Труд: "ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ДЕРЕВНИ"

Главная Жизнь 01:01 15 Сентября 2005 6713

"ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ДЕРЕВНИ"

Попасть в "президентские деревни" на автомобиле, оказывается, непросто. У въезда в Тургиново (оно - на правом берегу реки Шоша, Заречье - на левом) - пост ДПС. Очень строгий. Все машины останавливают (кроме рейсовых автобусов), проверяют документы пассажи

Махрин Юрий

Напечатать

Местный журналист посоветовал сесть в автобус: "Частный автомобиль остановят, разрешение на проезд корреспондента будут запрашивать по рации. Одна морока!". Еду первым, очень ранним рейсом. До Заречья - 31 километр, до Поминова - 35. На всех остановках садятся люди с кузовками в руках - любители тихой охоты.
Слышится такой рассказ. Недавно вместе с Ельциным и Черномырдиным охотился Путин. Подстрелил косулю - и сразу отложил ружье в сторону: "Все!".
- А Ельцин, когда хозяйничал тут, рассказывали егеря, стрелял и стрелял, - негодуют пассажиры. - Он - главный браконьер России.
Экскурсию по президентским деревням я решил начать в Поминове. Автобусная остановка в самом конце маленького, дворов в двадцать, поселения. На огороде, за штакетником, вижу, копается пожилая женщина.
- Местных жителей осталось - раз-два и обчелся, - говорит. - Все дачники. Но я родилась тут, на берегу Шоши. Владимира Спиридоновича Путина помню смутно. Если б знато было, что его сын станет президентом, делала бы зарубки в памяти, а теперь с вас, корреспондентов, плату брала за воспоминания. Как иные...
Не тая улыбки, рассказала о малом бизнесе двух здешних пьянчуг. Завидя журналистов, делают ученый вид: "Мы вам такое поведаем - пальчики оближете! Но сначала бегите в сельмаг за бутылкой". И начинают "плести кружева". Потом, читая газетки, все Поминово умирает со смеху.
- Советую вам идти к Куварину. Он серьезный человек, - сказала огородница. - А поминовцев по фамилии Путин и не ищите: нет теперь ни одного. Раньше было много.
Куварин потребовал мое редакционное удостоверение, а изучив его, разразился гневом:
- Журналисты, да на вас креста нет! Врете безбожно...
И принялся приводить факты. И как двое молодых местных шутников несли заезжим писакам всякую чушь, а газеты ее все равно напечатали. И как однажды явились в дом столичные корреспонденты. Увидели в хлеву дедовский дырявый чугунок, а потом в газете появился снимок с подписью: "Щи, сваренные в этой посудине, хлебал отец президента".
Хозяин дома достает из стола объемистый блокнот и записывает в него мои координаты. Вижу ряд фамилий журналистов. Из-за рубежа чаще заезжают немцы и японцы, шведы и поляки, реже - американцы. Из наших дорогу в Поминово проторили сотрудники "КП": уже восемь раз, уверяет собеседник, побывали.
Сам Куварин отца президента не помнит. А вот родная его тетя - Анфиса Дмитриевна Кормлицына росла вместе с ним, ходила в Заречье на молодежные посиделки. Успел записать и опубликовать в "Вече Твери" свидетельства тетушки. Зачитывает мне фрагмент ее воспоминаний: "Ой неугомонный был парень - Володька!.. Женился на Шеломовой Марии из Заречья. Складная, красивая, совестливая была. Володька перешел к ней. В 32-м уехали в Ленинград. Кроме Володьки, были в семье Путиных еще Мишка, Кешка и Жорка. Отец Спиридон их оставил - уехал в Москву. Там сменил фамилию Путин на Кутин. Матери Володьки приходилось несладко..."
На войне, свидетельствует старушка, Путин был ранен. После Победы приезжал в Заречье с женой поправлять здоровье. Мария в блокадном Ленинграде выжила чудом. Ей отдавал свой паек брат - Иван Шеломов, морской офицер, работавший в штабе флота. "Приехал Володька на костылях, потом их бросил, но сильно прихрамывал", - читает воспоминания тети Куварин.
- У нам тут дом Путиных цел и почти невредим, - говорит Куварин. - Пойдемте полюбуемся.
И вот стоим у неказистого, почерневшего от времени дома с мансардой и наличниками со скромной резьбой
Построил хоромину в начале прошлого века Спиридон - дед президента. Родовое гнездо Путиных не один год пустовало. Лишь в середине 60-х хозяин приехал, продал дом. Недавно в нем поселилась семья москвички Татьяны Колесниковой. Она наведывается крайне редко, за "имением" присматривает соседка, постоянно проживающая в Поминове, Ирина Русанова. Увидев, что я фотографирую дома, высказалась:
- Тоже напишете, будто дом продается за 50 тысяч долларов? Да враки это!
Давно уже ждут в Поминове дорогого гостя. Никто не собирается обременять президента личными просьбами.
- А прошлой весной появились явственные приметы: он собирается навестить родину отца и матери, - говорит Куварин.
На окраине Поминова - братская могила. В ней лежат воины, павшие здесь в сентябре 41-го. С давних пор стоял, оберегая покой солдат, боец с автоматом в руке. Звали его все Саша Кучерявый. Теперь его сняли с пьедестала. "Состарился Кучерявый, вот-вот разрушится гипс. Мы вам другой памятник привезем". И привезли из Выборга гранитную стелу, установили.
Дорогу от стелы к Шоше строители просыпали щебенкой. Быстро, за двое суток, навели через реку 53-метровый понтонный мост.
- Мы знаем, куда ведет дорога, - говорит Куварин. - Там, за рекой, в лесу, - кладбище села Непеино, где покоится прах всех поминовцев, в том числе и Ивана Ивановича Шеломова, капитана 1 ранга.
У понтонного моста мы с Кувариным распрощались. Он нарисовал мне на бумаге план кладбища, крестом отметил угол, где надо искать могилу капитана 1 ранга, пожелавшего обрести последний приют не в Ленинграде, а в родной земле. Не сразу я отыскал могилу с надгробием из черного мрамора: "Шеломов Иван Иванович. 1904 - 1973". А ниже - изображение морского якоря.
Еду в Тургиново. В администрации сельского округа мне рассказывают, как найти могилу бабушки президента: "Она прямо на берегу Шоши". В сентябре 41-го шестидесятилетняя Елизавета Шеломова погибла. Хоронить надо бы в Непеине, но там шли бои. Пришлось предать тело земле на заброшенном кладбище, где уже давно никого не хоронили.
На крутом берегу Шоши нахожу новый, выкрашенный в коричневый цвет штакетник, открываю калитку с веревочной петлей, подхожу к высокому кресту из черного мрамора (до мая сего года стоял железный): "Шеломова Елизавета Алексеевна 2 Х 1881 - 1941 13 Х Убита немецко-фашистскими захватчиками".
После выхода книги "Род Путиных", в которой названа девичья фамилия матери президента - Шеломова, и у нас в стране, и на Западе появились публикации, авторы которых тщатся причислить его к иному, чем русское, племени. Хотя тут все ясно как божий день, и огород городить нечего. В древности на Руси шеломами называли курганы, выросшие на местах битв наших предков с половцами и печенегами. Вспомним "Слово о полку Игореве": "О Русская земле! Уже за шеломянемъ еси!" Вот откуда, видимо, и пошла фамилия Шеломовых...
Их дом, сказал глава администрации, напротив кладбища. Надо только перейти мост. Сразу за ним вижу людей, разбирающих доски. Спрашиваю, где обитель матери президента? "Да вон она, за сиренями. Только Любовь Ивановна вряд ли откроет дверь корреспонденту". Объяснили - почему: "Ваш брат-журналист, жалуется, проходу не дает ей там, в Питере, а вы вот и сюда явились не запылились".
Любовь Ивановна Шеломова - дочь капитана 1 ранга. А значит, двоюродная сестра президента. Каждое лето живет здесь, в Заречье. Ее навещает сын Михаил.
Дом Шеломовых не чета путинскому. Красавец. Наличники - тонкая вязь деревянных кружев. Обшит вагонкой, покрашен "под зелень". Ухожен. Достаю фотоаппарат, вдруг слышу: "Здравствуйте!". Подхожу к Михаилу. Из глубины участка к нам спешит маленькая женщина с бумажной тарелкой в руках: собралась кормить кошку. Строители сказали: "Тот дом, что в Поминове, - вовсе не путинский!" Передаю эти слова Любови Ивановне.
- Путинский! Именно в нем жил Владимир Спиридонович. - И тут же добавляет. - В Поминове кое-кто выдает себя за родственников Путиных. Знайте: они ни с какого боку к нашему роду не относятся.
...Понтонный - временный - мост через Шошу спешно возвели к 7 мая, в тот день собирался, как считают, приехать президент. Теперь строители заливают фундамент под опоры для моста навесного - постоянного. Пройдет по нему когда-нибудь Владимир Владимирович? Как бы то ни было, поминовцы уже говорят: "Путинский мост".

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 10311

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...