Маленьких бьют!

Сейчас можно купить фирму в любой сфере: от строительства до развлечений. Фото: globallookpress.com
Александр Дмитриев
Опубликовано 00:01 12 Октября 2018г.

На рынке свой бизнес мужик продавал... А, собственно, почему?


«На рынке свой бизнес мужик продавал — никто за тот бизнес цены не давал» — в такой интерпретации известное стихотворение Сергея Михалкова очень точно передает состояние малого предпринимательства в России. Продать желают многие, только покупателей днем с огнем не сыщешь. Поговорим о причинах этого явления.

На одном только сайте Avito сейчас около 30 тысяч объявлений. Товар предлагается на любой вкус: торговля и общественное питание, сфера услуг и сельское хозяйство, строительство и развлечения. Сроки продажи — от трех месяцев до полутора лет и более (чем больше бизнес, тем больше срок).

В самом факте продаж-покупок потенциальных «дойных коров», то есть уже готовых бизнесов, нет ничего удивительного — это общемировой процесс. Тревожит другое: падение цен, которое у нас наблюдается повсеместно. Опросы менеджеров рекламных агентств и сайтов объявлений в крупных городах показывают, что нынешней осенью выставленные на реализацию компании малого бизнеса ежемесячно дешевеют на 15-25%, а реально продаются лишь за половину первоначальной цены. К примеру, в Москве и Подмосковье, по данным сервиса объявлений «Юла», бизнес выставлялся на продажу в среднем за 505 тысяч рублей, а уходил за 267 тысяч.

Одна из причин распродажи лежит на поверхности: падение реальных доходов населения. Ибо малый бизнес в России, в отличие от общемирового, на 95-98% рассчитан на покупательский спрос физических лиц — это и торговля, и услуги, и мелкое производство. А потребитель — он же покупатель — у нас беднеет четыре года подряд. Владельцы розничных промтоварных магазинов утверждают, что за последние пару лет средний чек снизился на 30%. В продовольственной сети падение меньше (кушать-то хочется!), но для удержания клиентуры приходится идти на разные уловки. Скажем, вывешивать плакат «Магазин социальных цен» или «Наши цены ниже социальных». И народ не обижается, что его за нищего держат, — наоборот, радуется обещанию скидок.

Снизился и «разовый чек», причем практически повсеместно. Владелец цветочного магазина в Нижнем Новгороде отмечает, что спрос на цветы к празднику будет всегда, но «если раньше покупали 41 тюльпан, то нынче куда популярнее стал букет из 21 цветка».

Сложно не только мелким предпринимателям. Федеральная налоговая служба зафиксировала падение доходов всего российского бизнеса: за 2017 год убыточной оказалась каждая пятая компания. Еще 27% завершили прошлый год с нулевыми доходами. И это тоже негативно отразилось на покупательной способности населения.

Правительство регулярно сообщает о повышении зарплат — по данным Росстата, средний заработок минувшим летом превысил 44 тысячи рублей. Но по более детальному подсчету — медианному, — половина трудящихся россиян получают меньше 30 тысяч рублей в месяц. А в городах — аутсайдерах по оплате труда (Шахты Ростовской области, Севастополь, Нальчик, Махачкала, Черкесск), по данным исследования РИА «Новости», месячной зарплаты едва хватает на покупку стандартной «потребительской корзины».

Неудивительно, что так немного желающих заниматься мелким бизнесом. Он и без того не превышает 20% в отечественной экономике, несмотря на призывы и обещания властей холить и лелеять малое предпринимательство. Еще недавно в планах правительства стоял прогноз: довести его долю до 50% к 2020 году, теперь новый ориентир — 40% и уже только к 2030 году.

В стране на федеральном, региональном и местном уровнях действуют около 600 программ поддержки малого бизнеса. Однако минувшим летом Росстат провел исследование и пришел к удивительному открытию: мерами господдержки пользуются 2% малых предприятий и 3,1% индивидуальных предпринимателей. Еще около трети владельцев МП теоретически знают, что господдержка существует, но не имеют понятия о способах ее получения. То есть большинство этих чиновничьих контор работают лишь в качестве «кормушки для своих».

Конечно, бизнес прежде всего подразумевает наличие собственной инициативы. А соцопросы последних лет стабильно показывают падение даже теоретического желания у россиян заняться собственным делом. В 1991 году «нежелающих» было 49%, в 2005-м — 56%, нынче — уже больше 70%. Что самое опасное: «отрицательные настроения» быстрее растут в молодежной среде.

Не добавляет оптимизма и банковская статистика. Понятно, что открытие собственного дела требует начального капитала. В банках на депозитах у населения сегодня лежат громадные деньги — около 25 трлн рублей (полтора федеральных бюджета России). Средний размер частного банковского вклада, по данным Центробанка, превышает 150 тысяч рублей, и они почти не приносят владельцам дохода из-за низких ставок по вкладам. Но вложиться в какое-нибудь дело их владельцы категорически не желают.

Не хотят рисковать капиталами и «простые российские миллионеры», которых в стране тоже немало. По данным российского издания журнала Forbes, в наших банках имеется более 40 тысяч счетов с суммами в 1-5 млн долларов и более, и эти деньги тоже приносят мизерные доходы своим владельцам. Не работают!

Тем временем правительство ломает голову над тем, где найти инвестиции для подъема экономики. А ведь нужные деньги валяются буквально «под фонарем». Пример тому — Запад, где львиная доля малого бизнеса поднялась и процветает в тени крупных, в том числе государственных корпораций, выполняя их заказы. Огромная корпорация Apple Inc., крупнейшая в мире по капитализации (более 1,05 трлн долларов) насчитывает лишь 116 тысяч собственных работников — и в 10 раз больше ударно трудятся по контрактам с Apple в малых предприятиях по всему миру. Заказчику это выгодно: услуги партнеров обходятся дешевле, чем создание собственных дополнительных производств. Выгодно это и бизнесу, и всей отрасли, которая получает громадную отдачу от многих тысяч конкурирующих друг с другом «малышей», стремящихся вырасти.

Так работает не только индустрия электроники. В корпорации «Боинг» численность персонала — 162 тысячи человек, в корпорации «Эрбас» — чуть больше 100 тысяч человек. Именно малые предприятия на Западе являются источником динамизма. В США с 1990 по 1995 год они создали 3/4 новых рабочих мест, внесли в рост занятости еще больший вклад, чем в 80-е годы прошлого столетия. В Силиконовой долине именно они служат источниками подавляющего большинства технических новшеств.

А в России один лишь «Газпром» держит на зарплате 469 тысяч человек — больше, чем вышеперечисленные гиганты мирового бизнеса. Но для экономического здоровья эта гигантомания — как сыпной тиф или бубонная чума.

Кстати, президент Владимир Путин неоднократно требовал от государственного бизнеса развития сотрудничества с МСП. Год назад глава государства в очередной раз говорил о том, что объем госзакупок у предприятий малого и среднего бизнеса в 2018 году следовало бы довести до 3 трлн рублей. Слова произвели лишь частичный эффект. Уже сегодня видно, что этот показатель по году не превысит 2 трлн. А это значит, что в стране не появятся (не укрепятся) еще несколько тысяч частных фирм, которые нужны российской экономике как воздух.

Еще одна причина неразвитости малого бизнеса — засилье квазипредпринимательства, государственных и муниципальных предприятий, всевозможных ФГУПов, ГУПов и МУПов. О вреде, который они наносят, точно сказал глава Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев: «Происходит следующая ситуация: унитарное предприятие выходит на конкурентный рынок и через определенный период времени его монополизирует. При этом частный бизнес дискриминируется, что приводит к его уходу из различных сфер деятельности, где он мог бы развиваться...»

А в это время

Атавизмом коммунистической системы были названы ГУПы в докладе Экспертного совета при правительстве РФ, где приводились чудовищные цифры их неэффективности: если в среднем по России производительность труда — 4,4 млн рублей на человека, то в ГУПах — 972 тысячи. Так они обычно еще и подгребают под себя самые прибыльные отрасли.

Владимир Путин еще в 2009-м справедливо заявлял, что в стране неоправданно много бюджетных учреждений и лишние необходимо ликвидировать. Два года назад Минфин обещал закрыть эти паразитические структуры не позднее 2018 года. Срок пришел, а воз и ныне там. Сейчас, по данным Росимущества, в стране зарегистрировано 1489 ФГУПов, 2910 ГУПов и 20 088 МУПов. Которые, в отличие от предприятий малого бизнеса, продавать никто не собирается. У них все хорошо.




Треть россиян сталкиваются на работе с психологическим насилием, утверждают социологи. А вас эта проблема коснулась?