Труд: «Болотная» приватизация

Главная Жизнь Политика 02:33 17 Февраля 2012 2875

«Болотная» приватизация

Россия опять пытается наступить на все те же гайдаро-чубайсовские грабли

Напечатать

Очередной рубеж в этой битве: к 15 февраля премьер-министр Владимир Путин обязал Минэкономразвития подготовить итоговое заключение по срокам и объемам продажи в частные руки крупных государственных компаний — с учетом мнений за и против. Вот в этих «за» и «против» предлагаем разобраться. При этом надо понимать, что сторонников «держать и не пущать», не уступать ни пяди из госкорпораций, не обнаружено: сам премьер, и его заместитель в правительстве Игорь Сечин неоднократно заявляли: продавать надо, весь вопрос — когда и за какие деньги. Но этой линии противостоит другая — сторонников «идеологической» приватизации: продавать надо срочно, даже за бесценок. Чем меньше останется государства в экономике, тем быстрее она модернизируется и расцветет.

Напомним, что речь идет о госпакетах акций ВТБ (сейчас у государства 75,5%), «Роснефти» (75,16%), «ИнтерРАО» (14,79%), «РусГидро» (около 60%), «АЛРОСы» (50,93% — у РФ, 32% — у Якутии). А также о «Совкомфлоте», «Ростелекоме», Сбербанке, Объединенной зерновой компании, Российских железных дорогах и других «несущих конструкциях» российской экономики. И все это требуется приватизировать в срочном порядке, за год-два.

Затеяна тотальная распродажа госсобственности — но почему и с какой целью? И главное, как эта затея вписывается в череду глобальных событий в России и в мире, свидетелями которых мы являемся? Существует ли связь между, казалось бы, разрозненными явлениями нашей жизни: от намечаемой приватизации двух десятков госкомпаний до уличных протестов накануне выборов, от подготовки новой большой войны на Ближнем Востоке до очередной громкой катастрофы в российской инфраструктуре?

Очевидно, такая связь есть, и интерпретируется она в терминах глобального кризиса всей современной либерально-монетаристской системы ценностей, хозяйствования и управления. В самой его гуще пребывает Россия. И кто победит в этом бушующем вихре, до сих пор неясно.

Суть в том, что наша страна все последние годы пытается оседлать эти турбулентные процессы, став одним из полноправных и суверенных субъектов истории. В то же время другие мировые игроки продолжают рассматривать Россию лишь в качестве пассивного объекта своих геополитических игр и устремлений. Один раз, в 1991 году, этот «объект» уже был брошен в топку замедляющегося двигателя всемирной финансово-экономической системы. При определенном раскладе сил его могут отправить туда же.

Два наших ресурса, две их мишени

Многим сегодня известно, что Советский Союз был разгромлен в том числе из-за жесточайшего внешнего прессинга, в рамках которого Соединенные Штаты и Саудовская Аравия, втянув СССР в разорительную афганскую кампанию, в одночасье обрушили нефтяные цены, превратив советскую экономику в банкрота. После этого львиная доля народно-хозяйственного комплекса СССР оказалась продана с молотка за гроши и растаскана по углам, щедро напитав зарубежные «центры извлечения прибыли».

При этом далеко не все сознают, что на рубеже столетий иностранные игроки решили повторить тот же маневр уже в отношении Российской Федерации: на фоне небывало низких нефтяных котировок против нашей страны была развязана террористическая война на Северном Кавказе. Однако то, чего не удалось сделать бездарному Горбачеву, смог совершить Путин.

Как бы мы ни относились к нынешнему премьер-министру России, мы должны признать за ним по крайней мере две заслуги. Во-первых, Путин спас жизнь целой страны, железной рукой скрепив распадавшуюся Федерацию и вернув смысл существования государственному организму, забытому и заброшенному при Ельцине. Во-вторых, Путин создал весьма действенные макроэкономические инструменты, позволившие не только вытянуть Россию из долговой кабалы и повальной нищеты, но и достигнуть впечатляющих геополитических успехов — например, в деле реинтеграции постсоветского пространства.

Именно Путин и созданные им госкорпорации стали адекватными ответами России на вызов времени 12 лет назад. И вот теперь именно Путин и созданный им экономический инструментарий превращаются в главные мишени для широкомасштабной атаки со стороны Запада.

Что случится, если системообразующие, инфраструктурные предприятия страны, слагающие основу ее экономики, будут вновь распроданы наобум, не глядя, в условиях нового обмана подавляющего большинства населения? Россия попросту рухнет, лишившись последних рычагов влияния на макроэкономические процессы внутри и вне своих границ. Что произойдет, если во главе государства встанет необстрелянный, наивный, «диванный» политик, не ориентирующийся в калейдоскопе событий? Его тут же сметет разгулявшаяся стихия.

Осознавая все это, любой здравомыслящий человек согласится, что с Россией, владеющей 40% мировых ресурсов, никто церемониться не станет. Сожрут и не подавятся. К великому счастью, наш ядерный потенциал не позволяет устроить над Россией «бесполетную зону», как это было проделано в Югославии, Ираке или Ливии. Однако у Запада имеется другое, еще более смертоносное оружие против России. Этим оружием является идеология либерального монетаризма — его теория, его ценности и его адепты.

Доктрина «на кончиках штыков»

Принесенная в Россию «на штыках» американских советников гайдаро-чубайсовских младореформаторов, либерал-монетаристское «учение» по-прежнему распространено во властных коридорах Отечества, прочно обосновалось в масс-медиа, не покидает стен многомиллиардных вилл «представителей крупного бизнеса» и господствует на площадях, кипящих в пылу «болотного» протеста.

Либерал-монетаризм отрицает сильное государство, низводя его до уровня «ночного сторожа», абсолютизирует частную собственность, ратует за разгул любых свобод и при этом не признает никаких глубинных смыслов бытия, на которых веками держалась российская цивилизация, если их нельзя выразить в денежном эквиваленте. Во главу угла он ставит лишь одну ценность — прибыль, навар, маржу. Все, что мешает немедленному извлечению прибыли, будь то национальные интересы или многовековые традиции, фундаментальная наука или Северный завоз, либерал-монетаризм объявляет несущественным или ложным.

Провалившаяся во всем белом свете — иные страны давно уже перешли к смешанным и полусоциалистическим методам управления экономикой, национализируют целые отрасли и подкармливают десятки миллионов голодных и безработных сограждан, — идеология либерал-монетаризма именно в России не намерена сдавать рубежи. Более того, она планирует взять реванш за проигранное десятилетие, вернуть страну в ельцинское лоно и «встроить» наконец Россию в «мировое сообщество» — несмотря на то что оттуда нынче веет смертным холодом хаотизации и распада.

Часто бывает, что человек, исповедующий либерал-монетаризм, — политик, чиновник, собственник, журналист, экономист — искренне любит Россию и свято убежден в своей честности, неподкупности и эффективной работе на благо страны. Однако его идеологическая зашоренность, заскорузлые клише его «верований» не позволяют ему отклониться от выбранного «курса» и заставляют принимать решения в жестких рамках внутренней логики.

Что подразумевает собой «идеологическая», «структурная» приватизация, которая, по недавним заявлениям ряда высших должностных лиц, должна состояться в скорейшие сроки и невзирая ни на что? Она означает, что крупные пакеты государственной собственности должны быть проданы во что бы то ни стало, сколь бы малой ни была выручка. Чем объясняется такой подход? Он объясняется фанатической убежденностью чиновников и экспертов, обладающих либеральным теоретическим бэкграундом, в том, что так надо. Что частная собственность априори лучше и эффективнее государственной. Что так будет полезнее для страны.

И неважно, что давно профицитный бюджет не требует подобных жертв. Неважно, что в нашей стране охочий до маржи частный бизнес, увы, все чаще заканчивается то потоплением теплохода, то обесточиванием аэропорта, то пожаром в ночном клубе. Главное — непоколебимая убежденность в том, что распроданные компании привлекут многомиллиардные инвестиции.

Это уже не вопрос знания, это вопрос веры. Которая, увы, давно уже оторвалась от действительности — и в особенности от тех тектонических процессов в мировой экономике, в которых частные собственники обанкроченных предприятий, лопнувших банков и разоренных институтов все чаще и чаще прибегают к помощи родного государства.

О чем говорит Путин? Признавая, что передача части акций госкомпаний в частные руки — дело вполне допустимое, он предлагает подойти к этому процессу со всей тщательностью. Поглядеть на конъюнктуру рынка. Дождаться выгодной цены. Выбрать серьезного покупателя. Обеспечить социальную и инфраструктурную безопасность отрасли и страны. Тут недопустимо действовать по-большевистски и идти на принцип вопреки здравому смыслу.

К счастью, во власти имеются грамотные спецы, способные объяснить всю недальновидность «приватизационного наскока». Очень хочется верить, что, если продажа разумной части активов госкомпаний все же произойдет, она окажется честной, справедливой и максимально полезной для России и для большинства в ней живущих.

Корень всех бед

А, кстати, кто может себе позволить поучаствовать в столь масштабном шопинге? Класс крупных собственников. Кого мы видим в их лице? Вполне искренних и принципиальных приверженцев известного правила: «Прибыль превыше всего!» Эти ребята очень логично и последовательно перепродадут приобретенные активы любому зарубежному игроку, чуть только тот предложит выгодную цену. Это же бизнес, «ничего личного». А то, что работа приватизированных и расчлененных трубопроводных и электрических сетей, предприятий, портов и ГЭС может привести к повышению тарифов, погубить социальный сектор или оказаться просто застопоренной зарубежными конкурентами, лондонско-куршевельскую публику совершенно не волнует.

Теперь о нынешней гиперактивности либеральной уличной оппозиции. Чего хотят идеологи и вдохновители Болотной? Устранить Путина от власти? Есть еще цель, о которой уже прямо говорится: делегитимизация выборов, а значит, и делегитимизация всего государства. Что происходит, если власть признается «незаконной» и «преступной»? Государство «отменяется», и наступает анархия. Это будет полный беспредел, неистовая пляска «диких сил» и «невидимых рук рынка». Но мы же знаем, как и кто ловит рыбку в мутной воде! Мы помним это по 90-м годам, когда нынешние оппозиционеры были у власти. И ни за что не хотим повторения того мрака и жути.

Либеральная «философия смерти» подталкивает лидеров «болотной» оппозиции к походам по посольствам и «грантодателям». Та же самая концепция заставляет олигархов увозить из России свои семьи и свои деньги, скупая на Западе столичные кварталы, спортивные клубы и чудо-яхты. И буквально те же «идеалы» вынуждают адептов «приватизации 2.0» торопиться сбыть государственную собственность за бесценок, лишь бы соответствовать учебникам по монетаризму, написанным полвека назад.

Люди — слабы, и обвинять их в слепом фанатизме бесперспективно. Обуявшая их идеология, враждебная интересам России, ненавидящая сильное государство, однажды уже едва не погубившая великую страну, — вот наше истинное проклятие и беда.

С ней и нужно бороться.

Авторитетное мнение

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич: «Не будите лихо!»

В последнее время активизировались поборники форсированной приватизации госсобственности. В результате новой волны доля государства в крупных компаниях может сократиться до уровня менее контрольного пакета, в ряде случаев — до нуля. Помощник президента Аркадий Дворкович заявил, что доходы от приватизации должны составлять не менее 450 млрд рублей в год (ранее прогнозировалось 300 млрд). Михаил Абызов, назначенный в январе этого года советником президента с полномочиями формировать новое правительство, поддерживает планы по приватизации госкомпаний. Насколько оправданна такая политика, да еще при сжатых сроках? Что страна при этом заработает и потеряет?

— Финансового объяснения этому нет: цены на нефть высокие, бюджет профицитный. А кроме того, конъюнктура для продажи неудачная — это признают и сами приватизаторы. Поскольку нет экономического обоснования такой масштабной приватизации, то ее обозначили как структурную.

Не знаю, какая структура имеется в виду. Возможно, структура карманов или кошельков участников процесса.

Особо остро кто-то хочет приватизировать самые лакомые куски — энергетический сектор. Известно, что Абызов претендует на пост министра энергетики или даже вице-премьера. Уж его не надо учить, как немедленно проводить приватизацию. Абызов — известный «специалист». О его способностях говорит тот факт, что он не смог сразу окончить даже второй курс института — значительно позже диплом появился, — а тут взялся сформировать правительство всей страны. В свое время он ведал инвестиционными программами в РАО «ЕЭС» у Чубайса. В итоге «инвестпрограмма» привела к тому, что заведующий стал миллиардером, владельцем лучших предприятий отрасли. Сейчас перед ним открылись новые горизонты.

Почему приватизаторы так хотят начать с энергетического сектора? Почему форсируется этот процесс? Чтобы не помешали! Эти люди приходят ненадолго. Думаю, после выборов они не задержатся, а значит, надо «пилить» все и сразу — и «Роснефть», и «РусГидро», и Федеральную сетевую компанию (ФСК). Многие из назначенных к распродаже предприятий — монополисты, и уже по этой причине приватизация является ненормальной. Она ведет к разрушению системы государственного управления, росту цен, фактическому разграблению отрасли. Как показывает опыт предыдущих экспериментов РАО «ЕЭС», все будет переписано на нужных людей, а потом перепродано иностранным компаниям, и очень быстро. Параллельно распродадут «Роснано», авиастроительную и судостроительную компании. В результате ни кораблей, ни самолетов у страны не будет. А когда начнут выяснять почему, все благополучно спихнут на новых владельцев — частные компании. Некоторые куски госкорпораций иностранцы купят специально, чтобы окончательно их закрыть. Прежде всего потому, что это стратегические предприятия.

Сценарии давно известны по лихим 90-м. Возникает вопрос: зачем и кому это надо? Это не структурные изменения, а экономическое вредительство. Когда то, в период первой приватизации, людям обещали эффективный менеджмент, то же самое и здесь. На самом деле деньги в бюджете сейчас есть. Большинство указанных предприятий по своей сущности должны быть государственными. Через них государство может регулировать экономику, но тому, кто формирует «расширенное правительство», нет до этого дела, нужен быстрый «хапок».

Пострадают руководители компаний и трудовые коллективы. Такая стремительная приватизация программирует социальный взрыв. Причем в и без того непростой обстановке, на фоне вступления в ВТО. Фактически это обозлит того избирателя, к которому сейчас апеллирует в своей предвыборной программе Владимир Путин. Тех же, кто гонит новую волну, не волнует будущее страны. «Специалисты» скроются за границей. Возвращать компании будет так же сложно, как после 90-х. А потом всплывет Кудрин и объявит, что уже точно ни на что денег нет.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 13702

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...