Итак, объявлено: здание на Охотном Ряду, где сейчас заседают депутаты Государственной думы, получит статус исторического памятника. Это хорошая новость: когда народные избранники переедут в новый парламентский центр, нынешний не снесут и не заменят стеклянным новоделом. В Москве становится все больше памятников архитектуры, о чем нам регулярно сообщает столичный департамент культурного наследия. Однако у этого процесса есть и обратная сторона.
Получается, что, пока одни объекты обретают охранный статус, другие, не менее достойные заботы, теряют его. А москвичи об этом даже не догадываются.
В Москве на сегодня 6048 объектов культурного наследия — памятников архитектуры, монументального и садово-паркового искусства, археологии. И с каждым годом их становится больше. Нынешней весной реестр памятников пополнился 15 новыми объектами. Но одновременно с этой ведется и другая работа, о которой не рапортуют, — по исключению зданий из списков памятников архитектуры. Да, бывают случаи, когда лишение статуса обоснованно. Скажем, когда памятник архитектуры недобросовестными пользователями так перестроен, что теряет историческую ценность. Тогда остается только констатировать…
Увы... градозащитной общественности стало известно о случаях исключения нескольких московских зданий из реестра объектов культурного наследия, объяснить которое «утратой историко-культурной ценности» невозможно.
Узнать об этом удалось случайно, поскольку информация на сей счет нигде не опубликована. Впрочем, в Положении об экспертизе, в соответствии с которым чиновники принимают решение о присвоении или лишении статуса «объект культурного наследия», нет пункта об обязательной публикации экспертиз в открытом доступе. Хитро придумано.
Одним из таких объектов, частично лишенных статуса памятника, является бывшее Кокоревское подворье, расположенное на Софийской набережной, 34, прямо напротив Кремля. Этот ансамбль, занимающий почти целый квартал между двумя набережными, был построен в 1860–1880-х годах богатым купцом Василием Кокоревым и представлял собой один из первых по-настоящему многофункциональных комплексов, включавших гостиницу, меблированные квартиры, магазины и складские помещения. В гостинице, выходившей окнами на Кремль, в разные годы останавливались Крамской, Репин, Чайковский, Верещагин и другие знаменитости. Да, здание гостиницы было в советское время надстроено тремя этажами, что исказило его облик, но в остальном комплекс бывшего подворья дошел до наших дней почти без утрат. Поэтому еще в 1990 году Кокоревское подворье было поставлено на охрану в качестве выявленного объекта культурного наследия именно как единый ансамбль и в качестве такового числилось до недавнего времени в списке памятников городской старины.
Но недавно три его строения из семи были «вдруг» лишены статуса выявленных объектов и переведены в так называемые ценные градоформирующие объекты (так что теперь их можно не только реконструировать, но и даже снести). Такая логика экспертов — исключить из списка памятников половину ансамбля, а половину оставить — могла бы показаться странной, если бы не существовало проекта устройства на этой территории гостинично-рекреационного комплекса, предполагающего не только реставрацию исторических памятников, но и новое строительство (в глубине квартала) с освоением подземного пространства. Ясно, что исключенные из списка памятников здания могут помешать застройщику при реализации его масштабного проекта, что и предрешило их судьбу. Как ясно и то, почему подобные экспертизы не публикуются — они сразу вызвали бы массу вопросов и к экспертам, и к чиновникам.
Еще пример того, какие метаморфозы могут происходить со статусом здания — бывший доходный дом Первого страхового общества, что на углу Кузнецкого Моста и Большой Лубянки. Этот шестиэтажный дом в неоклассическом стиле был выстроен архитекторами Гунстом и Бенуа в 1905–1907 годах по заказу Первого российского страхового общества. Архитектурно сложное здание с глубоким парадным двором и тремя дворами-колодцами выходит своими главными фасадами на площадь Воровского, обильно заставленную машинами. А до 1925 года на ее месте стояла церковь Введения Богородицы во храм, и дом этот будто обнимал ее своими боковыми крыльями, образуя с нею единый ансамбль.
Здание представляет собой прекрасный образец нео-классической архитектуры начала ХХ века — ценность его еще и в том, что это единственная московская постройка знаменитого петербургского зодчего Леонтия Бенуа, представителя именитой династии архитекторов и художников. Дом имеет и мемориальное значение — в разные годы здесь жили и работали нарком иностранных дел Чичерин, историк-востоковед Миллер, незабвенная актриса Рина Зеленая. Здание дошло до нашего времени в первоначальном виде, не искаженном какими-либо перестройками или надстройками. Еще в начале 1990-х годов оно было предложено к постановке на охрану в качестве памятника — и вот наконец в начале прошлого года в реестре на сайте департамента культурного наследия появилась запись, что этому дому присвоен статус выявленного объекта культурного наследия. Однако сегодня, как выясняется, это здание уже не является выявленным объектом культурного наследия, а имеет лишь статус ценного градоформирующего объекта. Когда это произошло, кто делал новую экспертизу — неизвестно…
Увы, подобных примеров множество. А вывод из этого неприемлемого обстоятельства только один — пока историко-культурная экспертиза выведена из публичного поля, пока общественность пребывает в неведении о том, как и кем проводятся экспертизы, какие и на каком основании принимаются решения, наша столица будет и дальше терять свое культурное наследие, приносимое в жертву чьим-то корыстным интересам.
