Труд: НАДЕЖДА ТОЛЬКО НА БОГА И ГОСУДАРСТВО

Главная Жизнь 01:01 25 Июня 2002 3309

НАДЕЖДА ТОЛЬКО НА БОГА И ГОСУДАРСТВО

Эта история о трагическом происшествии, в результате которого двоим молодым россиянам африканский суд вынес, как убеждены их родственники и адвокаты, безосновательный и жестокий приговор - смерть через повешение.

Базавлук Сергей

Напечатать

НИ УЛИК, НИ СВИДЕТЕЛЕЙ
15 декабря 1997 года на острове Занзибар (провинция Танзании) произошла трагедия. Утром при пожаре в своей квартире погиб пятнадцатилетний Алексей Сотников. Он был сыном российских граждан, работавших в этой далекой стране по контракту ООН. Вечером того же дня местная полиция арестовала друзей погибшего - семнадцатилетнего Ивана Очирова и шестнадцатилетнего Дмитрия Косякова, также детей россиян.
...Дружившие ребята договорились встретиться в то утро и поехать на пляж. Подъехав к дому Алексея на мотоцикле, мальчишки обнаружили, что дверь закрыта, и уехали. Через некоторое время из окон квартиры Сотниковых пошел дым. Соседи вызвали пожарных, которые и обнаружили в квартире труп подростка.
Основными уликами африканских следователей были сбивчивые показания свидетелей: "Да проезжали тут какие-то белые на мотоцикле". К этому присовокупили еще тот факт, что подозреваемые "не оказывали сопротивления при аресте". Это и понятно. Откажись ребята проследовать в полицейский участок или, не дай Бог, начни выяснять отношения, их тут же могли бы и пристрелить. Однако мама Ивана заступилась за сына, когда в дом пришли полицейские.
- Я попыталась выяснить, что им надо от наших детей, - рассказала в интервью корреспонденту "Труда" Марина Очирова. - Ответом стал удар пудовым кулаком одного из капралов мне в лицо. Только через две недели судья объявил, что ребят подозревают в "неумышленном убийстве".
ОХРАННИКИ ИЗБИВАЛИ ИХ НОЧЬЮ
Дальше начали происходить странные, мягко сказать, вещи. Мать погибшего, врач по специальности, не потребовала установить причину смерти сына. Вместо этого она забрала его тело (полиция этому не препятствовала) и первым же самолетом вывезла в Россию, где и похоронила его - также без проведения судебно-медицинской экспертизы. Естественно, для матери потеря ребенка - ужасная трагедия, способная затмить разум. Однако даже по прошествии пяти лет Ириада Сотникова, мама Алеши, отказывается разговаривать с журналистами...
Следствие длилось год. Попытки обращения за помощью в ООН, по контракту с которой все участники трагедии находятся на Занзибаре, не дали ощутимых результатов. А исходя из документов, которыми сейчас уже располагают и российские адвокаты, видно, что следователи не стали себя даже утруждать поиском истинных виновников гибели Алексея. Не стоит говорить и о том непрофессионализме, который они продемонстрировали. Не было проведено и запротоколировано ни одного допроса подозреваемых. Мало кто знает, что такое тюрьма по-африкански. По местным законам подозреваемых в совершении преступления могут кормить родственники. В противном случае попавшим за решетку будут давать варево тюремного приготовления, которое не станут есть даже коренные жители.
После вынесения приговора заключенных вообще можно посещать только раз в месяц. Все остальное время ребята просто голодали. Вот выдержки из заключения тюремного врача о состоянии здоровья Очирова Ивана: "Тяжелая аритмия сердца, давление крови 80 на 50, тяжелая форма истощения, прогрессирующая потеря веса, малярия... Состояние заключенного плохое, нестабильное... По всем вышеперечисленным причинам он срочно должен быть доставлен в госпиталь..."
- Когда я увидела Ивана через месяц после суда, то не узнала собственного сына, - продолжает Марина Очирова, с трудом сдерживая слезы. - Он был похож на собственную тень. Первое, что пришло мне в голову, - таких людей показывали по телевизору в передаче про концлагерь. Это было ужасно.
За время нахождения в тюрьме Ивану и Дмитрию пришлось столкнуться и с другим испытанием. Ребятам периодически "накладывали хну". Это один из изощренных методов "перевоспитания", который используют местные тюремщики. Заключается он в том, что заключенных бьют палками по ступням до тех пор, пока они не превратятся в кровавое месиво.
А однажды ночью, кстати, незадолго до первого суда, их разбудили охранники. Здоровенные мужики раздели ребят догола и начали избивать палками. При этом один из офицеров сказал: "Бейте их сильнее, я хочу посмотреть, как у белых идет кровь". Ночные избиения были зафиксированы тюремными врачами и по просьбе защиты показаны всем присутствующим на суде. По этому факту было заведено даже уголовное дело. Но, как обычно бывает в таких случаях, впоследствии оно было закрыто.
В КАМЕРЕ СМЕРТНИКОВ
Итогом долгого расследования стал приговор, который был выслан по почте (судья, слушавший дело, жил в Нигерии, а в Занзибар приехал только на слушание дела по контракту) и зачитан 31 мая 2001 года заместителем верховного судьи Занзибара - спустя целый год после слушания.
- На суд пришло очень много народу,- рассказывает мама Ивана Очирова. - Даже местные были уверены, что ребят выпустят. Тем более что сам судья указал на отсутствие прямых доказательств их вины. Услышав, что Дмитрия и Ивана признали виновными в неумышленном убийстве и приговорили к 15 годам лишения свободы, люди были в шоке. Ребята просто плакали. Мы с адвокатами стояли в растерянности.
Оправившись от удара, родители Вани и Димы подали на апелляцию. 17 апреля 2002 года был зачитан приговор Апелляционного суда Танзании (Занзибар входит в состав Танзании). Обычно во всем мире подобного рода инстанции в случае пересмотра наказания либо оставляют его без изменения, либо смягчают приговор. Танзанийский суд принял фантастическое решение: если не нравится 15 лет, пусть будет смертная казнь через повешение.
- Когда был вынесен второй приговор, я поняла, что надеяться на справедливость уже невозможно, - говорит Марина Очирова. - Остается только вера в Бога и в родное государство. Я решила ехать в Москву...
После приезда Марины и ее мытарств по всевозможным кабинетам от Госдумы до администрации президента и приемной МИДа, посольство России в Танзании направило ноту местному руководству с просьбой воздержаться от исполнения приговора. Одновременно через местных адвокатов были поданы прошения о помиловании на имя президента Танзании, а также ходатайство в апелляционный суд о новом пересмотре дела.
Российский консул в Танзании Андрей Амелин с самого начала поддерживал родителей осужденных. Он навещал ребят, когда они находились в тюремном госпитале, добивался для них всяческих поблажек.
Российский посол в Танзании Доку Завгаев заявил, что "смертный приговор не будет приведен в исполнение ввиду действующего в этом африканском государстве моратория на смертную казнь". Глава дипломатической миссии встретился с президентом Занзибара Каруме для "обеспечения объективного разбирательства по указанному делу и вынесению по нему справедливого приговора". Во время беседы тот пообещал Завгаеву, что намерен использовать предоставленные ему конституцией полномочия, чтобы не допустить приведения смертного приговора в исполнение.
Но родители настаивают на полном и объективном пересмотре дела. В случае обычной амнистии Иван и Дмитрий так и останутся с клеймом преступников, которое незаслуженно будет сопровождать их всю жизнь. Пока же юноши находятся в камере смертников, где каждую минуту может отвориться дверь и их поведут на эшафот.
Член Московской коллегии адвокатов, директор Центра содействия международной защите Карина МОСКАЛЕНКО:
- Это очень непростое дело. Мы изучили его, что называется, "от корки до корки" и обнаружили чудовищные процессуальные ошибки, которые были допущены следователями. Я не берусь даже говорить, кто виноват. Существует целый ряд необходимых требований, без соблюдения которых нельзя выносить приговор. Эти требования выполнены не были.
Самое главное упущение - отсутствие в деле медицинского заключения о причине смерти. Имеются приблизительные суждения, сделанные полицейскими на месте обнаружения трупа после его визуального осмотра. Без такого заключения нельзя с полной уверенностью говорить о насильственной смерти. Все обвинение строилось на косвенных доказательствах. Но, судя по материалам дела, они не более чем предположения, к тому же непоследовательные.
Мы собираемся подготовить обращение в одну из наиболее влиятельных организаций - Международный суд по правам человека. Причем копия обращения обязательно будет направлена президенту Занзибара. Дело в том, что судьба ребят в значительной степени зависит от политической воли как местного, так и нашего руководства. Мой опыт с российскими летчиками, попавшими в тюрьму в Индии, говорит о том, что подобные вопросы решить можно.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 6100

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...