Могучий Росатом и Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ (Фонд Филатова) решили поддержать начинающих литераторов в закрытых городах, где ковался наш ядерный щит и меч.
Для этого фонд вместе с толстыми журналами затеял литературный конкурс, а также ряд встреч «молодых» с редакторами и писателями, которые дали бы начинающим уроки мастерства. Или хотя бы просто пообщались с читателями ЗАТО — закрытых административно-территориальных образований.
Нашей «Неве» выпали Железногорск и Зеленогорск в Красноярском крае; сочинители имен для новых городов, похоже, были куда менее изобретательны, чем творцы технологий. Тех самых технологий, что в Железногорске с начала
Реальную возможность которой лично я начал осознавать лишь в последние годы. Советская пропаганда ухитрилась и эту тему так опошлить, что все словеса о заокеанских поджигателях войны можно было использовать разве что для пародирования, притом несмешного. Но если вглядываться не в слова, а в реальные поступки и действия, проступающие сегодня сквозь вязь некоторых документов и свидетельств, то становится ясно: руки этих по-ковбойски улыбчивых ребят из Белого дома не раз тянулись к пресловутой «красной кнопке». Велик был соблазн покончить со странной, неуклюжей державой, возомнившей о себе невесть что. И только сообщения о том, что СССР овладела ядерным оружием и стремительно накапливает его в своих арсеналах, охлаждало горячие головы.
Как бы там ни было, но эти люди, которые за тройной колючей проволокой во глубине сибирских руд далеко не на самом безопасном производстве обогащали уран и извлекали из ядовитой радиоактивной массы оружейный плутоний, возможно, и в самом деле спасли жизни наших отцов-матерей, да и многих из нас. Эти люди и впрямь своими руками творили историю, да, видимо, и сейчас творят не последнее дело. Даже после того, как в результате разрядки производство страшного оружия было свернуто. Сама грандиозность этого подземного царства такова, что туда когда-то, возможно, будут возить туристов, как их сейчас возят к каким-нибудь египетским пирамидам.
И вот в этом-то, без преувеличения, одном из центров мира в откровенных разговорах не раз возникала тема, вызывавшая смесь неловкости и возмущения. Эта тема, если огрубить, звучит так: спасибо-де, родные, что вы приехали как посланники большой жизни в наше захолустье...
Это как же надо было постараться, чтобы шуты и прохвосты оказались в центре общественного внимания, а реальные творцы истории — на безнадежной периферии! Понятно, что шуты и прохвосты заинтересованы в том, чтобы в обозримом мире не осталось никого, кто мог бы заставить при всем их беспредельном самодовольстве ощутить смутное беспокойство за собственную ничтожность. Но государство-то у нас еще есть или уже нет? Должно же оно озаботиться, чтобы в зеркале эпохи мелькали не только, говоря гоголевскими словами, кувшинные рыла, но и люди, на которых держалась и все еще держится страна? И которые все больше превращаются в невидимок.
