Родители и учителя давно это заметили. Я, пока дети учились в школе, перечитал немало учебников по истории России. Не говорю о сомнительных оценках и явных умолчаниях. Более всего в этих учебниках удручает полная отстраненность от предмета изучения. Школьнику будто предлагается наблюдать за судьбой Отечества в телескоп, смотреть на Россию, как на далекую планету, где копошится какая-то жизнь, но все это так далеко и так скучно, что, в общем, не стоит внимания.
Вникая в такие учебники, порой растерянно повторяешь слова поэта: "И мы где-то жили на этой земле..." И мы что-то помним и о многих событиях помним несколько в иных красках. Но авторы учебников нас не спрашивают, все старшие поколения у них, похоже, под подозрением, все в чем-то замешаны.
Чиновникам, насаждающим в наших школах такую историю, видимо, абсолютно чужда мысль грузинского мудреца Мераба Мамардашвили: человек - это тот, кто пришел издалека. Многие наши учебники истории - для того, кто вчера вечером свалился с Луны, а сегодня утром пришел в школу. Идеальный адресат таких учебных пособий - кукла Барби, не мама и не дочка, существо без роду и племени.
Авторы учебников почему-то часто забывают, что рядом с детьми иногда еще, к счастью, живут папы и мамы, дедушки и бабушки, а иногда и прабабушки с прадедушками. Среди заданий трудно найти хоть одно, которое напомнило бы школьникам о том, что очевидцы и участники многих исторических событий ХХ века живут с ними в одном доме и неплохо бы расспросить их, выслушать, записать их рассказы.
Эта странная забывчивость - не оплошность. На протяжении двух последних десятилетий власть старалась сделать все, чтобы отсечь семью от воспитания детей и вбить клин между поколениями. Корпорация новых собственников расправлялась с советским прошлым, не вникая в детали и нюансы, не думая о последствиях даже для самих себя.
Сегодня, когда последствия такой психологической войны (в том числе и демографические) стали всем очевидны, умные люди во власти поняли, что нельзя, много лет подрубая корни, ожидать, что все дерево пышно расцветет. Тактическая победа в политике "молодой команды" обернулась стратегическим провалом, перспективой получить от потомков "неуд" по всем предметам. Вот и пришлось вспомнить о такой "мелочи", как учебники истории.
ПОДВИНЬСЯ, НЕСТОР!
"Практически нет пособий, которые бы глубоко и объективно отражали события современности", - посетовал президент на встрече в Ново-Огареве. Услышав такие слова с экрана телевизора, многие преподаватели истории вздрогнули. Они с ужасом представили себе, какими "глубокими и объективными" пособиями одарит их к новому учебному году "Единая Россия", воспринимающая каждое слово президента как руководство к действию. А эти действия, особенно на ниве отечественной истории, последнее время отличаются вопиющей неуклюжестью и некомпетентностью, а порой и провокационностью.
Чего стоит позорная история с попыткой перелицовки Знамени Победы! В любой другой стране подобное святотатство привело бы к массовым волнениям, к роспуску парламента и отставке правительства. У нас благодаря фронтовикам, обратившимся напрямую к президенту, все обошлось тихо-мирно. И вот теперь, когда отменены тендеры на учебники и их судьбу будут решать чиновники, опытные перелицовщики и пиарщики возьмутся за редактирование современной истории? Мол, подвинься, Нестор-летописец! Ты слишком долго думаешь, взвешиваешь слова, прислушиваешься к совести, а у нас время - деньги, выборы на носу...
Задумались бы в администрации президента, готовившей встречу в Ново-Огареве: ну не по злому умыслу и не по интеллектуальной бедности нет у нас школьных пособий по современной истории России. И в российских университетах на исторических факультетах не случайно абитуриентам стараются не задавать вопросов по истории страны после 1991 года. Пока не могут договориться между собой взрослые, каких ответов на экзаменах можно требовать от подростков?
Нельзя создать действительно правдивую и цельную картину последних двадцати лет русской истории в обстановке бесконечного пиара, оскорбляющей всякого мыслящего человека. В обстановке, когда то и дело происходит безнаказанное унижение общенациональных святынь и символов.
Кроме того, написание учебного пособия по истории современности - это все-таки не пропагандистская работа, а научная. Это сложнейшая проблема для ученых даже тех стран, которые не переживали геополитических и социальных катастроф. Всякая попытка абстрагироваться от этой сложности, создать якобы "безоценочную" картину событий, еще больше запутывает дело, поскольку тенденциозность заложена в самих исторических источниках, не говоря уже о возможности манипуляции их отбором. Порой "исторический прецедент" раскручивался с помощью СМИ буквально на пустом месте, а реальное событие, имевшее далеко идущие последствия для всей страны, до сих пор остается в тени. Источниковедческая база полна "белых пятен". Как в этих условиях отделить реальную историю страны от политических пиарходов и конъюнктуры - на этот счет сейчас появляются серьезные исследования, но это только начало долгого пути к осмыслению событий конца ХХ века.
И главная проблема: по периоду 90-х годов ни в среде специалистов, ни в обществе не наблюдается никакого сближения позиций. Если заказать один учебник современной истории России придворным толкователям, а другой историкам, разделяющим взгляды А. Зиновьева или А. Панарина, то в этих ученых трудах, очевидно, даже даты не совпадут. Это будут книги о разных странах!
Столь глубокое мировоззренческое, социальное и нравственное разделение не преодолеть предвыборным "мозговым штурмом". Общность взглядов на историю может вырасти только из братского, солидарного переживания одних и тех же событий всем народом. А еще - из памяти об ушедших, о тех, кто не пережил революции и коллективизации, путчей и перестроек, либерализации и монетизации.
Беда нашей исторической науки в том, что историю у нас пишут выжившие и приспособившиеся к обстоятельствам. Абсурд, скажете вы, кто же еще может эту историю писать?! Да, пишут всегда живые, но если бы они писали, прислушиваясь не только к указаниям из стана "победителей", но и к голосу совести, они в своих писаниях учитывали бы и точку зрения тех, кто не дожил до счастливой возможности высказать свое мнение.
Мне думается, что после того, что случилось с нашей страной в ХХ веке, всякий честный историк, берущийся за перо, не может не взять к своему труду эпиграфа из ахматовского "Реквиема":
...И если зажмут
мой измученный рот,
Которым кричит
стомильонный народ,
Пусть так же они
поминают меня
В канун моего
погребального дня.
Если нет пока ни единых ценностей, ни оглядки на ушедших, ни духовного осмысления, то чем может быть новое учебное пособие по современной истории? Оно будет очередной медвежьей услугой президенту, сборником приятной мифологии, которым вольна себя тешить преуспевающая на сегодняшний момент политическая и финансовая группировка.
ЗАКОНЧИЛОСЬ ВРЕМЯ ДЕДУШЕК?
Недавно заходил к знакомой, она живет в старом писательском доме около метро "Аэропорт". На лестнице заметил обрывки пожелтевших бумаг, старых газет и книг. "Что это у вас? - спросил я. - кто-то переезжает?.." "Да нет, - вздохнула моя знакомая, - они ремонт затеяли..." И она назвала фамилию писателя, чьи произведения раньше можно было найти в каждой хрестоматии. "Старик умер недавно, а внучке ничего не надо. Приезжали из какого-то музея, что-то забрали, а все остальное рабочие на помойку вынесли..."
Никто не знает, сколько семейных архивов гибнет в России каждый день - сто или тысяча. Статистики на этот счет нет. Знающие люди лишь констатируют, что за последние пятнадцать лет масштаб утрат источников личного происхождения (так историки называют дневники, частную переписку и автобиографии) сравним с тем, что происходило после 1917 года.
В 30-е годы старые письма и документы могли в любой момент стать уликой и обернуться для всей семьи страшным приговором. И все-таки многие пытались всеми правдами и неправдами сберечь семейные реликвии. Во время войны люди старались захватить с собой в эвакуацию и фотоснимки, и дневниковые тетрадки, и старые письма. Выносили из-под бомбежки. Вывозили из блокады. Могли бы вместо тяжелого фотоальбома захватить что-то материально ценное, какое-нибудь столовое серебро или что-то насущное - теплую одежду, к примеру. А они прижимали к сердцу то, что невозможно было ни продать, ни обменять.
Тем горше, что мы не умеем ценить того, что нам завещано, что нам досталось так легко и просто. Не успеваем расспросить стариков. Не просим их оставить внукам и правнукам свои записки.
Один пожилой человек недавно сказал мне с отчаянной грустью: "Кончилось время дедушек..." Он говорил о себе, о своей тоске по маленькому внуку, с которым видится редко. А получилось, что сказал о России. О деревнях, где в окнах изб, обветшавших без хозяина, мелькают лишь старушечьи платочки. Ушли старики до срока, многие и не успев стать стариками. А в городах другая беда - дедушки не с внуками сидят, а до последнего работают, "крутятся", стараясь не быть обузой для молодых. Сколько мальчишеских судеб ломается лишь потому, что рядом не оказалось самого мудрого и надежного друга - деда...
ДЫХАНИЕ ИСТОРИИ
Как вернуть домашнему архиву и семейной памяти их многократно попранное достоинство? Это проблема вовсе не частная, а самая что ни на есть государственная и общественная. Без восстановления в правах семейных традиций и ценностей, без почитания старших и уважения к их опыту стабильность в стране так и останется заложницей непредсказуемой ситуации в экономике и политике.
Чтобы история задышала, наполнилась воздухом подвигов, доблести и славы, чтобы ребенок взлетел душой и с восторгом увидел просторы родных летописей - учебник должен стать мостиком между историей страны и тем, что в старину называли, семейными преданиями. Без домашнего исторического воспитания молодой человек вряд ли когда-нибудь почувствует, что за обложкой "Истории России" - судьба его рода, кровь и пот его предков.
Пока же перегруженный балластом воздушный шар отечественной истории беспомощно лежит на земле, а дети барахтаются в датах правления князей, царей, генсеков и президентов и совершенно не понимают, а зачем им все это нужно знать. Школьная история, лишенная нравственного стержня, всего героического и жертвенного, превратилась в начетнический и скучнейший, бессмысленный предмет.
Конечно, и без дат обойтись нельзя, но ведь даты - это только верстовые столбы истории. А как люди одолевали эти версты, что переживали, чем дышали, что любили, о чем мечтали, что оставили нам?..
История семьи - вот единственная история, которая сегодня может быть честной, достоверной и увлекательной для каждого школьника. Погружаясь в историю предков, с волнением отыскивая подробности их жизни, ребенок почувствует себя первооткрывателем. Без всякой зубрежки он освоит школьную программу, ведь история Отечества легко просматривается за человеческими судьбами.
Кажется, что именно эта простая идея могла бы лечь в основу министерской концепции школьного исторического образования. Но учебное пособие, которое дает детям возможность почувствовать себя настоящими летописцами, появилось вдали от Москвы, и, судя по всему, министр образования о его существовании не знает. Если бы знал, то на встречу президента с преподавателями общественных наук в Ново-Огареве непременно пригласили бы автора этого по-настоящему новаторского учебного пособия - историка и педагога Алексея Мосина.
ЛЕТОПИСЦЫ ИЗ 5 "А"
Идея книги "Мой род в истории" родилась у доктора исторических наук в 2001 году, когда он по осени копал картошку в деревне.
- Я давно заметил, что, когда копаешь картошку, невольно "накапываешь" и мысли, - рассказывает Алексей Геннадьевич, - и вот я тогда подумал: а что если сделать такую книгу, чтобы в ней можно было увязать историю одной семьи с историей страны. И я сразу представил, какой она должна быть. Три колонки и еще одна - чистая. Вот получил книгу, открыл, для начала нашел год своего рождения и в чистую колонку записал эту дату, и тут вдруг увидел факт своего появления на свет на фоне того, что происходило в этот момент на Урале, в России, в мире. После этого совершенно иначе начинаешь к этим событиям относиться... Идея была прежде всего для детей сделать такую книгу. Во мне, наверное, осталось что-то крестьянское, я люблю все делать основательно. Вернувшись из деревни, я сразу сел за компьютер...
Благодаря областному министерству образования новое учебное пособие бесплатно получат в этом году почти сто тысяч пятиклассников и девятиклассников Свердловской области. Обложкой и размером книга напоминает старинный альбом, а содержанием - историческую хронику, иллюстрированную рисунками, картами, гравюрами и фотографиями. Хроника охватывает собой события мировой, российской и уральской истории на протяжении трех веков - от 1701 до 2006 года. Сквозь всю книгу проходят четыре колонки с датами и событиями: "В мире", "В России", "На Урале", "В моем роду". Если первые три колонки уже заполнены, то четвертую надо заполнить самим ребятам.
Открываем книгу, к примеру, на 1999 годе. Тогда самолеты НАТО начали бомбардировки Югославии. В России началась вторая чеченская война и произошли взрывы жилых домов. В Екатеринбурге открыли памятник Пушкину. И вот тут учебник умолкает и летописцем становится школьник. Ему предстоит вписать свою главу в историю страны и рассказать о том, что происходило в это время в его семье. Вот так, без пафоса, без патриотических лозунгов книга "Мой род в истории" зовет читателя к соавторству, к серьезнейшей исследовательской работе.
ПОЕЗД УШЕЛ?
Уровень исторических познаний школьников зависит не столько от школы, сколько от качества происходящих в стране перемен и от оценки этих событий в семье.
С конца 80-х годов суетливая политика пожирала все, до чего добиралась. Все было перевернуто и поставлено под сомнение - вплоть до первых веков христианства на Руси. Из-за этого многие родители вообще перестали разговаривать с детьми на исторические темы, опасаясь окончательно сбить с толку детей. Реликвии, награды, грамоты, фотографии, документы советского времени и по сей день во многих домах пылятся на дальних полках без дела. Что-то вроде домашнего спецхрана, закрытого не только для чужих, но и для своих.
Кто-то умудрился на одном из жизненных поворотов и вовсе избавиться от всего "совкового", вырвать советские страницы из жизни семьи, будто она на семьдесят лет отлучалась куда-нибудь в Австралию или на Луну. Без этих страниц так легко было примерять на себя новую генеалогию и приникнуть напрямую к дворянским, а то и княжеским корням.
Когда наши дети были маленькими, мы не сумели внятно и трезво рассказать им о своей жизни в СССР. В этом даже было что-то странное и стыдное - признаться, что ты родился при Брежневе или Хрущеве, а тем более при Сталине. Мы ностальгировали и переживали, сокрушались и гневались, но при этом убедительности и ясности мысли нам явно не хватало.
Теперь, когда дети выросли, мы и вовсе опасаемся быть непонятыми и осмеянными. Поезд взаимопонимания с детьми, похоже, ушел. Но, может, еще не все потеряно для взаимопонимания с будущими внуками?
"НЕ ЗАБЫВАЙТЕ НАС!.."
Эти старые фотографии принес сын моей подруги. В Москве он снимал квартиру и нашел их в разваливающемся древнем сундучке, который собирались выбросить. Старинные снимки остались от жившей в той квартире хозяйки, умершей два года назад. Известно только, что ее мать, по-видимому, звали Клавдией Николаевной Лисенко и в начале ХХ века семья жила в поселке Дубовка Саратовской губернии.
Фотографии охватывают целую эпоху - от 1882 до 1915 года. Поражает и география - от Киева и Санкт-Петербурга до Ишима и Владивостока. Удивительно и то, что лица на снимках не повторяются. Очевидно и то, что герои снимков принадлежат к совершенно разным социальным слоям - от купечества до высшего дворянского круга. Послереволюционных снимков в шкатулке не было вовсе.
С тех пор, как у нас в доме появились эти фотографии, мне стали сниться инженеры-путейцы в пенсне, гимназисты в форме, девушки с муфтами, мальчики в матросках и девочки в платьях с кружевными воротниками... Мне кажется, они просят: "Не забывайте нас! Мы были на свете, смеялись, растили детей, мы - жили..." Сведений о людях с этих фотографий у меня нет. А как хочется что-то узнать об их судьбах! Быть может, на публикацию в "Труде" откликнутся потомки этих людей? Так хочется надеяться на чудо.
Наталия Николаевна РОМАНОВА, библиотекарь лицея N 52, Рязань
16:40
Плюс кофе в дорогу
