Корреспондент «Труда» наблюдал его хорошо отлаженное и сбалансированное, но эмоционально холодноватое шоу.
Брайан Ферри, на днях отмечающий свое 66-летие, приехал в Россию в рамках тура «Olympia» в честь одноименной пластинки, вышедшей в прошлом году. Новых песен на концерте было совсем немного, но никто из зрителей не жаловался: большинст-во пришли, чтобы услышать старые хиты, да и просто посмотреть-послушать знаменитого Ферри, что бы тот ни пел. А поет он помимо собственных песен вещи Боба Дилана, Нила Янга, Джона Леннона и других. Исполнять чужие сочинения Ферри любит не мень-ше, чем свои: изрядная часть его сольных альбомов наполнена кавер-версиями.
Кроме того, на московском концерте было сыграно несколько песен легендарной Roxy Music — группы, в которой Ферри пел и продолжает петь, так как, возродившись в 2001-м, она время от времени предпринимает ностальгические мировые турне. В этом году, кстати, проходил юбилейный тур Roxy Music под названием «For Your Pleasure». Это не помешало Ферри добавить песни Roxy и в свой сольный репертуар: прозвучали такие вещи, как «If There Is Something» с первого альбома, страшноватая «Tara», изящная «My Only Love» и «Love Is A Drug».
Открылся концерт песней Скриминга Джея Хоукинса «I Put A Spell On You» — три месяца назад на этой же сцене ее пел Джон Фогерти, но версия Ферри совершенно иная: из яростного вопящего блюза он сделал свой фирменный томный танцевальный номер.
Затем без лишних церемоний Ферри выдал «Slave To Love» и «Don’t Stop The Dance», то есть два едва ли не самых известных своих хита. То, что артисты обычно приберегают на конец, Ферри исполнил в первые десять минут концерта — это его фирменный прием, немного обескураживающий публику, зато освобождающий ее от напряженного ожидания чаемого хита.
По сравнению с московским концертом четырехлетней давности можно сказать, что Ферри держал себя крайне сдержанно. В этот раз было больше визуальных идей, но гораздо меньше энергии на сцене. Сэр Брайан делом крепил образ аристократа от рок-н-ролла: непременный строгий костюм и небрежные телодвижения. Зато на помостах сзади бодро извивались две танцовщицы. На сцене вообще было много народу: две бэквокалистки и саксофонистка-клавишница Жорья Челмерс (Ферри, как всегда, окружил себя красивыми женщинами), еще один клавишник, два гитариста, басист и ударник. Иногда в этом туре на концерте играют сразу два барабанщика — Энди Ньюмарк и сын Ферри Тара, но в Москве обошлись одним Ньюмарком. На экран проецировался весьма гармоничный видео-ряд: фрагменты клипов, космические просторы, цветная графика.
Публика, полгода ждавшая приезда своего любимца (апрельский концерт был перенесен на осень из-за болезни певца), пребывала в восторге, а на песне «Let’s Stick Together» большая часть сидячего партера вскочила на ноги. Последним номером концерта оказалась композиция Айзека Хейза «Hold On (I’m Coming)». Вопреки тому, что поется в этой песне («держись, я иду!»), Брайан Ферри, окончив ее, ушел. И на бис не возвращался.
Впрочем, через пару месяцев Ферри вернется в Москву — уже в компании с моделью Кейт Мосс — для открытия своей выставки «Olympia: Kate Moss by Bryan Ferry», на которой будет представлена серия фотографий, сделанных для обложки последнего альбома певца.
