К самому крупному в новейшей истории России штрафу за взятку присужден подмосковный чиновник Лев Львов. Бывший первый заместитель главы администрации Ленинского муниципального района Московской области должен выплатить государству 950 млн рублей, его сообщник Игорь Комаров – 500 млн рублей. Приговор вынесен Московским областным судом и вступил в законную силу.
Между тем совершенное преступление сегодня считается вполне обыденным, почти рядовым. Львов в силу служебных обязанностей должен был разрешить ввод в эксплуатацию построенного в городе Видном многоэтажного жилого дома. Но потребовал за свой автограф 500 тысяч рублей, а также две квартиры в собственность за треть рыночной цены. А Комаров по поручению начальника явился за взяткой и был взят с поличным. Теперь за алчность им придется раскошелиться на 1,5 млрд – сумму немалую даже для матерых коррупционеров.
«Для многих такая мера воздействия окажется более значимой, чем лишение свободы», – прозорливо говорил в мае 2011 года инициатор стократного (от суммы взятки) повышения величины штрафов за мздоимство Дмитрий Медведев. И действительно: в ходе следствия и в суде Лев Львов горячо доказывал, что он не взяточник, а всего-навсего мошенник – с риском получить тюремный срок.
И ведь почти доказал: Видновский городской суд Московской области, переквалифицировав действия Львова на статью «покушение на мошенничество», назначил ему наказание в виде четырех лет лишения свободы (условно!) с испытательным сроком. Соучастника Комарова тоже приговорили к трем годам лишения свободы (опять условно!) с испытательным сроком. В причинах снисходительности районной Фемиды хорошо бы разобраться квалификационной коллегии судей.
Так бы и ушли от ответа «условные мошенники», если бы не Генеральная прокуратура, подавшая апелляцию. Теперь условия жизни мздоимцев будут зависеть не от тюремных надзирателей, а от профессионализма и принципиальности судебных приставов, обязанных найти и изъять у осужденных в погашение штрафа деньги и ценности, а также принадлежащее им имущество, за исключением самого необходимого для весьма скромной жизни. Сумеют ли – вот в чем вопрос.
В подобных случаях обычно говорят: «Его пример – другим наука!» Но почему-то очень не хочется, чтобы судьбы Львова с Комаровым действительно остались лишь единичным примером. Потому что только по официальным данным правоохранительных органов, за 10 месяцев нынешнего года в стране задокументировано свыше 38,6 тысячи преступлений коррупционной направленности, взяточники пойманы более чем в 70 субъектах Федерации, выявленный ущерб составил 21 млрд рублей. И никакая тюрьма их не пугает.
Берут миллионами, десятками и сотнями миллионов. По данным начальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России Дениса Сугробова, только средний размер доли посредников (!) во взятках ныне составляет 851 тысячу рублей. И так будет продолжаться всегда, если «дело Львова» не станет обычной нормой правоприменения, если в стране не утвердится практика стократного возмещения каждой взятки из кармана любого мздоимца, невзирая на чины и звания.
Есть у такого принципа еще один плюс – возможность серьезного пополнения государственной казны. На днях, например, в Волгоградской области 33-летний капитан Виталий Стоянов, начальник оперативного отдела местного следственного изолятора, предстанет перед судом по обвинению в вымогательстве взятки в 200 тысяч рублей – за облегчение условий содержания одного из осужденных. И если действовать по новому закону о стократном штрафе со взяточника, в казну может поступить 20 млн рублей. Кстати, капитан Стоянов, как и Лев Львов, требует, чтобы его признали не взяточником, а мошенником.
В Кировской области расследуется дело о получении 3-миллионной взятки бывшим председателем Вятскополянского районного суда Сергеем Кашиным (за решение, вынесенное в пользу одного из местных предприятий) – и его 300 млн рублей тоже будут в казне нелишними.
Заместитель декана факультета маркетинга Российского экономического университета (РЭУ) им. Г.В. Плеханова москвичка Ирина Полянская в прошлом месяце приговорена к двум годам и шести месяцам лишения свободы условно за получение взятки в размере 160 тысяч рублей – от студента за признание качественной его дипломной работы. Поймана была с поличным, вину признала, а потому дело рассматривалось в особом порядке. Но почему взяточница избежала штрафа – вот в чем вопрос? А могла бы (и должна!) пополнить казну 16 млн рублей.
Аналогичные суммы должны нынче поступить в казну от других взяточников: проректора Московского энергетического института (МЭИ) Евгения Довганя, ректора Государственного института управления Виктора Кобзаненко, старшего инспектора Управления опеки и попечительства администрации Вольска Саратовской области Светланы Вавиловой и многих других больших и малых чиновников, пригревшихся в российском государственном аппарате и около него.
В свое время «Труд» выступал с инициативой создать в стране специальный фонд для средств, полученных в качестве штрафов со взяточников. Эти деньги хорошо бы отдельно аккумулировать для конкретных, наиболее важных целей, определенных Государственной думой. По этому же показателю можно судить о результатах: сначала работы правоохранительных органов и судебной системы, а потом, спустя буквально несколько лет, – о снижении уровня коррупции в стране.
Давайте попробуем?
