Вопрос «Труда»: Нерабочие дни закончились. А что начинается?

Фото: © Vladimir Gerdo via www.imago-images.de, globallookpress.com

Страна начинает выходить на работу, что обнадеживает. Но будет преувеличением думать, будто люди понимают, что их ждет уже завтра


11 мая президент Владимир Путин объявил, что после шести недель самоизоляции режим нерабочих дней завершается. Страна начинает выходить на работу. И это вселяет надежды на лучшее. Но будет преувеличением думать, будто люди понимают, что им делать и что их ждет уже завтра.

Дмитрий Аграновский, адвокат

— Нерабочие дни закончились, а рабочие так и не начались. Неопределенность сохраняется. Когда прибавлялось по 200 человек зараженных в сутки, мы сидели дома. Теперь прирастает по 10 тысяч, и кто-то выходит на работу. Видимо, государство начинает понимать, что издержки от самоизоляции выше, чем от эпидемии. Спасение утопающих — дело самих утопающих, надеяться на поддержку властей не очень продуктивно. По-хорошему, людей стоило бы еще подержать по домам, выплатив каждому хотя бы по МРОТ, без деления на уязвимых и не очень. В кризис нуждающихся большинство.

Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации

— Режим нерабочих дней позади, зато режим домашнего ареста все еще с нами. В столице запустили стройки, чтобы кормить часть гастарбайтеров. Ну и остатки промышленного производства. Появилась обязанность носить маски и перчатки. Под видом смягчений мы видим ужесточение норм. Общество по-прежнему запугано и все меньше верит в слова власти и в ее эффективность. Ощущение такое, что нами правят растерянность и бред.

Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации

— Надеюсь, начинается осмысление уроков. Растет понимание того, что стране не обойтись без перестройки экономики, здравоохранения, системы управления, кадровой политики. Об этом говорим давно, но сегодня необходимость перемен очевидна всем: и верхам, и низам.

Борис Кагарлицкий, директор ИГСО

— На период нерабочих дней от предприятий требовали сохранять зарплаты. На деле такие указания трудновыполнимы: нет доходов — нет и денег. По мере постепенного открытия предприятий доходов не слишком-то прибавится. Многие обанкротятся. Хотя пока и эта «радость» не всем доступна, заблокированные из-за внешних обстоятельств предприятия не могут по-человечески закрыться. Никто не освобождал и от аренды.

Когда пройдет волна закрытий, Россия столкнется с необычной для себя безработицей в 10%. Процедура госпомощи для организаций трудна, проще всего крупным компаниям. Одно из условий помощи: сохранение штата на 90%. Сильные игроки и без того урезали бы не больше 10-12% работников. Получается, поддержку получат те, кто в ней не остро нуждается. Что до граждан, то пособия получить тяжело, и они очень скромные. Знакомый из Екатеринбурга месяц собирал бумаги, чтобы оформить пособие на 7 тысяч рублей. В итоге ему выдали только 2200 — денег, говорят, нет. Россиянам нужно добиваться компенсации хотя бы на уровне американских показателей (а они, замечу, ниже, чем в еврозоне!). Если бы государство, скажем, выкупило часть платежей граждан по ипотеке — это помогло бы подстегнуть спрос. Пока же помощь властей в лучшем случае уйдет на погашение долгов.

 



Как вы думаете, должен ли оплачиваться труд домохозяек? Правительство считает, что нет.