказывались. Доводилось мне на пересылке с ними встречаться. Тогда впервые узнал, что есть, оказывается, кроме лагерей, еще и каторга. В основном к ней приговаривали комсостав. Их сроки были по 25 лет КТР - каторжных тяжелых работ. Да разве кто после немецкого плена в своем таком же кошмаре мог выжить?
Лущай на грани голодной смерти побывал еще в начале лагерной жизни. Тогда у него начали отказывать ноги, заболело сердце. Спас хвойный настой, который можно было пить неограниченно.
Заброска десанта на участки трассы проводилась круглый год. Из-за того что в тундре негде было взять материал, поначалу приходилось жить в землянках, палатках, утепленных вырезанными из болотного торфа и мшистого дерна "кирпичами". Нары настилали из жердей, которые резали в притундровых зарослях. На них заключенные лежали как обычно в ГУЛАГе - без матрасов и тюфяков. Подстилкой и одеялом служили собственные телогрейки и бушлаты. Только потом уже строили бараки...
Капитальные лагеря Мертвой дороги были построены по единой схеме, продуманной до мелочей руководством ГУЛАГа еще в 30-е годы. Каждый представлял собой квадратный участок примерно 200 на 200 метров, огороженный тремя рядами колючей проволоки. По углам квадрата торчали вышки охраны, на них прожекторы, по ночам заливавшие зону слепящим светом, дабы задумавшему побег заключенному некуда было скрыться.
Однако случаи побега бывали. Но если в тундре и без того истощенный беглец не умирал от голода и не попадал в зубы хищникам, то через несколько дней сам выходил на один из многочисленных постов, предпочитая новое наказание неминуемой смерти в белой пустыне.
Отдельно рассказывал Исаак Степанович о женских колониях, о них практически никто ничего не писал. Ему, работавшему в последние годы уже вольнонаемным бухгалтером, довелось их видеть.
- Женщины так же, как и мужчины, - рассказывал он, - валили лес, разгружали вагоны, катали тачки с мерзлым грунтом. Особенно тяжела была доля "мамок", имевших грудных детей. До определенного возраста их содержали вместе, а потом детей отправляли в дома для детей врагов народа, а матерей - в общие лагеря. Многие ли из них выжили в тех условиях - одному Богу ведомо. И появились на Севере захоронения подобные тому, что недавно обнаружили в окрестностях Салехарда, где сама земля отторгла из вечной мерзлоты едва припрятанные мхом полусгнившие детские гробики с маленькими скелетами младенцев, с рождения зачисленных во враги народа. В одном таком гробике рядом с крохотным черепом сохранилась полуистлевшая от времени резиновая соска...
Да, это была действительно великая стройка даже по сталинским меркам, когда так много проектов были "великими". По расчетам экспертов МВД СССР, проектировавших трассу Чум - Салехард - Игарка, она должна была обойтись в сумму более 6 миллиардов рублей при практически нулевых затратах на оплату рабского труда. Чтобы понять величину суммы, стоит сказать, что она составляла около двух процентов всех капитальных вложений Советского Союза на пятилетку. К 1953 году строители сумели освоить более половины этих средств, которые, как оказалось в итоге, были выброшены на ветер, потому что после смерти Сталина строительство дороги вдоль Ледовитого океана прекратили.
Сегодня о ней, кроме архивных документов, напоминает насыпь среди тайги, болот и голой тундры, кое-где неплохо сохранившиеся бараки да стоящие в тупиках паровозы, брошенные в свое время за ненадобностью и невозможностью вывезти на Большую землю. До начала перестройки пролегала по насыпи и колея, но потом какие-то предприимчивые ребята сумели, не привлекая большого внимания, разобрать часть рельсов и продать их то ли на металлолом, то ли железнодорожникам на ремонт путей.
Ну а в наши дни о необходимости этой заброшенной дороги заговорили вновь. Утверждается, что интенсивное освоение нефтяных и газовых месторождений Ямало-Ненецкого автономного округа, освоение новых месторождений требуют строительства железной дороги.
Удивительно, что этот заманчивый проект впервые был задуман более ста лет назад, еще при царском правительстве. Тогда же было создано акционерное общество, собравшее значительную сумму, велись разведочные и проектные работы. В первом случае осуществить задуманное помешала первая мировая война, во второй раз - смерть "вождя народов". Будет ли третья попытка, пока никто сказать не берется, хотя дорога стала бы своеобразным памятником погибшим на ее строительстве. Правда, столь дорогого памятника в истории человечества, пожалуй, и не существовало...

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 13691

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...