Космическая одиссея в тайге

Фото из личного архива автора.

По следам экологической экспедиции «Труда», высадившейся в Сибири 25 лет назад


Эти пожелтевшие от времени газетные вырезки я бережно храню в своем архиве. Четверть века назад мне посчастливилось воплотить в жизнь экологический проект, получивший широкий международный резонанс. Вместе с редакцией газеты «Труд» мы организовали настоящую космическую эпопею в тайге: с группой космонавтов прошли на плотах по таежной реке Таймуре. Этот приток заполярной Нижней Тунгуски остается одним из немногих уголков планеты, где природа сохранилась в первозданной красоте. Никогда не забуду те полторы недели удивительных приключений на земле древней Эвенкии.

Спросите, почему именно космонавты? Потому что с орбиты эти мужественные люди имели возможность не только любоваться Байкалом, Нилом, Ниагарским водопадом и прочими чудесами света — они воочию наблюдали серьезные, порой уже необратимые глобальные изменения, происходящие с природой и климатом нашей голубой планеты. Зияющие провалы кимберлитовых трубок в Южной Африке, угольные разрезы Кузбасса и терриконы Донбасса, клубы смога над азиатскими мегаполисами, просеки сплошных вырубок в тропических лесах Амазонки, считавшихся легкими планеты... Перечислять можно бесконечно, но, говорят, воистину апокалипсическая картина открывается с орбитальной высоты на руко-творные «острова» из мусорного пластика, которые течение гоняет по бескрайним просторам Тихого океана.

Американский астронавт Ричард Кови по этому поводу написал так: «С орбиты земной шар представляется маленькой, хрупкой драгоценностью, но если приглядеться внимательнее к деталям, то можно заметить отчетливые признаки конца земной жизни». Российский космонавт Владимир Джанибеков, побывавший в пяти звездных командировках, сказал, что сегодня мы все находимся на борту медленно тонущего судна. Пробоин в бортах все больше, а у экипажа катастрофически не хватает времени и сил на латание дыр...

Так вот, наша экспедиция хотела сказать современникам: настала пора спасать наш общий дом, который стал жертвой безудержного потребления и бездумной эксплуатации природных богатств. А чтобы призыв услышали в разных уголках планеты, мы пригласили в ту экспедицию героев космоса. Отозвались россияне Геннадий Манаков и Анатолий Арцебарский, немец Зигмунд Йен, чех Владимир Ремек и австриец Клеменс Лоталлер. Члены интернациональной команды связаны со Звездным Городком, где все в разное время проходили подготовку к полетам. Там же и я проводил для будущих космонавтов занятия в школе выживания. Не скажу, что нам пришлось бороться за жизнь, как героям фильма «Время первых», но те уроки в путешествии по Эвенкии нам очень пригодились.

Экспедицию вертолет высадил в тайге на берегу реки, за сотни километров до ближайшего жилья. Мы своими руками срубили лиственницы и связали два плота, погрузили на них нехитрый скарб и пустились вплавь по течению в самое сердце заповедного уголка Сибири. По берегам открывались величественные картины: еловые и лиственные леса время от времени сменялись большущими полянами, усыпанными брусникой или заросшими папоротником. Случалось, на песчаный откос выходил лось и долго стоял неподвижно, всматриваясь в пришельцев. В серой мгле полярной ночи охотились на грызунов лисы, которые не обращали внимания на скользившие по вод-ной глади плоты. По всему было видно, что память зверей не хранила образ врага в человеческом обличье. В бескрайней тайге чувствовалась библейская первозданность, которая одновременно и восхищает таинственным обаянием, и подавляет, в которой человек чувствует себя маленьким и потерянным, но при этом ощущает полную свободу и счастье.

Геннадий Манаков в первый день вызвался добывать пропитание. Достал удочки, ушел на перекат и за полчаса натаскал ведро крупных хариусов. Ужин стал подходящим поводом для рефлексии и душевных разговоров. Все согласились, что борьба за сохранение баланса в природе является, по сути, борьбой за выживание человечества, а самоограничение для нас самих — вещь совершенно необходимая. Если мы не признаем, что возможности Земли ограниченны, и радикально не изменим нашего циничного, беспардонного к ней отношения, следующие поколения застанут планету опустошенной. В общем, в результате такого разговора мы пришли к общему согласию: все время сплава по реке ведем аскетический образ жизни: берем от природы ровно столько, сколько необходимо, — и ничего более.

Ну а дальше цитирую странички моего дневника. «Спали на лапнике под открытым небом, раскинув москитную сетку от гнуса. С утра над рекой клубится густой туман. Тайга сквозь него проступает намеками и полутенями, как на сюрреалистической картине. Ветер доносит запах дыма: где-то горит тайга. Это настоящее бедствие, поскольку пожарная служба здесь отсутствует как таковая...»

«На второй день дошли до порогов. Наш рулевой чудом обогнул валун и выгреб на стремнину. Вижу, как второй плот врезается в камни, и Ремек стремглав летит в пенные буруны. Не успел вынырнуть, как едва не попал под плот. К счастью, друзья рядом, их крепкие руки вытаскивают из реки первого иностранца из отряда советских космонавтов».

Разве могли они знать, что спасают будущего депутата Европарламента и Полномочного Посла независимой Чехии?

«На крутом повороте плот Арцебарского снова выносит на камни. Фотограф Эдик Жигайлов по пояс в воде снимает борьбу космонавтов с земной стихией. А экипаж костерит репортера на чем свет стоит в совсем не парламентских выраженьях...»

Перед возвращением в Туру мы попали в поселок Бурный, где обитают полсотни семей староверов. Люди, чьи предки забрели в таежную глухомань 300 лет назад, почти не пользуются благами современной цивилизации. Все, что им требуется, дают река и тайга. На взгляд москвича или парижанина, такая жизнь скудна и однообразна. На что мой напарник Зигмунд Йен возра-зил, что эти добровольные отшельники духовно выше современных европейцев, потому что находятся в гармонии с окружающей природой и своим детям оставляют благополучный, почти не тронутый вмешательством человека мир.

Хороший пример для всех нас. Я сажусь в вертолет и чувствую себя счастливым от того, что корыстолюбие и безответственность не добрались до этого затерянного в тайге поселка.

По итогам экспедиции мы составили обращение к людям доб-рой воли — сильным мира сего, правительствам, международным и общественным организациям, представителям бизнеса, главам церквей, ученым и всем жителям Земли — чтобы они подключились к миссии по спасению нашей, еще живой планеты. Существует настоятельная потребность в формировании нового сознания, новых экономических подходов. Только тогда, когда большая часть общества захочет посмотреть правде в глаза, можно будет рассчитывать на выход из тупика и восстановление живо-творной связи человека с окружающей природой.

Призыв, распространенный всеми ведущими информационными агентствами новостей, разлетелся тогда по свету. Спасибо вам, Зигмунд, Геннадий, Анатолий, Клеменс и Владимир! Как неисправимый оптимист я продолжаю верить, что человечество перестанет пренебрегать проблемами окружающей среды и создаст сбалансированную, не вредящую окружающему миру экономику. Которая удовлетворит текущие потребности, при этом оставляя шансы будущим поколениям.

Скажете, наивны мои мечтания? Но о чем еще можно мечтать людям, видевшим Землю в ее уходящей, исчезающей красоте?

 



Что лучше: провести парад Победы без зрителей, как в Волгограде, или отменить его, как в Якутске?