Труд: ЗАВЕТНАЯ ЧЕКУШКА

Главная Жизнь 01:01 09 Марта 2006 178

ЗАВЕТНАЯ ЧЕКУШКА

Русский человек всегда был не дурак выпить: по себе знаю. Как не дурак, кстати, нормальный русский угостить и других, справедливо полагая, что застолье с друзьями, да еще под умные тосты, - это не пьянка, а мероприятие. А вот пьянка в одиночку никогда не

Поволяев Валерий

Напечатать

Среди собратьев по перу, среди писателей, было немало любителей этого дела. Не буду называть фамилии, потому что иных уж нет, а те далече, но сколько выдумки они проявляли, чтобы упрятать бутылку подальше - так, чтобы ни жена, ни партком не отыскали ее. Вспоминаю Леонида Сергеевича Соболева - добротного прозаика, морского офицера царской еще поры, дворянина не по бумажке, а по манерам, по крови. Жена его, Ольга Ивановна, тоже была дворянкой и тоже, замечу, голубых кровей.
Главной задачей Ольги Ивановны было следить, чтобы Леонид Сергеевич воздерживался от выпивки. Леонид же Сергеевич придерживался обратной точки зрения и часто водил свою супругу за нос.
Например, он ставил пару бутылок наверх, в бачок унитаза (раньше унитазы имели сливные бачки сверху), на стенках, - и радовался как ребенок: и Ольга Ивановна бутылку никогда не найдет, и водка всегда будет холодная.
Летом Леонид Сергеевич и Ольга Ивановна в последние годы жили на даче в Переделкине не только летом, но и зимой. У Леонида Сергеевича, кроме служебной машины, была своя - старая "Победа", и он любил иногда порулить.
Ольга Ивановна, как правило, сопровождала его в поездках в Москву и из Москвы, сидела в машине рядом с мужем, на переднем сиденье, прямая, со стройной девичьей фигурой, надменная.
Часто по дороге из Москвы в Переделкино машина у Леонида Сергеевича начинала барахлить: все-таки это была "Победа", древний автомобиль. Хотя по дороге из Переделкина в Москву не барахлила никогда. Под угасающее тарахтение мотора Леонид Сергеевич аккуратно съезжал на обочину. Ольга Ивановна продолжала чинно восседать на своем месте, на переднем сиденье, - строгая, чопорная. Соболев поднимал капот - он у "Победы" огромный, застилал не только землю, но и небо, - затем, потирая руки, начинал "чинить двигатель".
В двигателе у него, в самом чреве, на железной приступке, обдуваемой ветром из всех отверстий, стояли две чекушки водки, привязанные бечевками, чтобы не свалились на ходу. Леонид Сергеевич незамедлительно откупоривал одну, выпивал из горлышка, надежно прикрытый от Ольги Ивановны широким капотом, ставил пустую посудину на землю между колесами, трогал пальцами вторую чекушку - не перегрелась ли? - и с грохотом закрывал капот.
Ольга Ивановна в моторах не разбиралась и в нутро машины никогда не заглядывала, но тем не менее, когда они после "ремонта" трогались с места, поворачивала к мужу голову:
- Леонид, вы что-то покраснели!
- Ну как же, как же, Ольга Ивановна, я все-таки ковырялся в моторе, жарко...
На подъезде к Переделкину Леонид Сергеевич вторично останавливал машину и снова "чинил мотор".
Вообще Ольга Ивановна не оставляла мужа даже на работе, когда тот был председателем правления Союза писателей России, рядом сидела с ним в президиумах на разных торжественных собраниях и принимала участие во всех банкетах, строго следила, чтобы мужу ничего, кроме воды, не наливали. Всем наливали водку, наполняли стопки щедро, до краев, а Леонид Сергеевич демонстративно переворачивал свою стопку вверх дном:
- Вы сами понимаете, друзья, не могу я... При исполнении.
Следом за водкой в фужеры наливали боржоми и под общий оживленный шумок, который всегда образовывается за столом перед всякой выпивкой, один из фужеров наполняли водкой и придвигали его к Леониду Сергеевичу. Он обязательно это засекал краем глаза и одобрительно кивал. Когда же подоспевала пора тоста, Соболев брал в руки фужер.
Произносил тост и осушал свой фужер до дна. Через несколько минут Ольга Ивановна обязательно обращала свой взор на мужа и произносила свою коронную фразу:
- Леонид, вы что-то покраснели!
- Ну что вы, Ольга Ивановна, что вы, - Леонид Сергеевич разводил руки в стороны. - Вы сами понимаете, речи произносить - непростое дело.
У него была любимая водочная посуда - чекушка. Зимой в Переделкине он любил проделывать следующую операцию: покупал десятка два чекушек с водкой и засовывал их в снег вдоль прогулочной дорожки, в разных местах. Сверху чекушки также присыпал снежком, чтобы их не увидела Ольга Ивановна.
Когда хотелось выпить, надевал шубу, вешал на руку палку и шел гулять по собственному участку. Жена, конечно же, интересовалась, почему он гуляет на участке, а не по улице, как все, - сходил бы, посетил Чуковского, Леонова, Кожевникова... Соболев отвечал на это просто:
- Староват стал-с... Тяжеловат. Я уж, позвольте, Ольга Ивановна, обойдусь нашим поместьем.
Шел на участок, откапывал из снега одну из заиндевевших чекушек, со смаком выпивал, забрасывал посудину подальше в сугроб, возвращался домой, довольный собой, жизнью и Ольгой Ивановной.
Но однажды ночью, несмотря на зиму, снег поплыл, с небес пролился теплый дождь и все чекушки вытаяли. Этим не замедлил воспользоваться кто-то из тех, кто появлялся на участке раньше хозяина, - чекушки-то "взошли" дружно и были хорошо видны. Неведомый "грибник" и собрал урожай. Утром на громадном участке, где можно было кататься на лыжах, Соболев не обнаружил ни одной чекушки.
Найти виновника оказалось сложно, ведь на участок председателя правления Союза писателей России мог забрести любой переделкинский житель. В том, что удачливым добытчиком не мог быть свой брат писатель, Соболев был уверен твердо, но, с другой стороны, среди литераторов столько пьющего народа, не имеющего на это никаких средств, что...
Но грешить на коллег по пишущему цеху Леонид Сергеевич не стал. И правильно сделал, потому что вскоре нашел "грибника". Он увидел, что из приоткрытой двери угольного сарая торчат два здоровенных, сорок седьмого размера, кирзовых сапога с пупырчатыми литыми подошвами, и все сразу понял, распахнул дверь пошире - на куче угля, сладко похрапывая, лежал мертвецки пьяный истопник. Несколько пустых чекушек валялись рядом с ним.
Надо отдать должное Соболеву: он не наказал истопника - даже слова худого не сказал. Посмеялся и пошел в магазин покупать... очередную партию чекушек.
ОТ РЕДАКЦИИ. Наверное, каждый может припомнить подобную забавную историю. Вот мы и предлагаем вам, дорогие читатели, не вполне серьезный, но самый настоящий конкурс: расскажите нам о такого рода хитростях! Как удавалось изобретательным русским мужикам обвести вокруг пальца любимую жену (тещу), не дав повода для семейной ссоры, и не отказать себе в маленькой радости, столь знакомой всякому человеку, любящему не просто выпить, а сделать это со вкусом.
Ждем ваших рассказов на конкурс под девизом "Не лезь в бутылку". Одно обязательное условие: история должна быть краткой и абсолютно правдивой - ни капли выдумки!

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 24418

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...