За 2 секунды до своей гибели во время крушения в минувшую пятницу американского космического туристического корабля SpaceShipTwo опытнейший пилот, 39-летний Майкл Олсбери, на счету которого было 1600 часов сложных полетов в качестве испытателя и инженера, почему-то досрочно перевел тумблер «unlock» («открыть, разблокировать»). Что-то его насторожило? Решил готовиться к экстренной посадке? Или взялся за тумблер рефлекторно, не глядя на приборы? Разгадать эту загадку пытаются сегодня эксперты Национального совета по безопасности на транспорте США.
Резонансная авария ракетоплана, который должен был уже через семь-восемь месяцев начать регулярные суборбитальные полеты с туристами в космос, произошла при очередном испытательном полете. Это была 55-я летная проверка корабля и четвертая — с включением ракетного двигателя. Все шло штатно. Огромный двухфюзеляжный самолет-носитель поднялся в небо с аэродрома в пустыне Мохаве, неся под брюхом 18-метровый космический корабль. В его кабине расположились два высококлассных летчика — в левом кресле 43-летний Питер Сиболд, в правом — Майкл Олсбери.
В точном соответствии с графиком после подъема на 15 км ракетоплан отделился от авианосителя, опустился чуть пониже, включил ракетный двигатель. И через несколько секунд камеры слежения показали страшную картину: корабль мгновенно превратился в огромное, вытянутое облако, из которого разлетались осколки. На вершине белого шлейфа появился красный огненный шар...
Первый пилот Питер Сиболд сумел каким-то чудом выбраться из кабины и приземлиться на парашюте. Но получил тяжелые травмы. Его быстро нашли спасатели и на вертолете отправили в больницу. Питер сегодня под опекой врачей, общается с родными, однако специалистов, расследующих причины аварии, к нему пока не пускают. А Майкл Олсбери не смог покинуть кабину. Может быть, погиб сразу, во время распада корабля? Тело, пристегнутое ремнями к креслу, нашли среди обломков. Так трагически завершился девятый и последний полет Майкла Тайнера Олсбери на суборбитальном корабле. У него осталось двое детей — 7 и 10 лет.
По горячим следам СМИ возвестили миру о взрыве на корабле. Для этого как будто были основания. В роковом полете ракетный двигатель SpaceShipTwo использовал новое топливо... Ряд британских СМИ обрушились на английского миллиардера Ричарда Брэнсона, основателя и главу компании Virgin Galactic, энтузиаста космического туризма, затеявшего этот проект. Кто-то из специалистов заявил прессе, что опасения насчет нового топлива были заранее направлены сэру Брэнсону, но он, мол, отмахнулся от предостережений. Однако вскоре выяснилось: взрыва не было. Поисковые бригады нашли неразрушенными и ракетный двигатель, и топливные баки, в которых не имелось ни малейшего прожога.
Главный вопрос: если взрыва не было, почему корабль рассыпался на кусочки? Эксперты не спешат с выводами. Они обещают закончить расследование в течение года. Но один серьезный факт все же донесли до общественности. Речь о странном перемещении тумблера вторым пилотом. Факт зафиксирован видеокамерой в кабине и телеметрией. Тумблер имеет прямое отношение к инновационной воздушно-тормозной системе SpaceShipTwo — предмету особой гордости конструкторов. Каждое из двух боковых больших крыльев ракетоплана имеет важную особенность: задняя часть крыла вместе с вертикальным ребром на конце может подниматься вверх на 65 градусов. Это используется при входе корабля в атмосферу Земли для гашения скорости. А при подъеме и разгоне ракетоплана после отделения от самолета-носителя вся эта подвижная хвостовая конструкция находится в горизонтальном положении. Только когда скорость космического корабля достигает 1,4 Маха (примерно 1715 км/ч), пилоты поднимают хвостовое оперение. Они делают это заранее, чтобы быть уверенными в безопасном возвращении на Землю. Но при скорости подъема, которая меньше 1,4 М, «поднимать хвост» корабля нельзя. О чем, конечно же, отлично знали оба пилота.
Еще одна деталь. Для подъема задних частей крыльев пилоты используют не один, а два рычага управления. Один тумблер открывает замок, а другой приводит в действие приводы, выдвигающие вверх конструкцию. Так было во время предыдущих испытаний. Однако в этот раз Олсбери почему-то разблокировал воздушно-тормозную систему раньше, когда скорость только-только перешла звуковой барьер. Ко второму рычагу никто из пилотов не прикасался. Но, скорее всего, под действием аэродинамических сил разблокированная конструкция сама выдвинулась вверх...
Что же произошло дальше? Ряд специалистов считают, что остатки атмосферы на этих высотах все-таки существенные, и поэтому возникло мощное торможение, которое и привело к катастрофе. Причины аварии будут установлены. Но уже сегодня возник ряд претензий к конструкторам и инженерам. Что же, спрашивается, за конструкция, где критически важные операции могут происходить самопроизвольно, без контроля пилотов? Вот что пишет один из российских специалистов на интернет-форуме журнала «Новости космонавтики»: «Отсутствие блокировки при переводе оперения в вертикальное положение на тех режимах, когда этого категорически делать нельзя, — серьезная конструктивная недоработка. В проекте реализован американский подход, когда пилоту доверяют больше, чем автоматике. Я помню, как сильно удивлялся, когда экипаж шаттлов при выведении кораблей регулировал вручную тягу двигателей. В голове советского инженера это не укладывалось...»
Еще семь лет назад Валерий Рюмин, тогда заместитель генерального конструктора РКК «Энергия», четырежды летавший в космос, высказал мне свое мнение о проектах кораблей для космических туристов: «Слабое место в этих проектах — надежность и безопасность. Все будут громко восхищаться до первой аварии...»
