Во время высадки десанта на Малую землю под Новороссийском полковник Брежнев и матрос Кайда служили в соседних частях. Будущему генсеку хорошо запомнилось имя богатыря-матроса, который первым ступил с борта десантного катера на огненный плацдарм, сделавший Новороссийск городом-героем, а полковника Брежнева героем-полководцем. Владимир Кайда при десантировании получил 13 ранений. Его подвиг увековечен в памятнике "Матрос с гранатой". Во время торжеств он был рядом с Леонидом Ильичом. Но всесильное покровительство первого человека в Советском Союзе не уберегло Кайду от тяжелой болезни. В краснодарский госпиталь он прибыл умирать после ампутации обеих ног - сказались фронтовые увечья и тяжелая форма диабета. Раны не заживали.
- Я узнал об этом случайно, - говорит профессор, доктор биологических наук Алексей Шурыгин, создавший знаменитый препарат бализ, обладающий невероятной антибактериальной активностью. - А поскольку наше лекарство отлично стимулирует заживление ран, предложил его для лечения.
Эта помощь была встречена в штыки. Мол, думайте, профессор, что предлагаете, ведь состояние пациента на контроле в Кремле! Дело в том, что разрешения на использование бализа Минздрав еще не дал. Была только рекомендация Фармкомитета.
Шурыгин не дал умереть герою. Он знал, что идет на отчаянный риск, отправляя к Кайде сотрудницу с бализом. Через двадцать дней от непрекращающегося воспаления и следа не осталось, все зажило.
В долгу матрос-фронтовик не остался. Написал на правах фронтового друга письмо генсеку Брежневу, в котором рассказал о чудесах, которые творит профессор Шурыгин. Тот, как стало известно позже, наложил на письме резолюцию: "Разобраться и внедрять!" Через два месяца лаборатория, которой Алексей Яковлевич руководит по сей день, получила помещения и оборудование.
- Значит, риск оправдался? - спрашиваю я у профессора.
- С точки зрения применения бализа никакого риска и не было, - говорит Шурыгин. - Да, он мог не помочь, но навредить - никогда. Вот если бы случилось так, что у Кайды, к примеру, в этот момент отказало сердце. Тогда бы, наверное, кончились и бализ, и профессор Шурыгин.
Таких вот крутых ступенек между "пан или пропал" за тридцать лет работы над чудо-препаратом было немало. Наверное, не случайно судьба свела его и с матросом Кайдой, и со знаменитым автором советского пенициллина Зинаидой Ермольевой. Будучи председателем всесоюзной комиссии, через которую проходили все новые лекарства, именно она окрестила шурыгинский препарат "бализом". Расшифровывается это просто: ба - бактерии, лиз - на основе перевода греческого глагола - "уничтожать".
Испытаний судьба отвалила Алексею Яковлевичу, как говорится, от всех щедрот. И били его, и игнорировали, и отлучали... Но препарат он создал. И сегодня, по отзывам специалистов, это одно из лучших лекарств, выручающих при перитоните, ангинах, флегмонах, язве, геморрое...
Бализ защищен патентами, награжден многими дипломами и медалями. В том числе золотой медалью Международной организации "Интеллектуальная собственность" на Всемирной выставке в Женеве в 1988 году. Медицинские светила России приравнивают его по действию к супервитаминам, разработанным лауреатом двух Нобелевских премий Лайнусом Полингом. Но если эти самые супервитамины, несмотря на суперцены, у нас активно продаются, то бализ даже не удостоился серийного выпуска.
О Шурыгине и его чудо-препарате вспоминают, когда где-то разгораются военные конфликты или громыхают кровавые теракты. Не случайно в его друзьях числятся чекисты-альфовцы, генералы афганской и чеченской кампаний, выжившие жертвы терактов в Москве, Волгодонске, Каспийске.
Профессор вспоминает о том, как во время афганской войны ящик бализа каким-то чудом оказался в Кабульском госпитале. Врачи буквально обалдели от эффективности препарата при лечении огнестрельных и осколочных ран, ожогов. А потом в кремлевский кабинет члена Политбюро ЦК КПСС Григория Романова был срочно доставлен не на шутку встревоженный профессор Шурыгин. С ним партийный босс почти не говорил. Он кричал в трубку по ВЧ - как позже выяснилось, в Белоруссию:
- К тебе приедет профессор из Краснодара. Надо срочно наладить выпуск стратегического препарата для нужд войск в Афганистане. Срочно! Об исполнении доложить.
Так в белорусском городе Несвиже по линии ВПК был создан цех по производству "стратегического" лекарства. Тогда хватило одного звонка, чтобы наладить его выпуск. Сегодня не хватает ни здравого смысла, ни прекрасных отзывов, ни отличных результатов по итогам клинических испытаний, чтобы возобновить широкое производство отличного лекарства.
В кабинете Шурыгина на самом видном месте висит портрет летчика-космонавта Александра Сереброва с автографом: "Во время полетов космонавты с большой пользой применяют бализ для заживления ран, полученных при монтажных работах, и ожогов от кварцевых иллюминаторов - лица и шеи. Бализом пользовались с успехом многие экспедиции орбитальных станций "Салют-7" и "Мир".
Пользуются и сейчас. И в семьях Сереброва и других космонавтов Алексея Яковлевича Шурыгина чтят как близкого, своего.
Недавно профессор с женой совершал, как он говорит, традиционный вечерний моцион. Вдруг навстречу какой-то здоровенный парень. Супружеская чета уступила дорогу. А человек не уходит, пристально вглядываясь в лицо Шурыгина. Наконец протягивает ему искалеченную руку и говорит: "Я узнал вас, профессор. Вы мне руку спасли после ранения в Афганистане. Помните, в Ташкентском госпитале?"
Он еще долго благодарил его и от себя, и от всех "афганцев".
- Конечно же, я его не узнал, - признался Алексей Яковлевич, - но все равно приятно...
21:29
Энергия жизни на старте
