Громким провалом завершился в минувший вторник запуск ракеты «Союз-2.1б» с 19 спутниками, осуществленный с космодрома Восточный. Это был всего лишь второй старт из новой космической гавани. Полтора года назад на первый запуск приехал Владимир Путин. Тогда руководитель Роскосмоса Игорь Комаров получил от президента строгий выговор за неподготовленность к старту, перенос запуска. Но на этот раз все вообще окончилось полным фиаско...
Вначале три ступени «Союза-2.1б» отработали нормально, но четвертая (разгонный блок «Фрегат») привела к аварии. У специалистов несколько предположений: неисправность в аппаратуре спутниковой навигации, принимавшей сигналы ГЛОНАСС и GPS, или ошибка в полетном задании. В результате из-за неправильной ориентации разгонный блок с полезным грузом улетел неизвестно куда. Установить связь с космическим аппаратом не удалось «по причине его отсутствия на целевой орбите» (Роскосмос).
Неясно пока, где сейчас полезный груз — на дне океана в виде сгоревших остатков или (что маловероятно) на каких-то орбитах. Большинство экспертов не сомневаются: потеряно все — и столь нужный нам почти 3-тонный гидрометеорологический спутник «Метеор-М» № 2-1, и 18 малых аппаратов научного и технологического назначения из Канады, Японии, США, Германии, Норвегии, Швеции и России.
«Фрегат» — надежный разгонный блок, летает с 2000 года, более 60 запусков и всего одна авария (по другим данным, две). И вот... В последние годы неприятности преследуют нашу космонавтику. С 2014-го, когда Игорь Комаров с новой командой пришли в космическую отрасль, произошло восемь аварий и ЧП: погибли два запущенных грузовых корабля «Прогресс», сгорели при запусках три спутника — «Канопус-СТ», «Экспресс-АМ4Р», мексиканский MexSat-1, не вышли на расчетную орбиту европейские спутники Galileo, досрочно выключился при запуске ракетный двигатель «Союза-2.1б», теперь вот потеря «Метеора» и малых аппаратов.
«Это провал, который может нанести серьезный ущерб репутации российской космической программы», — комментирует очередную аварию английская The Independent. «В России происходит необычное количество сбоев при запусках в космос», — отмечает американский сайт spacepolicyonline.com. «В последние годы один неудачный запуск следует за другим, что запятнало репутацию российской космической отрасли», — вторят канадские аналитики на CBC News.
«Одна из главных бед нашей космической отрасли сегодня — некомпетентность «эффективных менеджеров», руководителей на разных уровнях управления; стремление громкими пиар-акциями замаскировать реальные проблемы», — заявил «Труду» один из организаторов отечественной ракетно-космической промышленности, экс-министр, Герой Социалистического Труда Борис Бальмонт.
За ЧП, думается, ответят начальники. Вероятно, еще одну желтую карточку получит Игорь Комаров. Возможно, последнюю. А как быть с другими космическими проектами куда большей сложности, намеченными на ближайшие годы и на более дальнюю перспективу? Мы ведь и на Луну собрались, и еще дальше...
«Россия начала набирать космонавтов в стремлении победить Америку и Китай в гонке за Луну», — под броским заголовком английская Daily Mail сообщала о предстоящем пополнении отряда звездоплавателей в подмосковном Центре подготовки космонавтов. Приводились и подробности: «Предстоит отобрать лучших специалистов, имеющих опыт работы в области космических или авиационных технологий. Они станут первыми пилотами будущего российского космического корабля «Федерация» и первыми россиянами, которые отправятся на Луну». Так что же, опять, как полвека назад, мы втягиваемся в лунную гонку?
Между тем все больше специалистов за океаном и в Европе считают, что реализация крупных проектов в космосе требует не изнурительной конкуренции, а объединения усилий. Не так давно в Австралии Роскосмос и НАСА подписали знаковый документ об участии России в создании международной окололунной станции Deep Space Gateway (DSG). Вкладом России может быть шлюзовая камера, посадочно-взлетный аппарат для высадки десанта на Селену, а также лунный вариант будущего корабля «Федерация». С этим кораблем нового поколения во многом связаны перспективы российской космонавтики.
«Федерация» сильно выигрывает при сравнении с нынешними «Союзами»: кабина втрое просторнее, современные системы управления, в том числе три принципиально новых сенсорных многофункциональных дисплея, универсальные кресла, настраиваемые под фигуру космонавта (не требуется отливка индивидуальных ложементов) и многое другое. Такой корабль на трассе Земля — окололунное пространство в ближайшем будущем обязательно потребуется России, если мы не хотим в перспективе выпрашивать или выкупать для наших космонавтов (за 200-250 млн долларов) местечко в четырехместном американском «Орионе».
Но успеет ли наша страна построить, испытать и довести «Федерацию» до полной готовности к началу полетов экипажей на станцию DSG? И будет ли готова сверхтяжелая ракета? Для тревог и сомнений повода вроде бы нет. «Корабль в активной стадии работы, выпущена вся конструкторская документация, сейчас изготавливаем отдельные узлы», — объявил в марте гендиректор РКК «Энергия» Владимир Солнцев. Отправить новый корабль в первый беспилотный полет корпорация планировала в 2021-м, а с экипажем — в 2023-м. Правда, в СМИ появились сообщения о переносе первых стартов на год. Но такая отсрочка некритична.
Как сообщил недавно сайт SpaceFlight Insider, Россия рассматривает возможность отправки пилотируемых миссий на лунную орбиту уже в 2025 году. Такой график позволит нам успеть к праздничному пирогу, учитывая, что работа экипажей на окололунной станции DSG может, по некоторым прогнозам, начаться в 2027 году.
«Планы замечательные, однако эти графики выглядят не вполне реалистично, — поделился со мной специалист ракетно-космической отрасли с большим стажем. — Толковые конструкторы хорошо знают: доводка новой ракетной техники может затянуться на многие годы. А «Федерация» существует пока только на бумаге (более тысячи томов проектно-конструкторской документации). Как ни жаль, но, думаю, новый корабль не полетит в космос ни в 2021-м, ни в 2023-м...»
Такой прогноз контрастирует с официальными сообщениями по «Федерации»: создаются макеты и стенды, проведено опробование элементов интерфейса, идет проверка углепластикового корпуса командного отсека, готовятся испытания посадочной системы спускаемого аппарата.
Так есть ли основания для пессимизма? Посмотрим, как создается американский «Орион». Концепция корабля разрабатывалась в 2005-м, работы начались в 2006-м. Первый тестовый беспилотный полет в космос кабины вместе с инженерно-габаритным макетом сервисного (приборно-агрегатного) модуля состоялся 5 декабря 2014-го. Капсула «Ориона» удалилась от Земли на 5800 км (такой полет осуществлен впервые с 1972 года) и, совершив неполные два витка вокруг нашей планеты, вошла в земную атмосферу. На трех парашютах кабина опустилась в Тихий океан. Во второй тестовый полет «Орион» отправится в полной комплектации в конце 2019-го. И только в 2023-м НАСА планирует отправить на новом корабле первых астронавтов.
А в России интервал от первого тестового полета до пилотируемого определен в два года. Всего два тестовых рейса — маловато, считает мой собеседник. Недоработанный корабль запускать на орбиту опасно. Полвека назад желание побыстрее дать путевку в жизнь новому «Союзу» обернулось гибелью четырех наших космонавтов: Владимира Комарова в 1967-м и Георгия Добровольского, Владислава Волкова, Виктора Пацаева в 1971-м.
По «Федерации» сегодня вопросов, как мне рассказывали, остается много. Есть сложности с созданием многоразового, рассчитанного на 10 полетов, покрытия, которым должен быть защищен спускаемый аппарат, входящий в земную атмосферу со второй космической скоростью. Не все ясно и с системой аварийного спасения (САС). В течение полутора лет неоднократно делались заявления, что спускаемый аппарат на 80% будет изготовлен из углепластика. Углепластиковый полномасштабный корпус показывали на выставке. Но в марте приняли решение вернуться к алюминиевым сплавам. В чем дело? Для проведения испытаний требуется изготовить восемь корпусов. Интересно узнать, где же они?
Еще одна проблема — необходимость высокоточной посадки спускаемого аппарата (СА) при возвращении экипажа на Землю с окололунной орбиты. Он будет приземляться не в пустынных районах Казахстана, а в Саратовской или Оренбургской области. Отклонение от расчетного места не должно превышать 5 км. Садиться надо на четыре выдвижные опоры, чтобы не повредить многоразовое днище. При спуске на трех парашютах будет использована еще и реактивная система. Весьма сложная и, увы, пока не отработанная схема. А сколько пусков будущей сверхтяжелой ракеты и создаваемого носителя «Союз-5» понадобится для их сертификации под пилотируемые полеты? Один из самых острых моментов — спасение экипажа в случае аварии во время выведения ракеты на орбиту. Если ЧП произойдет в ревущих 40-х широтах Южного полушария Земли, где дуют сильнейшие ветры и бушуют штормы, кто будет спасать космонавтов в штормовых условиях? У «Союзов» при старте с Байконура, как известно, совсем другая траектория — в основном проходящая над нашей территорией...
Между тем астронавт НАСА Терри Вертц (213 суток на околоземной орбите, был командиром МКС) в недавней статье резко критикует «неразумную» схему предстоящей доставки астронавтов на окололунную станцию на новой ракете SLS. «Астронавты должны стартовать отдельно от груза, в небольших и более безопасных капсулах, — считает Вертц. — Шаттл запускал экипаж и груз вместе, и из 135 миссий в двух были аварии (погибли 14 человек. — «Труд»). Теперь НАСА планирует отправить экипаж вместе с грузом на ракете SLS, у которой будет только второй полет...» К тому же отправлять на тяжелой ракете экипаж еще и дорого, пишет Вертц, каждый запуск SLS стоит 2 млрд долларов.
«Эти вопросы актуальны и для нас, — комментирует Борис БАЛЬМОНТ. — Конечно, такой новый корабль, как «Федерация», невозможно в сжатые сроки построить, испытать и довести, обеспечив максимум надежности. Спешка здесь совершенно недопустима. Да она и не нужна. Можно использовать более дешевые и надежные аппараты. Например, для транспортной системы, связывающей околоземное и окололунное пространство, подошел бы межорбитальный космический буксир».
Недавно, напоминает Бальмонт, с проектом такого буксира выступили китайцы. Но еще раньше подобное предложение озвучили и российские специалисты, о чем «Труд» уже писал. По этой схеме на околоземную орбиту и с орбиты экипажи будут доставляться проверенными «Союзами». Существенный выигрыш по срокам и финансам. У нас есть большой опыт полетов к орбитальным станциям, полувековой опыт стыковок, надо использовать это. Спроектировать, построить и ввести в эксплуатацию такой межорбитальный буксир к 2025 году — вполне реальная задача, если, конечно, взяться за дело засучив рукава.
«А работу над «Федерацией», конечно же, следует продолжать, — завершает экс-министр. — Этот корабль, как мне представляется, будет востребован после 2030-го, когда появится полностью доработанный сверхтяжелый носитель».
До 2030-х летать на окололунную станцию наши и зарубежные космонавты смогут на межорбитальном буксире. Создаваемый носитель «Союз-5» обеспечит доставку экипажа только до станции на околоземной орбите. С этим, между прочим, сейчас справляются старые, добрые «Союзы»...
Р.S. После беседы с Борисом Бальмонтом я попросил высказать свое мнение по затронутым проблемам нескольких специалистов РКК «Энергия», которых знаю не один десяток лет. Но, несмотря на наши давние доверительные отношения, они отказались под разными предлогами от комментариев...
