24 февраля 2018г.
МОСКВА 
-15...-17°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 56.76   € 69.63
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

Санкции: мотив понятен, но где же логика?

Фото: globallookpress.com
Мария Золотова
Опубликовано 00:05 27 Декабря 2017г.

«Роснефть» оспаривает политически мотивированные решения Cовета ЕС


«Роснефть» считает юридическим произволом санкции, введенные против нее Евросоюзом, так как компания не имеет отношения к кризису на Украине, не оказывает влияния на политические и экономические процессы, происходящие в этой стране, и, следовательно, в решении Совета ЕС нет никакой логики«. Такое заявление сделали в российской нефтяной компании по итогам слушаний, прошедших в Европейском суде юстиции общей юрисдикции.

Напомним, что 13 декабря суд провел заседание по иску «Роснефти», который компания подала в октябре 2014 года. «Роснефть» в иске требует аннулировать решения Совета ЕС, начиная с 31 июля 2014 года, о введении экономических санкций в отношении РФ в целом или только применительно к «Роснефти». Компания вновь подтвердила свою позицию, что санкции, введенные ЕС против нее, необоснованны, субъективны и незаконны.

«Роснефть» оспаривает санкции, введенные в 2014 году в отношении нефтяного сектора. Европейские санкции ограничивают поставки товаров и услуг для использования в арктических, глубоководных и сланцевых поисках и в производстве нефти в России, а также положения о ценных бумагах и кредитовании, ограничивающие предоставление финансирования и услуг по торговле акциями определенным российским компаниям, в том числе «Роснефти».

Юридический произвол

«Применение санкций против частных коммерческих компаний не может быть оправданно, поскольку они не участвуют в принятии политических решений. Следовательно, трансляция санкций на корпоративный уровень является юридическим произволом», — сказал журналистам представитель «Роснефти».

«Переносить политическое решение на корпоративный уровень неправильно и несправедливо, — отмечает депутат австрийского парламента Йоханнес Хабнер. — Вы не можете наказывать частные компании за то, что делает правительство. Это способ коллективного наказания, применяемый в американской внешней политике уже несколько десятилетий подряд. Американцы использовали режим санкций с 70-х годов, чтобы остановить развитие определенных стран, попытаться наказать их, принудить к смене режима. Это не европейская традиция, но европейская внешняя политика во многом зависит от решений Америки. Отсутствует какая-либо автономная сфера для маневрирования, и это было видно по делу о российских санкциях. Ни одна европейская страна, за исключением Польши и Латвии, не хотела применять эти санкции в самом начале (март — май 2014 года). Но после того, как было оказано давление со стороны США, Меркель и Германия сдались, и все европейские правительства отказались от своих позиций в течение нескольких дней. Американская внешняя политика сыграла на задворках европейской экономики».

Представитель Совета ЕС в ходе слушаний попросил суд отклонить иск «Роснефти» об отмене санкций и принять решение, аналогичное тому, что было вынесено 28 марта, когда Европейский суд справедливости признал санкции в отношении российской нефтяной компании обоснованными. Согласно позиции Совета ЕС его адвокаты настаивают на том, что Европейский суд юстиции общей юрисдикции не имеет компетенции в решении этого вопроса, так как оспариваемый вопрос находится в сфере общей внешней политики и политики безопасности Евросоюза. Адвокат Лоде Ван Ден Хенде, представляющий интересы «Роснефти» в этом судебном процессе, пояснил журналистам, что процедура вынесения решений по таким искам занимает от полугода.

Мартовское решение Суда справедливости — это разъяснение на запрос суда Великобритании, сделанный в ходе рассмотрения иска компании. В рамках данной процедуры суд не проводил полноценный процесс по рассмотрению требования «Роснефти» об аннулировании санкций, поскольку предметом судебного разбирательства были не требования самой российской компании, а запрос национального суда о толковании норм права.

Стоит отметить, что разъяснения Суда справедливости ЕС не являются обязывающими для Суда ЕС общей юрисдикции, хотя это инстанции одной судебной системы. Согласно процедурным нормам первая инстанция теперь обязана провести полноценный процесс и рассмотреть все аргументы российской компании, включая те, которые не были прокомментированы в разъяснениях высшей инстанции.

«Роснефть» отмечает, что акты, которыми приняты санкции, не содержат существенных аргументов, обосновывающих их применение. «Ни решение, ни регламент, принятые Советом ЕС, которыми были введены санкции в отношении НК «Роснефть» и российской нефтяной отрасли, не содержат обоснования для применения санкций. Более того, данный процесс является уникальным: все его участники согласны с тем, что НК «Роснефть» не совершала никаких противоправных действий ни в одной юрисдикции, где она ведет свою деятельность, включая Украину», — отметил представитель компании.

По его словам, «Роснефть» на основании законодательства о раскрытии информации направляла запросы в государственные органы стран — участниц ЕС и компетентные органы Евросоюза с просьбой сообщить об основаниях для введения санкций, затрагивающих деятельность компании. «Ответы, как правило, не предоставлялись либо предоставлялись формальные ответы, в которых не было содержательных аргументов. В то же время существующая практика суда ЕС сформировала принцип, запрещающий применение направленных санкций без уведомления объекта санкций о причинах введения таковых», — добавил представитель «Роснефти».

Бумеранг бьет по акционерам

«Роснефть» считает, что санкции Евросоюза дают возможность европейским контрагентам компании уклоняться от исполнения договоров, хотя, по мнению неф-тяной компании, принцип обязательности исполнения договора — pacta sunt servanda — является незыблемым фундаментом деловых отношений в Европе и должен быть изолирован от сиюминутной политической конъюнктуры.

«Роснефть» соблюдает ключевые принципы рыночных отношений и исходит из того, что стороны обязаны выполнять заключенные контракты, которые не могут становиться предметом политического давления и шантажа«, — отметил представитель «Роснефти», добавив, что санкции также наносят вред и самим европейским партнерам, и акционерам «Роснефти».

По мнению «Роснефти», «политически мотивированные санкции наносят серьезный ущерб акционерам компании: мешают эффективной работе менеджмента, ограничивая доступ к финансовым рынкам и создавая препятствия для реализации перспективных проектов».

Не стоит забывать, что «Роснефть» является международной публичной компанией, акции которой торгуются на российских и международных биржевых площадках. Среди акционеров «Роснефти» — десятки тысяч частных лиц, в том числе иностранцев. Крупнейшим после российского государства акционером является концерн BP, которому принадлежит 19,75% акций компании. С конца прошлого года пакетом в 19,5% акций «Роснефти» владеет также международный консорциум, в который входят швейцарский нефтетрейдер Glencore и Суверенный катарский фонд. Таким образом, практически половина акций компании принадлежит международным акционерам.

Кроме того, «Роснефть» считает, что введенные ограничения наносят экономический ущерб и ее европейским партнерам, производящим технологическое оборудование, европейским банкам и инвестиционным фондам, которые сотрудничали с российской неф-тяной компанией по кредитным соглашениям и стремились инвестировать в развитие российской нефтяной промышленности.

«Санкции бумерангом ударяют по европейской индустрии и финансовому сектору. В одной только Германии 300 тысяч рабочих мест привязаны к производству оборудования, импортируемого в Россию. «Роснефть» является крупнейшим поставщиком энергоносителей в ЕС, и, как следствие, значительный сегмент инвестиционной деятельности компании был направлен на реализацию проектов в Европе. Однако с введением санкций это направление деятельности пришлось значительно ограничить. Следовательно, санкции имели пагубные последствия для большого числа европейских компаний», — добавил представитель «Роснефти».

В результате санкций «Роснефти» пришлось выйти из ведущего итальянского НПЗ Saras, так как у российской компании не было возможности приобрести контрольный пакет актива, что, безусловно, имеет негативное влияние на нефтеперерабатывающую отрасль Италии.

«Роснефть» всегда была надежным партнером для европейских компаний, — отмечают в компании, — обеспечивала бесперебойные поставки нефти в Европу, полностью выполняя обязательства по долгосрочным контрактам. Ни одна другая российская компания не сотрудничала так тесно с американскими и европейскими грандами. У «Роснефти» сложились тесные связи с ExxonMobil, Statoil, BP, Eni, Pirelli, General Electric и т. д. И санкции стали искусственным вмешательством в живые ткани делового международного сотрудничества«.

Противники санкций в ЕС

На следующий день после заседания суда ведущие итальянские парламентарии выступили с декларацией, осуждающей санкционную политику. Заявление подписали квестор сената Лучио Малан, депутат Европейского парламента Альберто Чирио, президент фонда Ki-An Фабрицио Бертот, известный журналист Алессандро Мелуцци. «Если Европейский суд отклонит жалобу «Роснефти», — говорится в заявлении, — он утратит возможность исправить политическую ошибку, что было бы в экономических интересах стран ЕС. Санкции, официально введенные в связи с присоединением Крымского полуострова и впоследствии связанные с кризисом на юго-востоке Украины, сами по себе уже сомнительны по существу и необоснованно наносят ущерб не только российской экономике, но и всему европейскому континенту. В части, затрагивающей «Роснефть», они даже противоречат официальным обоснованиям их введения в связи с тем, что компания, действующая в конкурентном режиме на европейской территории на основе соглашений и контрактов, предусмотренных в соответствии с европейскими стандартами, не сыграла никакой роли в присоединении Крыма и никоим образом не заинтересована в дестабилизации в украинских регионах Юго-Востока и происходящей там человеческой трагедии. «Роснефть» является значимым участником европейских проектов, она работает в сотрудничестве и партнерстве с крупнейшими европейскими энергетическими компаниями. Поэтому санкции, наложенные на «Роснефть», сильно ухудшают и без того довольно пагубные последствия санкционной политики, особенно для Италии. Поскольку Италия не только является крупным потребителем энергии, но и имеет также технологические преимущества в компаниях энергетического сектора, которые в сотрудничестве с Российской Федерацией могли бы создать большие возможности для экономического роста».

«Европейским государствам был нанесен значительный ущерб, — говорит депутат австрийского парламента Йоханнес Хабнер. — Все зависит от конкретной страны: в Австрии, Германии и Италии он был огромным. В других странах, таких как Испания, которые не особенно тесно связаны с российской экономикой, ущерб не такой тяжелый».

«Ущерб несут не только крупные европейские компании — также страдает малый и средний бизнес, — утверждает депутат бундестага Маркус Фронмайер. — Россия и российские компании являются важными деловыми партнерами, особенно для немецких коллег. По сообщению газеты Handelsblatt, опубликованному несколько месяцев назад, немецкий экспорт в Россию уменьшился на 42%, а число рабочих мест сократилось на 60 тысяч. Поэтому можно утверждать, что санкции вредят не только России, но и Европе». Такие государства, как Германия, должны принимать подобные решения, руководствуясь прежде всего своими национальными интересами. Однако режим санкций, введенный против России, не служит ни экономическим, ни политическим интересам Германии. Да и другие европейские страны не получают никаких преимуществ от санкционного режима, установленного для Москвы«.

«Судебный иск «Роснефти» должен заставить Брюссель осмыслить и пересмотреть свой текущий подход к России, — пишет европейское издание EU Reporter. — Членам ЕС было бы разумно это сделать, поскольку эффективность ограничительных мер не привела к большому успеху. Даже близко не достигнув первоначально сформулированных политических целей, санкции в значительной степени не оправдали себя и негативно повлияли на экономики стран Европы».

По оценкам австрийского исследования 2015 года, торговые потери Европы от ограничений составили около 100 млрд евро и подвергли риску 2 млн рабочих мест в результате двукратного сокращения экспорта в Россию с момента их вступления в силу. Неудивительно, что больше всех пострадала крупнейшая экономика Европы. Германия ощутила на себе всю тяжесть сокращения торговли с Россией, что обусловлено высокой степенью взаимозависимости двух экономик. В результате, по данным все того же австрийского исследования, до 465 тысяч немцев могут лишиться работы. В 2015 году немецкий экспорт в Россию упал на 26% по сравнению с предыдущим годом. Даже если торговля между двумя странами слегка вырастет в 2017 году, Берлин находится под огромным давлением со стороны немецких компаний, требующих облегчить экспорт в Россию любой ценой.

Как следствие, общий фронт поддерживающих ограничительные меры в отношении России разваливается. Когда в июле Соединенные Штаты предложили расширить антироссийские санкции, высокопоставленные государственные служащие Германии поспешили всем своим авторитетом поддержать немецкую промышленную ассоциацию, выступившую с заявлением о том, что дальнейшие шаги США в этом направлении нанесут вред предприятиям Германии. Затем министр экономики Бригитта Циприс провозгласила, что американское предложение «идет вразрез с международным правом» и что Вашингтон не должен наказывать немецкие компании за наличие у них деловых интересов в России. Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль под давлением немецкого бизнеса вынудил ЕС дать отпор новым санкциям США, заявив, что Берлин не потерпит каких-либо ограничений в отношении немецких фирм, вовлеченных в энергетические проекты в России. С тех пор Габриэль стал первой скрипкой в политическом оркестре Германии, выступающем за смягчение санкционного режима. В сентябре 2017 года он предложил ЕС рассмотреть вариант «постепенного смягчения санкций», чтобы улучшить отношения с Россией.

«Зачем Брюссель продолжает настаивать на поддержании ограничительных мер в отношении России? — задается вопросом EU Reporter. — В результате этих мер преимущества не получили ни Германия, ни другие европейские страны. Ставить под угрозу экономическое процветание Евросоюза ради получения идеологических галочек — это слабо сочетается с принципом общей солидарности, который так часто расхваливают еврократы. Суть в том, что сохранять санкционный режим, не приносящий результата, нелепо. Со стороны Брюсселя было бы мудро сделать шаг назад и пересмотреть свою политику».

Скрытые цели

По мнению «Роснефти», санкции ЕС были приняты для достижения скрытых целей, а именно — для нанесения долгосрочного ущерба неф-тяной промышленности России. «Иначе как объяснить, что ограничения, поводом для которых послужило воссоединение Крыма с РФ и ситуация на Украине в целом, касаются таких вопросов, как доступ нефтяных компаний на международные финансовые рынки, нефтедобыча на арктическом шельфе, разработка трудноизвлекаемых запасов, глубоководных и сланцевых месторождений. Компания считает, что санкции, которые были введены против нее странами ЕС, в первую очередь нацелены на то, чтобы помешать реализации значимых проектов и создать таким образом преференции для других игроков на нефтяном рынке», — отметил представитель компании.

«Роснефть» считает, что санкции в том числе являются способом конкурентной борьбы и объясняются «стремлением увеличить для России риски ведения бизнеса и создать необходимые предпосылки для вытеснения российских компаний из Азиатско-Тихоокеанского региона, где постоянно растет уровень энергопотребления».

«Системное манипулирование и создание неравных условий конкуренции может негативно сказаться на репутации Европейского союза. Тем более энергетика, также как и производство продовольствия, — это стратегически важная отрасль экономики, которая в принципе не должна подвергаться неправомерному вмешательству, политическому давлению и манипулированию, поскольку имеет определяющее значение как для жизнеобеспечения граждан, так и для глобальной экономической конъюнктуры», — сказал представитель «Роснефти».

По словам члена руководства фракции «Альтернатива для Германии» Ханса-Йорга Мюллера, «введение санкций в отношении «Роснефти» — это злоупотребление Западом своим политическим влиянием, к которому он прибегает, чтобы ослабить экономическую и политическую конкуренцию со стороны России». «Не секрет, что Вашингтон пытается усилить свое влияние на европейский рынок, используя для этого и инструмент антироссийских санкций, — отмечает член немецкого бундестага Маркус Фронмайер. — Но мы не должны забывать, что Германия — высокоразвитая страна и мощная европейская экономическая держава. Нам нужен надежный энергетический рынок с участием на нем, несомненно, наших российских партнеров. А инструмент экономических санкций против России и российских компаний вреден и для наших национальных интересов, и для деловых интересов Европы».

Концептуальные противоречия

По словам представителя «Роснефти», «односторонние экономические санкции по определению ограничивают торговлю и противоречат действующим положениям Соглашения о парт-нерстве и сотрудничестве (СПС) между Россией и ЕС, подписанного в 1994 году. Таким образом, решение ЕС о введении санкций фактически является легитимированным отказом от своих международно-правовых обязательств. Ведь, в соответствии с установившейся судебной практикой, данное соглашение является обязательным для институтов ЕС и может служить основанием для оспаривания частными лицами и компаниями актов ЕС.

Стоит заметить, что ст. 10 Соглашения о сотрудничестве и партнерстве ссылается не только на пошлины, но и на другие способы ограничения торговли. Поэтому санкции, отказывающие «Роснефти» в возможности закупать определенное техническое оборудование, являются, без сомнения, грубым нарушением данной статьи. Суд оправдывает подобные нарушения ст. 99 соглашения, которая позволяет сторонам принимать любые необходимые меры для защиты внут-ренней безопасности. Однако нет поводов предполагать, что действительно существует серьезная угроза безопасности ЕС.

Реальность такова, что на данном историческом этапе Совет ЕС (орган, в который входят лидеры национальных правительств) готов отказываться от обязательств, закрепленных в международных договорах, объясняя это соображениями общеевропейской безопасности. Именно этот институт, согласно Лиссабонскому договору о реформе ЕС, формирует «общую внешнюю политику» и имеет право принять любое политически мотивированное решение, которое, как мы видим, очень сложно оспорить в наднациональных институтах, в том числе и в Суде ЕС.

«Приняв законодательный акт, Совет ЕС нарушил основополагающие принципы функционирования ЕС, — объясняют в «Роснефти». — По вопросам, связанным с общей внешней политикой и политикой безопасности (ОВПБ), решения принимаются единогласно на основании Договора о Европейском союзе. Такие решения являются политическими и должны устанавливать основные принципы, касающиеся ОВПБ. Дальнейшие положения, связанные с практической реализацией решения, разрабатываются Еврокомиссией и другими органами ЕС и принимаются на основании Договора о функционировании Европейского союза. В случае санкций ЕС относительно России Совет ЕС принял настолько детализированное решение, что оно фактически подменяет собой законодательный акт. Таким образом, Совет ЕС проигнорировал законодательную процедуру и узурпировал полномочия, исключив из процедуры принятия нормативных актов другие органы ЕС».

Фактически дело «Роснефти» поднимает фундаментальный вопрос о системе распределения властей в ЕС, противоречиях между наднациональными и межгосударственными институтами. Когда решения органа исполнительной власти фактически нарушают контрактные права — что это, как не разрушение устоев европейской правовой системы?

«Когда наднациональный институт оказывает давление на своего члена, заставляя его принимать меры, противоречащие собственным интересам, настало время обсудить влияние и силу таких институтов, — говорит Маркус Фронмайер. — Это почти философский вопрос, поскольку Евросоюз очень часто действует, ссылаясь на европейские интересы или интересы своих государств-членов. Как правило, никто не сомневается, что Европейский суд общей юрисдикции принимает весьма политизированные решения. Но это, к сожалению, лишь одна из составляющих генетического расстройства всей брюссельской надгосударственной структуры».

«Совет Европы является политическим инструментом и не должен принимать законы, поскольку в Европейском союзе существуют различные процедуры принятия законов, — объясняет Йоханнес Хабнер. — Я бы сказал, этот орган превысил свою компетенцию, приняв закон о санкциях. Закон о санкциях должен был пройти обычную юридическую процедуру. Но ее просто пропустили, чтобы ускорить процесс. Это смесь внешней политики и злоупотреб-ления правовыми инструментами против частных компаний». По словам французского экономиста Жака Сапира, «санкции важны для европейских лидеров с идеологической точки зрения, нарушая при этом основополагающие принципы Европейского экономического сообщества — демократию, плюрализм, солидарность».

Судебные прецеденты

Еще один важный момент: суд проигнорировал существующие собственные прецеденты, когда решение о санкциях ЕС было пересмотрено в связи с отсутствием веских аргументов. Например, иранские банки, включенные в санкционный список Евросоюза, успешно обжаловали постановление ЕС. Суд признал, что они не связаны с ядерной программой Исламской Республики Иран, которая была объектом санкций, а наличие тесных связей с иранским государством не является достаточным аргументом для их включения в список.

В сентябре 2014 года Европейский суд общей юрисдикции признал незаконной заморозку активов Центробанка Ирана, поскольку основания, представленные Советом ЕС, были слишком «туманными и лишенными деталей». Иранские прецеденты закрепили в европейском правовом поле принцип, согласно которому санкции должны иметь доказательную базу и четкие формулировки.

Дело «Роснефти» отличается от дел с участием иранских банков прежде всего тем, что в случае иранских банков санкции применялись к лицам, которые обвинялись в противоправных действиях. Лица, которые не принимали участия в противоправных действиях, но попавшие в список, имели право требовать исключения из этого списка. В случае «Роснефти» ситуация противоположная — ни в актах, которыми введены санкции, ни в судебных документах никто не утверждает, что компания замешана в каких-то незаконных действиях. Напротив, все участники дела согласны, что «Роснефть» не нарушала законов и ей, по сути, приходится возражать против обвинений, которые никто не выдвигал, и против самого принципа (нового для ЕС) — взятия заложников среди коммерческих компаний с целью нанесения ущерба другому государству.

Примером отмены санкций является успешное обжалование и отмена санкций рядом украинских граждан. Эти граждане добились исключения из санкционных списков подозреваемых в присвоении и незаконном переводе украинских государственных средств в связи с недоказанностью обвинений. Это, кстати, стало свидетельством того, что «крымские» санкции в целом составлены наспех и не имеют продуманной юридической базы.

Напомним, что в июле 2014 года Евросоюз ввел секторальные экономические санкции против России в связи с присоединением Крыма и событиями на востоке Украины. Санкции коснулись предприятий оборонного, энергетического и финансового секторов. Под санкции в частности попали банки с госучастием (Сбербанк, ВТБ) и крупные нефтегазовые компании («Роснефть», «Газпромнефть», «Транснефть»). В последний раз санкции продлевались в июле 2017 года, срок их действия истекает 31 января 2018 года.

Несмотря на то что весной этого года убедительная аргументация незаконности санкционных мер, предоставленная «Роснефтью» в Суде справедливости ЕС, была фактически проигнорирована, компания продолжает последовательно защищать интересы своих акционеров, в том числе и от влияния неправомерных санкционных ограничений, используя все имеющиеся в ее распоряжении правовые инструменты.


Loading...





Слова актера Алексея Серебрякова о хамстве как «национальной идеи» России вызвали широкий резонанс. А вы как к ним относитесь?