На Кипре стало тесно от русских денег

Кипр — одно из самых дорогих в Европе направлений программы ЕС для получения гражданства в обмен на инвестиции. Фото: Moscow-Live.ru

Правительство Кипра начало отбирать «золотые паспорта» у россиян, купивших гражданство Евросоюза за инвестиции на острове в 2 млн евро


 

О решении задним числом лишить гражданства 26 иностранцев, получивших его за немалые инвестиции в экономику страны, объявил глава МВД Кипра Константинос Петридис. Среди первых «лишенцев» — жители шести стран, из которых девять россиян, восемь камбоджийцев, пятеро китайцев, двое кенийцев, иранец и малайзиец. Собственно инвесторов — девять, остальные члены семей. У всех 30 дней на подачу апелляции. Отсчет пошел.

Официальным поводом для такого шага стало громкое дело миллиардера из Малайзии Джо Лоу, подозреваемого в незаконном выводе средств из малайзийского инвестфонда 1MDB. Лоу получил гражданство Кипра еще в 2015 году, хотя его имя тогда уже фигурировало в списках Интерпола. Как выяснилось, за него ходатайствовала даже Кипрская православная церковь, предстоятель которой архиепископ Хризостом II написал письмо с просьбой ускорить процедуру. Беглый коррупционер купил за 5 млн евро виллу в Айа-Напе, а заодно пожертвовал 300 тысяч на школу богословия. Боюсь, на родине, где миллиардера уже ждут, такую щедрость не оценят.

Но малайзиец — один, а русских с «золотыми паспортами» на Кипре тысячи. И что же, трясти будут всех? За десятилетие Республика Кипр заработала на программе «гражданство в обмен на инвестиции» более 6 млрд евро, удачно пристроив 4 тысячи паспортов среди зарубежных инвесторов (для сравнения: ВВП республики за прошлый год составил 24 млрд). После коллапса 2013 года для выхода из финансового кризиса новому правительству Кипра были позарез нужны иностранные капиталы, и МВД не слишком настойчиво интересовалось их происхождением и личностями соискателей. Российские инвесторы особенно полюбили Кипр, но, как стало ясно теперь, взаимность им не гарантирована.

Надо заметить, что Кипр — одно из самых дорогих в Европе направлений программы ЕС для получения гражданства в обмен на инвестиции. Изначально надо было вложить 2 млн евро и иметь жилье на острове за полмиллиона. В 2019-м эту планку повысили еще на 150 тысяч евро и ввели квоту в 700 запросов «золотых паспортов» в год. На Мальте та же операция обходится в 880 тысяч евро, в Португалии — 500 тысяч за двухлетний продляемый вид на жительство, в Болгарии и того дешевле. Но Кипр всегда считался надежным местом для экономических мигрантов с возможностью активного инвестирования через его банки как в ЕС, так и в России. Теперь приоритеты Кипра изменились, как и отношение к российским капиталам и гражданам.

Министр Петридис прямо заявил, что экономика острова сегодня уже не зависит от практики выдачи «золотых паспортов», хотя и признал, что благодаря именно этой схеме были сделаны серьезные капвложения не только в недвижимость, но и в развитие индустрии развлечений и отдыха. Выполнены крупные работы по развитию инфраструктуры (взять хотя бы порт для яхт в Айя-Напе и строительство казино). Но теперь, когда Кипр не без помощи российских капиталов очухался от дефолта-2013, правительство президента Анастасиадиса решительно переориентировалось на англосаксонские рынки. Программу грубо сворачивают, даже понимая, что рискуют надолго отпугнуть инвесторов из бывшего СССР.

МВД задним числом решило построже присмотреться к новым соотечественникам, ужесточить правила натурализации и условия открытия счетов для богатых иностранцев. Министр Петридис подтвердил, что в отношении некоторых фигурантов списка кипрские власти уже начали сбор информации. Список участников программы, которых изучат «под микроскопом», включает 2 тысячи человек — половину получивших «золотую» кипрскую паспортину. Впервые в ЕС гражданство отнимают постфактум.

Всех проверят на предмет искажения предоставленных властям сведений и на легальность происхождения капиталов, а также на возможное присутствие этих «золотых» граждан Кипра в санкционных списках ЕС и США. В банках Кипра менеджеры в конфиденциальном порядке честно признают, что за ужесточением их политики к россиянам и их капиталам стоят американские надзорные органы. Так, МВД и Минфин Кипра привлекли для «прощупывания и просвечивания» фигурантов программы не свои госструктуры и не местных аудиторов, коих на Кипре предостаточно, а ведущие нью-йоркские и одну английскую фирмы: Sterling Diligence, Kroll и S-RM Intelligence and Risk Consulting. Дорого, конечно, для острова, но вполне в духе времени.

Другой показательный пример. Как теперь стало известно, еще в апреле 2018 года крупнейший на острове Банк Кипра аннулировал право голоса российского акционера Виктора Вексельберга в совете директоров, сразу после того как Минфин США ввел против него санкции. Заодно российскому владельцу пакета в 9% акций банка заморозили его дивиденды! Интересно, что в свое время именно за счет замороженных русских депозитов Банк Кипра и уцелел в кризисе 2013 года. И такая черная неблагодарность...

Впрочем, в мире больших денег и большой политики на чувства не стоит рассчитывать. В ходе своего выступления 6 ноября в вашингтонском Центре стратегических и международных исследований этим «убедительным примером оздоровления финансового сектора экономики» похвалился Мариос Скандалис, представитель Банка Кипра. А выступавший в Вашингтоне директор второго банка Кипра — Hellenic Bank — Иоаннис Матсис подтвердил, что «россияне больше не входят в советы директоров банков». Мол, будучи простыми вкладчиками, они «не были заинтересованы в сохранении своих акций» и со временем покинули банк. Еще в 2014 году, по словам Матсиса, этот банк увеличил акционерный капитал и привлек инвесторов из США и Великобритании, что позволило «ослабить российское влияние на банковский сектор Кипра».

В Вашингтоне очень хвалили усилия кипрских друзей, делающих все возможное, чтобы избавить свой остров от русских инвесторов и их денег, которые десятилетиями обеспечивали его процветание.

Интересно, много ли найдется сочувствующих у откровенно «кинутых» кипрской стороной россиян на их исторической родине?



ВАДА на четыре года отстранило Россию от участия в международных соревнованиях. Это хорошо или плохо?