Министерство финансов забраковало подготовленный Минтрудом РФ законопроект о создании системы материального поощрения россиян, сообщающих о коррупционных преступлениях. Финансисты заявили, что не могут оценить «возможную активность новых оплачиваемых борцов с коррупцией», а потому не знают, сколько бюджетных денег потребуется на такие выплаты. Видимо, боятся, что в погоне за вороватыми российскими чиновниками информаторы разорят казну. Хотя идея Минтруда вообще не предусматривает казенных трат на эти цели.
Это вето наложено на документ, разработанный по инициативе Владимира Путина, год назад утвердившего своим указом № 226 Национальный план противодействия коррупции на 2014-2015 годы. Одним из пунктов предусматривалась разработка комплекса мер по правовой защите граждан, сообщивших о фактах коррупции: обеспечение конфиденциальности, бесплатная юридическая помощь, защита от неправомерного увольнения и иных ущемлений прав и законных интересов, меры прокурорского реагирования и т. д. В перечне присутствовало и создание механизма выплат информаторам денежных вознаграждений. Что и вызвало аллергию у финансистов.
В Минтруде пытались взывать к логике: мол, выплата денег предусматривается только в том случае, если информация помогла предотвратить причинение ущерба государственной и муниципальной казне или имуществу. По сути дела речь шла лишь о вознаграждении «за счет уворованного» — в размере от 5 до 15% суммы предотвращенного ущерба. С потолком в 3 млн рублей. Этот механизм неплохо показал себя в таких странах, как Южная Корея, Канада, США и многие другие. Заместитель министра труда РФ Татьяна Блинова утверждает, что при всей неприязни россиян к доносам и доносительству наша страна тоже уже созрела для того, чтобы активнее бороться с коррупцией, в том числе методом информирования правоохранительных органов. Согласно опросам, «сегодня наблюдается более чем 15-процентный рост числа лиц, которые сообщают о склонении к совершению коррупционных правонарушений».
У законопроекта Минтруда есть сторонники и в парламенте. «Я бы поддержал этот закон, — заявляет член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Илья Костунов. — Его, безусловно, надо проработать детально, но сам принцип, на мой взгляд, очень правильный и вполне логичный. Ведь если рассуждать так, что сумма по вознаграждению может быть слишком большой, то следует представить себе размер и той суммы, которая будет выведена из бюджета коррупционным путем и без участия данного лица не будет возвращена...»
Кстати, южнокорейские законодатели тоже позаботились об экономии денежных средств, выплачиваемых информаторам в сфере коррупционных преступлений. По тамошнему закону размер денежной премии борцам с чиновными казнокрадами составляет от 5 до 20% тех средств, которые государству удалось сэкономить в результате полученной вовремя информации. Но есть и потолок — 2 млн долларов, то есть в 30 раз выше российского. А если сообщение о готовящемся коррупционном преступлении оказывается ложным, тем же законом предусмотрено наказание тюрьмой сроком от 1 до 10 лет.
Как утверждают в южнокорейском комитете по борьбе с коррупцией, после принятия такого закона борьба со взяточниками пошла гораздо успешнее. Причина простая: в качестве информаторов выступают, как правило, коллеги разоблачаемых казнокрадов — именно им выплачивается более 70% «антикоррупционных» премий. Зато ложной информации от этих посвященных людей практически не поступает — слишком велик риск разоблачения, со всеми вытекающими последствиями.
Любопытно, что раньше в нашей стране уже предлагалось ввести систему поощрительных мер для информаторов о коррупционных преступлениях. Но премировать за сигналы предполагалось лишь чиновников, и Минфин тогда не возражал.
В нынешнем законопроекте Минтруд РФ не ставит никаких препон для информации «со стороны». Эту инициативу поддержал Институт законодательства и сравнительного правоведения при правительстве России — одно из ведущих экспертных учреждений по правовым вопросам. При этом эксперты института уже подготовили свои предложения по доработке проекта. По их данным, в США благодаря таким «антикоррупционным» премиям государство в течение последних 20 лет только на госзакупках и госконтрактах сэкономило более 30 млрд долларов.
А у нас, по оценкам правоохранительных ведомств, в этой сфере ежегодно расхищается значительно больше. Месяц назад генпрокурор Юрий Чайка представил Совету Федерации доклад о состоянии борьбы с коррупцией, от которого впору хвататься за голову. Ущерб от коррупционных преступлений в России в прошлом году составил почти 40 млрд рублей — в полтора раза больше, чем годом раньше. «Откаты» и взятки чаще всего берут и дают при реализации государственных и региональных программ, проведении торгов, а также в сфере контрольно-ревизионной и правоохранительной деятельности. Причем преступники, в отличие от служителей закона, очень быстро реагируют на изменившиеся условия и используют любую возможность, чтобы набить карманы. Как отмечает Генпрокуратура, в связи с продуктовым эмбарго, введенным Россией в 2014 году, факты коррупции выявлены среди чиновников Федеральной таможенной службы и Роспотребнадзора.
При этом результативность работы по возмещению причиненного ущерба крайне низка. В частности, погашен ущерб на сумму 2,4 млрд рублей. То есть участники даже тех преступных схем, которые оказались в поле зрения правоохранителей, без проблем уходят от наказания.
Кстати, у нас есть собственный немалый опыт премирования негласных информаторов, помогающих раскрытию преступлений. Такая практика существует в системе МВД. Как уже сообщалось в некоторых СМИ, еще в 2012 году министерство направляло письмо в правительство РФ с просьбой ежегодно выделять ведомству 280 млн рублей для оплаты «конфиденциального сотрудничества с гражданами». По некоторым данным, всего за единичный донос информатор может получить до 300 тысяч рублей. Естественно, деньги платят лишь за достоверную и важную информацию — о готовящемся убийстве, крупном грабеже или поставке крупной партии наркотиков.
Но разве интересы борьбы с коррупцией в нашей стране сегодня менее важны, чем пресечение и раскрытие обычной уголовщины? Этот вопрос мы адресуем непосредственно Минфину России.
Экспертиза
Международная неправительственная организация Transparency International уже 20 лет составляет индекс восприятия коррупции (The Corruption Perceptions Index). Это глобальное исследование проводится на основе опросов независимых экспертов и бизнесменов в разных странах. По итогам публикуется ежегодный рейтинг, отражающий уровень коррупции в государственном секторе. Согласно последним исследованиям, самые честные чиновники — в Дании, Новой Зеландии и Финляндии. Россия в этом рейтинге оказалась на 136-м месте, в одном ряду с Нигерией, Ливаном и Камеруном.
А в этом году эксперты общественной организации «Безопасное Отечество» решили выяснить, чиновники каких российских городов чаще берут на лапу при подготовке и проведении государственных тендеров. Для оценки использовались анонимные опросы бизнесменов, данные прокуратуры и ФАС по заведенным уголовным делам и сигналам о количестве злоупотреблений монопольным положением. Самыми проблемными оказались города республик Северного Кавказа — Грозный, Махачкала, Хасавюрт, Дербент, Каспийск, Владикавказ, а также Тюмень, Пенза, Нижний Новгород и Южно-Сахалинск. Гораздо короче оказался список городов, где уровень коррупции относительно низкий — Нижнекамск, Альметьевск, Ижевск и Брянск.
