— В воскресенье состоялась долгая и очень непростая беседа между главами МИД России и США по поводу Украины, и по ее итогам есть ощущение, что мы пока ни о чем не договорились...
— Почему же? На этой встрече была достигнута точка соприкосновения пока в одном пункте, крайне неприятном для нынешней киевской власти: фактически США и Россия пришли к выводу, что руководство Украины не может само выйти из сложившейся ситуации без вмешательства и присмотра великих держав. Пусть Обама с досады и назвал нас региональной державой, но почему-то шаги по разрешению украинского кризиса он вынужден обсуждать с нами, а не с какими-то другими странами. Если внимательно прочесть сказанное Лавровым и Керри, то получается, что под протекторатом США и России на Украине должны осуществиться некие политические и конституционные реформы, после чего она заработает как самостоятельное государство. Вот тут, правда, большие вопросы: заработает или нет и когда это может произойти? Пока остановились на том, что российско-американский диалог по данной проблеме надо бы продолжать с включением в него самой Украины. С этим пока не все просто, поскольку Москва отказалась говорить с пришедшими с Майдана к власти лицами. Тем не менее оцените саму формулировку, за которой очевидно признание недееспособности нынешней власти в Киеве.
— Возникает невольная историческая аналогия: в мае 1945-го великие державы так же делили влияние над Германией...
— Да, в чем-то похоже. За вычетом того, что Украина все-таки ни на кого не нападала и не являлась агрессором — протекторат над ней устанавливается по другому поводу. Украина внутренне рухнула и стала опасной сама для себя, при этом еще и дестабилизирует ситуацию вокруг и вносит хаос в отношения России и США, России и Евросоюза.
— А тем временем на Украине разворачиваются приготовления к президентским выборам 25 мая. Как к этому относиться?
— Тут надо учитывать разницу позиций — нашу и Запада. Мы стоим на той точке зрения, что на Украине произошел государственный переворот, нынешняя власть незаконна, у украинцев есть живой президент, хотя он и находится на территории другого государства. Люди, захватившие власть, игнорируют интересы другой половины страны — всего юго-востока Украины. Следовательно, Россия не признает ни назначенных выборов, ни их результатов. Запад же хочет, чтобы эти выборы состоялись и мы их признали, но уговорить нас он пока не может.
— А то, что тема Крыма в диалоге Керри и Лаврова почти не звучала, не означает, что американцы смирились с его присоединением к России?
— Фактически да. Хотя это и не признается официально, и по-прежнему они утверждают, что никогда не признают этого, но реально американцев сейчас Крым уже не особо заботит. Куда больше их беспокоит, чтобы то же самое не случилось с восточной частью Украины.
