О таком возвращении в большой спорт после международной изоляции российские легкоатлеты могут только мечтать. Двукратная чемпионка мира Мария Ласицкене-Кучина в нынешнем сезоне участвовала в 13 соревнованиях — и во всех победила! После очередного успеха (на этот раз на Мемориале Знаменских) сильнейшая в мире прыгунья в высоту ответила на вопросы корреспондента «Труда».
— Маша, для начала проясните вопрос о происхождении вашей новой фамилии, под которой вы выступаете с мая, хотя миллионы поклонников «королевы спорта» знают вас как Кучину. Что за маскировка?
— Никакой маскировки и загадки здесь нет. В марте я вышла замуж за Владаса Ласицкаса. По отцу он литовец, хотя родился в России и является гражданином нашей страны. Работает журналистом на телевидении. Свадьбу мы отпраздновали у меня на родине в Прохладном довольно пышно, и это радостное событие как-то отвлекло меня от томительных ожиданий: когда же нас, россиян, допустят к международным стартам.
— У вас спортивные гены?
— Можно и так сказать. Мой папа хорошо играл в волейбол, а мама любила баскетбол. Оба обладали хорошей прыгучестью, наверное, я пошла в них. Ну а оба моих дедушки довольно высокие. Вот так все собралось, поднакопилось и пригодилось... И все же прыжки в высоту стали моей судьбой прежде всего благодаря моему тренеру Геннадию Габриляну. Он ведь со мной возился с детства, когда еще был моим учителем физкультуры.
— Редкий случай! Чтобы с уроков физкультуры один наставник довел спортсменку до вершин большого спорта...
— В моем случае именно так и произошло. В 10 лет я заняла второе место на школьных соревнованиях. И уже тогда Геннадий Гарикович вдруг заявил громогласно: «Очень скоро эта девочка заставит нас восхищаться!» Вряд ли кто-то принял эти слова всерьез. Да и я на них, к счастью, большого внимания не обращала, а то бы еще нос задрала — и все пропало... Нет, мне просто очень нравилось прыгать. Такое ощущение, что в тебе сидит сжатая пружина. Вот я и прыгала — в высоту и длину, бегала с барьерами, пробовала себя в многоборьях. А к 14 годам стало ясно, что лучше всего у меня получаются прыжки в высоту. Тогда началась специализация, последовали выезды на всероссийские соревнования. Тренер с самого начала норовил меня выставить на взрослые турниры — помериться силами с опытными спортсменками. Вообще-то Кабардино-Балкария, где я выросла, в первую очередь славится своими борцами. Но наша спортшкола в Прохладном всегда выпускала сильных легкоатлетов. Вот и сейчас я, приезжая на родину, всякий раз стараюсь побывать в альма-матер. У меня к ней особое чувство, благодарное. Да и вижу, как дети мне рады, им очень важно иметь перед глазами пример того, что можно многого добиться в спорте, даже не отрываясь далеко от своей земли.
— По окончании школы у вас были раздумья и сомнения, по какой специальности идти учиться?
— Да нет, к тому моменту я уже ясно понимала, что спорт в моей жизни — главное и что физкультурный институт — это мое. Ктому же учебу там можно совмещать с напряженным тренировочным и соревновательным графиком. Насчет тренерской работы в будущем у меня пока уверенности нет. Я очень люблю спорт, но не знаю, смогу ли ежедневно отдавать всю себя детям, как это делает мой тренер. Впрочем, многое еще в жизни может поменяться, не будем забегать вперед.
— Давайте тогда вернемся к вашим нынешним успехам. Вы уже получили право выступать на чемпионате мира в Лондоне. Тем не менее собираетесь принять участие в чемпионате страны в конце июля. Зачем?
— Нужна соревновательная практика. Кроме того, хочется порадовать российских любителей легкой атлетики. Они ведь тоже немало пережили, когда нас отлучили от международных соревнований. Надо отдавать долги.
— Кстати, нашим легкоатлетам до последнего запрещали брать в Лондон на чемпионат мира своих тренеров. Этот запрет в силе?
— На этой неделе пришло официальное разрешение: каждый допущенный на чемпионат мира российский легкоатлет может привезти с собой одного сопровождающего. Для меня это важно. Подсказки в секторе во время прыжков не так уж значимы — я сама могу регулировать свой разбег и прочие рабочие моменты. Для меня гораздо важнее разбор полетов уже по окончании соревнований. Геннадий Гарикович проводит доскональный анализ, и в последующих тренировках мы все учитываем. А вообще-то подготовку к чемпионату мира в Лондоне я никак не форсирую. Тренер заранее расписал каждую тренировку. Да, это главный старт сезона, где мне очень хочется подтвердить свой статус. Надеюсь, до стартов в Лондоне представительство сборной России на международных соревнованиях увеличится. Пока ведь лишь 14 россиян допущены, остальные ребята напряженно тренируются и ждут своего часа в неведении. Я хорошо понимаю, что творится у них в душе. Так что надо прыгать «за себя и за того парня»...
— Помимо того что наши атлеты пока не получили разрешения выступать на чемпионате мира под российским флагом, ИИАФ исключает использование российской символики в любом проявлении. Что это означает?
— Пока я об этом знаю из публикаций, правила на сей счет нам обещают прислать. А пока — никаких полосочек, ленточек, резиночек в цветах российского триколора. Я даже со своего чемодана сняла флажок, чтобы исключить поводы для придирок. После долгого отлучения от международных стартов, в котором мы пребывали, не хочется рисковать. Я всей душой люблю Россию и очень прошу болельщиков не подозревать кого-либо из нашей сборной в отсутствии патриотизма. Нас загнали в этот тупик, но я верю, что мы общими усилиями найдем из него выход. Сейчас мы соревнуемся в нейтральном статусе, но хочу надеяться, что скоро мы будем официально представлять наш флаг. В секторе я продолжаю ощущать себя заодно с Россией. Так что болейте за нас и желайте нам успеха!
— Вы долго не принимали участия в больших турнирах. Но с тех пор, как вас допустили, уверенно всех обыгрываете. Сыграла ли свою роль спортивная злость?
— Конечно, желание вернуться на международную арену дает большущую мотивацию. Но все-таки важнее проделанная тренировочная работа, причем довольно нестандартная. Мой тренер — человек мыслящий, и физическая, и техническая подготовка у нас оригинальная. А моя заслуга в том, что я старательный и дисциплинированный исполнитель.
— А как соперницы восприняли ваше возвращение и ваши успехи?
— С зарубежными соперницами я мало общаюсь — английский язык для меня все еще больная тема. В секторе все ведут себя вполне доброжелательно, но до дружбы дело не доходит. Впрочем, у меня достаточно друзей и в России. И со всеми нашими прыгуньями прекрасно лажу, хотя во время соревнований наша дружба на пару часов прекращается. Так уж спорт устроен!
