В воскресенье в Берлине раздали награды одного из главных кинофестивалей мира. По мнению специального корреспондента «Труда», Берлинале на 62-м году своего существования сменил вехи, поставив в центр не обобщенный показ социально-политических конфликтов, а судьбы отдельных людей.

Вместо непременных (на протяжении нескольких лет) сюжетных мотивов про эмигрантов или иммигрантов, ищущих лучшей доли в Европе и страдающих от унижений, ксенофобии и прочих реалий «свободного мира», в центре большинства фильмов теперь семейные отношения, детские стрессы, страхи, переживания и борьба за выживание. Социальное в этом году неотделимо от родового и личного, а история страны — от истории семейных кланов, как в эпической саге «Долина белого оленя», снятой Ван Цюаньанем — знаменитым обладателем «Золотого медведя» 2006 года (за фильм «Свадьба Туйи»). На сей раз награду «За выдающийся вклад» получил Лютц Райтмайер — оператор этой китайской вариации на тему «Двадцатого века» Бертолуччи, снявший душераздирающие исторические коллизии 1910–1930-х годов и откровенные эротические сцены (роман, ставший основой сценария, долгое время был в черном списке) в рембрандтовском свете, изысканно, без намека на красивости.

Специального упоминания жюри — наверняка настоял его председатель, неисправимый реалист Майк Ли, — удостоилась скромная картина Урсулы Мейер «Сестра» (Швейцария — Франция). 12-летний Симон живет с сестрой-оторвой (на самом деле — с очень молодой матерью, что является семейным секретом) неподалеку от шикарного горнолыжного курорта. Обаятельный мальчишка с ловкостью ворует лыжи, очки, перчатки у богатых альпийских туристов, перепродает вещички, обеспечивая свою неполную семью едой и одеждой, терпит унижения, когда попадается, выкручивается, не смиряется с положением изгоя, взрослеет, оставаясь нежным подростком, испытывающим лишь одну потребность — в любви и ласке.

Всем журналистам было очевидно, что основная гонка за призы развернется между тремя разномасштабными фильмами: немецкой «Барбарой» Кристиана Петцольда, португальским «Табу» Мигела Гомеша и венгерской картиной Бенедека Флигауфа «Всего лишь ветер». Майк Ли с компанией эти ожидания подтвердил. «Всего лишь ветер» (Гран-при жюри) уж точно самый полноценный фильм Берлинале-62, основан на реальных событиях — погромах венгерских цыган, что интерпретировалось как холокост этого народа. Притом лента избежала псевдодокументальных приемов, столь модных в европейском кино еще недавно. Флигауф рассказывает жуткую историю цыганской семьи в венгерской деревне. Рядом с их лачугой вырезали соседей-цыган, и теперь они живут в неодолимом страхе. Герой фильма Льва Кулешова «Горизонт» (1933), показанного в рамках фестиваля в изумительной ретроспективе советского кино «Фабрика красной мечты», сказал: «Когда живешь от погрома до погрома, не до музыки».

Не мог остаться без наград и стильный черно-белый фильм Мигела Гомеша «Табу». Интересно, что ему выдали приз Альфреда Бауэра, предназначенный режиссерам, открывающим в кино новые горизонты, и эту странность подметил на церемонии сам Гомеш: «Я-то снимал ретро, ничего новаторского в моей картине нет». Он прав, «Табу» — ностальгия по старому кинематографу, немому, экспрессивному, визуально утонченному.

«Серебряного медведя» за режиссуру получил Кристиан Петцольд, снявший добротную драму о духе времени немецких 80-х в гэдээровской провинции. Туда, как в ссылку, направляют берлинского врача Барбару: она отважилась просить визу на Запад. Теперь она смиренно — под наблюдением Штази — работает в больнице и ждет переправы к любовнику с Запада. Дело, кажется, удается, но вместо себя она сажает в спасительную лодку свою несчастную пациентку, сбежавшую из колонии — она же, по словам героини, «социалистический концлагерь». Замечательной актрисе Нине Хосс, сыгравшей с невозмутимой сдержанностью и обжигающим холодком, прочили приз «За главную женскую роль». Однако голливудец Майк Ли, лучше большинства европейцев умеющий работать с актерами, радикально выбрал черную Рейчел Мванза, которую канадский режиссер Ким Нгуен нашел на улице, а не, скажем, Изабель Юппер — героиню «Пленницы», слишком выразительно страдавшую в плену у филиппинских террористов. В фильме «Ведьма войны» Мванза близко к гениальности сыграла 12-летнюю конголезскую девочку, вынужденную под прицелом боевиков убить своих родителей, стать любовницей командира, выйти после невероятных приключений замуж за африканца-альбиноса, попасть в плен, рожать и бежать в свою спаленную деревню, чтобы найти вещи погибших отца, матери и совершить обряд погребения.

«Золотого медведя» Майк Ли приготовил хорошему — но не более того — фильму братьев Тавиани «Цезарь должен умереть». Хотя этот жест британского классика классикам итальянским можно оценить не только как гуманитарный. Прием, выбранный Тавиани, не нов, но действует сильно. В римской тюрьме оголтелые убийцы и наркодилеры репетируют трагедию Шекспира «Юлий Цезарь». Играют у Тавиани в основном настоящие преступники. Роли, в которые они вживаются с невероятной отдачей, ничего общего с их личной судьбой не имеют. Зато дают им такой колоссальный опыт понимания себя, мира и своего прошлого, что репетиции спектакля становятся большей реальностью, чем та, за которую они сели. Знаменательна финальная реплика убийцы, отыгравшего роль Кассия: «Когда я узнал, что такое искусство, моя камера стала тюрьмой».

Победители

Паоло и Витторио Тавиани, режиссеры фильма «Цезарь должен умереть»:

— Мы провели четыре недели в тюрьме «Ребибия»: входили утром, уезжали поздно ночью, изношенные, но счастливые. И однажды сказали себе, что снимаем этот фильм с тем же драйвом, что и свой дебют. Когда съемки закончились, мы сердечно распрощались с актерами. Поднимаясь по лестнице в свою камеру, Козимо Рега, сыгравший одну из главных ролей, поднял руки и закричал: «Паоло, Витторио, с завтрашнего дня все будет по-другому!»